Любовь злодея. Заключение истории

Глава 23

Глава 23.

Даже не верилось, что мы добрались. Прошло всего каких-то три дня наших скитаний, а кажется, что целая вечность. И вот, наконец, мы у цели.

Мы находились в неком подобии кратера, дно которого была устлано песком различного оттенка – от золотистого до коричнево-бурого. Кое-где из-под песка торчали острые серые камни. Пролетающие мимо ветра, то застилали их песком, точно одеялом, то снова выпускали их на поверхность. Камни, скалы, песок и тишина окружали нас в тот роковой час, и не было даже малейшего намёка на жизнь. Тишина стояла такая, словно бы мы находились в гробнице, и это ни на шутку пугало. Ни птиц не было слышно, ни шелеста крыльев бабочек или стрекоз, ни ржания коней. Да откуда же им взяться, если здесь не растёт ни одного захудалого кустика? Гробовая тишина, даже наших шагов не было слышно, лишь биение моего сердца. Подобное затишье наблюдается обычно перед бурей, и я чувствую, скоро она разразится в этой всеми Богами забытой местности. Особенно, когда я не оправдаю ожиданий Фэррея.

- Мы пришли, - резюмировал Поджигатель уже и без того известную истину и обратился непосредственно ко мне. – Попробуй соединиться с местом силы этого удивительного края, чтобы понять как действовать и что делать.

- Удивительного? – изумилась я.

Что же он увидел здесь удивительного? Умеет же Поджигатель подбирать слова не к месту, но сейчас не это должно меня волновать. Соединиться с местом силы? Легко сказать – да трудно сделать, особенно, когда не понимаешь, как выглядит место силы, как его почувствовать и, если почувствуешь - что с ним делать. Не знаю, что чувствовал в тот момент Поджигатель, я же не чувствовала совершенно ничего - никакой посторонней мистической силы, да и само место не вселяло оптимизма. И именно в этой безводной опустошённой глуши, я должна вырастить поистине волшебные цветы. Немыслимо!

Я следовала за Поджигателем, который всё ещё волок на себе бессознательную принцессу. Остановились мы у некоего валуна, который стоял практически в центре залитого солнцем кратера. У его подножия Поджигатель пристроил принцессу Аделию, постаравшись полностью расположить её в тени. Ей на руки я аккуратно положила, спящую глубоким сном, Дэйзи. Ни принцесса, ни моя питомица так и не пришли в себя после встречи с едкими спорами грибов, и я уже начала бояться, что они, возможно, никогда не смогут очнуться. Вот если бы мне действительно удалось вырастить чудотворные цветы, то они смогли бы помочь не только Фэррею, но и Аделии с Дэйзи. Однако я в большей степени реалистка и, в отличие, от Поджигателя, реально оцениваю свои возможности. Я не всемогущая волшебница и есть вещи, которые мне не по силам. Не понимаю, почему Фэррей так рьяно верит, что у меня должно получится? Вероятно по той причине, что просто не существует другого противоядия от его болезни. Другими словами – от безысходности. Он из последних сил цепляется за этот шанс, не понимая, что волосок, на котором он висит, достаточно тонок, и он вот-вот порвётся, а под ним лишь пропасть под названием смерть. Смерти Фэррею я не желала, несмотря на всё то зло, что он сотворил, но и помогать ему мне тоже не хотелось. Только не злодею, который искалечил столько невинных жизней и уничтожил мой единственный шанс на безбедное светлое будущее.

- Ну, что? Ты готова испытать свои силы на прочность, моя милая Софира? Где ещё тебе представится такой шанс? И главное помни, что от успеха твоего предприятия зависят жизни близких тебе людей, - он многозначительно посмотрел на принцессу и, вероятно, подумал о Лоре. – Второго шанса не будет. Времени и так в обрез. Действуй!

Так хотелось съязвить, что и не будет у него второго шанса на жизнь, если вдруг у меня не получится, но я смолчала. Достаточно уже подливать масло в огонь, то и гляди – вспыхнет, и, в отличие от Аделии, водной магией я не обладаю, сама принцесса спит крепким сном, и, если всё же рванёт, кто же будет «тушить» Фэррея? А посему, выпрямив спину, я горделивой походной направилась в самое сердце кратера, скинула туфли с ног и села прямо на раскаленный песок на солнцепёке, в то время как Фэррей прохлаждался в тени валуна вместе с принцессой и Дэйзи. Что мне нужно делать, я так до конца и не понимала, значит, придётся импровизировать. Уперев обе руки в песок, я постаралась нащупать ту самую нить силы, о которой говорил Поджигатель. Но, как бы ни старалась, ничего не могла почувствовать. То ли Фэррей что-то напутал, то ли привёл меня не в то место, или же я оказалась ни на что негодной магичкой, но ничего необычного я не ощущала, кроме нарастающего чувства тревоги. Я чувствовала, что вот-вот произойдёт что-то нехорошее, и это чувство только крепло во мне. Сейчас у меня ничего не получится, Фэррей взбесится и отправит нас вместе с принцессой к праотцам. А после и Лору за нами вослед. Мне нужно быть предельно готовой ко всему, чтобы суметь постоять за себя и за спящую непробудным сном Аделию, а значит, не стоит тратить все свои силы на сомнительное волшебство, только лишь часть этих сил.

Что там Фэррей хотел, чтобы я сделала? – Вырастила цветы? Пришло время вспомнить – какими я видела их на картинке, попытаться воссоздать в памяти и вырастить. А вдруг мне всё же удастся наделить их некоторыми волшебными свойствами, пусть не легендарными и всемогущими, но хоть какими-то, способными отвлечь внимание Поджигателя.

Я уже намеревалась начать магичить, как вдруг сильная неведомая сила неожиданным рывком, потянула меня за собой. Я летела вниз, точно падала в бездну, ведь именно чёрный туман предстал перед моими глазами, обволакивая точно коконом, со всех сторон. Я закричала и зажмурила глаза. Ощущение была такое, словно бы меня пропустили через густой вязкий неприятный поток, в котором я, к счастью, не захлебнулась. Я не то парила, не то плыла в непонятном для меня пространстве, но всё ещё не размыкала веки, боясь увидеть происходящий вокруг ужас. Быть может, это паника накрыла меня, словно волной, и не отпускала из своих объятий? Или же страх, чёрной кошкой, поселившийся в моей душе? Я не знала и не хотела знать. Ведь если это конец, то лучше встречу его с закрытыми глазами. Так не сильно страшно.