Любовное уравнение. Закон всемирного тяготения.

Глава 11

Шестого марта мне исполнялось шестнадцать лет, и этот день крайне удачно выпал на воскресенье. Помимо Гали с Лариской на празднование я пригласила ещё нескольких наших одноклассников: Лену Иванову, Витю Фёдорова и Борюсика. Конечно, сегодня мне бы хотелось видеть рядом с собой не только друзей, но и Лёшку, да вот пригласить его в гости я постеснялась. Вряд ли Золотову было бы интересно сидеть в компании девятиклашек.

Мама наготовила нам всевозможных вкусностей – три вида салата, рулетики из ветчины, сладкие тарталетки и даже торт сделала сама! – и тактично удалилась в гости к подруге, дабы не мешать нам веселиться.

– Только ведите себя культурно, чтобы соседи мне потом не жаловались. Ладно? – попросила она напоследок. Мы хором заверили её, что всё будет более чем прилично.

Праздник шёл хорошо: я получила от ребят подарки, мы продегустировали мамины блюда и подняли бокалы с компотом («Словно на детском утреннике!» – недовольно проворчала Лара) за моё шестнадцатилетие, поиграли в «крокодила», затем стали петь в караоке и танцевать… Каждые пять минут я проверяла свой мобильник в ожидании смс-ки с поздравлениями от Лёши, а её всё не было и не было. Неужели забыл? Но ведь я рассказывала ему ещё в начале недели о предстоящем празднике, да и в «Контакте» висит уведомление о том, что у меня сегодня день рождения. Вот тебе и «ты мне как сестрёнка»! Вот тебе и «родственная душа»! Галя кидала на меня сочувствующий взгляд каждый раз, когда я брала в руки телефон – уж она-то всё прекрасно понимала…

Задувая свечи на своём праздничном торте, я загадала тоже самое, что и в новогоднюю ночь: хотя бы разочек, пусть даже без любви, поцеловаться с Лёшей! И словно издёвка, из динамиков музыкального центра раздалась красивая, но грустная песня группы «Чай вдвоём»:

«Воскресенье. День рожденья у тебя,
Поздравляют твои лучшие друзья.
С утра подарки, телеграммы, звонкий смех,
Сегодня праздник для всех.
В руках букеты, твои слёзы на фольге,
Обнимет мама, но трудно боль держать в себе.
Вокруг веселье, каждый хочет дать совет,
Но его рядом нет…»

Когда на часах было уже почти восемь вечера, в дверь раздался звонок.

– О, ещё гости пожаловали? – вопросительно взглянул на меня Фёдоров. Остальные продолжили танцевать под наигранно-фальшивое пение Борюсика, совершенно не обратив внимания на звонок.

– Или соседи, – вздохнула я и не спеша побрела в прихожую. Наверняка это пришли соседи – кто же ещё? Люди они пожилые и не привыкшие к тому, чтобы из-за стены грохотали музыка и смех. Надеюсь, получится уладить конфликт мирно и обойтись без жалоб маме.

Но вопреки моим ожиданиям за дверью оказалась не возмущённая бабуля, а Золотов. Слегка растрёпанный, с румянцем на скулах и в распахнутой куртке – он был такой красивый, что у меня сердце защемило. В одной Лёша держал букет миниатюрных роз нежно-кремового цвета, а в другой – небольшой подарочный пакет.

– С днём варенья, именинница! – радостно произнёс Лёша и протянул мне презенты. – Желаю тебе всего самого прекрасного! Пусть каждый день будет наполнен чудесами и приятными сюрпризами, а всё задуманное сбудется легко и быстро!

– Спасибо! – Я не верила своему счастью, что Лёшка всё-таки пришёл. – А я думала, ты забыл…

– Ты что, Шпунтик? Как я мог?

Я приняла подарки и вдохнула терпкий аромат цветов, пряча за лепестками улыбку. Мои первые в жизни цветы от парня! Засушу потом эти розочки в книгах и буду хранить их всю жизнь.

– Надеюсь, с подарком угодил.

– Что там? – я заглянула в пакет и увидела там коробочку конфет «Рафаэлло» (откуда только Лёшка узнал, что я их обожаю?) и запакованный в переливающуюся подарочную бумагу свёрток с бантом из розовой ленточки.

– Узнаешь, когда откроешь.

– Заинтриговал! Ой, что же мы тут стоим? – спохватилась я, посторонившись. – Проходи. Мама столько всего вкусного приготовила! А торт – пальчики оближешь!

Однако Лёша не сдвинулся с места и огорчённо развёл руками.

– Прости, но не могу присоединиться. На работу надо бежать.

– Жаль… – я даже не пыталась скрыть своего огорчения.

– И мне жаль, что не попробую очередной кулинарный шедевр твоей мамы.

– А завтра зайдёшь? Припасу для тебя кусочек тортика.

– Постараюсь. – Золотов отогнул рукав куртки и взглянул на часы, кожаным ремешком обхватывающие его запястье. – Уль, мне бежать пора. Не обижайся, пожалуйста, что не зашёл посидеть.

Сделав шаг вперёд, он одной рукой обнял меня за талию – я едва успела отстранить букет, чтобы не повредить его – и притянул к себе.

– Ещё раз с праздником. Будь счастлива! – прошептал Лёша и, скользнув губами по моей щеке коротким поцелуем, резко отстранился и поспешил вниз по лестнице, махнув на прощание рукой.

Ошарашенная, я прижала ладонь к лицу – там, где пылал след от мимолётного касания Лёшкиных губ. Это таким образом сбылось моё загаданное желание? Но я ведь другой формат поцелуя имела в виду: настоящий, по-взрослому! А вот так мимолётно в щёчку целуют маму, бабушку… или сестру. И тем не менее, меня всё равно пробрало – до мурашек, до дрожащих коленок.

– Ну и кто там приходил? – полюбопытствовала Лара, когда я вернулась в комнату, но увидев цветы в моих руках, осеклась на полуслове.