Любви Бермудский треугольник (нв)

Роман. Я как двигатель прогресса

Мальчуган явно не ожидал такого предложения. Интересно было наблюдать за его реакцией на мои слова и действия. Сначала удивление, когда предложил пирожки, потом яростный взгляд, который сменился растерянностью и какой-то беспомощностью. Я неожиданно перестал быть его соперником и врагом, но доверие ко мне ещё не появилось.

Договорившись с физруком по поводу использования спортзала, а заодно узнав информацию по допустимым возрастным нагрузкам для ученика седьмого класса, я позвонил подшефному и сообщил о времени первой тренировки.

Она состоялась через два дня, в субботу после пятого урока. По удачному стечению обстоятельств в этот день недели у седьмого «А» последним уроком была физкультура. Худо-бедно парень был уже разогрет, поэтому, предварительно предложив ему снять «гаррипоттеровские» окуляры и погоняв пять минут по кругу, заставил делать сначала обычные упражнения для разные группы мышц, а затем перешёл к силовым.

Здесь было совсем печально. Руслан ни разу не смог отжаться от пола, а на «шведской стенке» беспомощно повис, делая судорожные попытки подтянуться или сделать ногами «угол» на девяносто градусов. Подбодрив и дав страдальцу немного отдохнуть, начал объяснять ему основы баскетбола сразу на практике.

В общем, к концу назначенного для тренировки времени от мальчишки осталось лишь полуживое тельце, мысленно проклинающее меня всеми известными ему литературными и нелитературными эпитетами. Невысказанные в мой адрес «любезности» легко читались во взгляде синих глазищ. Но характер у пацанёнка имелся. Ни одной жалобы от него так и не услышал.

Тренироваться в зале удавалось только два раза в неделю. Этого было вполне достаточно для начала. Я притащил из дома для Руслана две гантели по килограмму каждая, которые давно валялись без дела из-за слишком маленького веса. С них когда-то начал тренировки и решил передать парню по наследству – пусть ещё дома каждый день упражняется. Расписал комплекс и каждый день напоминал при встрече, чтобы не отлынивал.

Продолжая общаться с Катей, я теперь точно так же подходил и к Руслану, здоровался с ним за руку, интересовался успехами в домашних тренировках и успехами вообще. Девочка, следившая за предметом своего обожания, не могла не заметить моего интереса к её однокласснику. А я только этого и добивался – человек, который интересен кумиру, однозначно станет интересен и ей.

Постепенно я увеличивал для Руслана нагрузки, что принесло свои плоды. Парень уже не висел безвольной сарделькой на турнике, ему удавалось несколько раз подтянуться или отжаться от пола. Оценки по физкультуре тоже улучшились. Мальчишка стал более уверенным, его скрытые черты характера стали проявляться всё явственнее. В классе и школе отношение к Руслану постепенно изменялось. Некоторые девочки начали поглядывать на него с заметным интересом, хотя он этого ещё не замечал. Я по-прежнему наблюдал за моей «сладкой парочкой» подшефных, вот только Катя продолжала смотреть только меня.

Тренировки решили не бросать и во время осенних каникул. У нас появилось свободное время для внетренировочного общения. Я предложил Руслану подобрать более красивую стрижку, чем сейчас. Остановили выбор на «канадке». В зависимости от укладки она могла быть и строгой, для школы, и стильной – для прочих случаев жизни.

Получив разрешение и деньги от его мамы, мы с подшефным отправились в парикмахерскую. Заодно и сам решил подстричься. Пока меня приводила в порядок тётенька средних лет, за Руслана принялся молодой парень креативной внешности и серьгой в ухе. Благо, ему было, где разгуляться – мальчишка довольно сильно оброс.

– Сделайте из него красавчика, – наказал мастеру после того, как объяснил, какую стрижку мы выбрали.

Парень широко улыбнулся, сложив пальцы в знак «Ok», и приступил к работе. Сам процесс увидеть не удалось, поскольку подстригавшая меня тётенька велела сидеть прямо и не вертеться, заверив, что Владик – мастер от Бога, поэтому всё сделает даже лучше, чем мы того хотели.

Она оказалась права. Владик действительно оказался хорошим мастером. Парень не просто подстриг Руслана, а придал лицу своеобразную индивидуальность и раскрыл не заметные до этого достоинства внешности.

– Да ты и правда красавчик, – услышал хмыканье мастера. – Зацени, братишка, – обратился уже ко мне.

Я повернулся, посмотрел на Руслана и даже присвистнул от удивления. Такой разительной перемены и не ожидал. Передо мной стоял совсем другой человек. Не робкий лохматый «ботаник», а очень симпатичный парень. К этому времени мальчишка перешёл на контактные линзы, поэтому был без дурацких очков. Укладка создавала видимость небрежного беспорядка, некоторого хаоса в причёске, что придавало ему этакий независимый вид. Даже выражение лица изменилось.

– Будь я девчонкой, влюбился бы, – признался честно, подняв большой палец в жесте одобрения.

Мальчик смутился и одарил возмущённым взглядом, а мне почему-то захотелось подойти взъерошить ему волосы, но удержался, чтобы не портить работу мастера.

Я пошёл расплачиваться, попросив пробить чеки раздельно, а Владик тоже двинулся к ресепшену, чтобы доложиться администратору по объёму проделанной работы. Женщина-мастер, которая стригла меня, особо не заморачиваясь, просто громко это озвучила, не заботясь о барабанных перепонках окружающих.

– Твой братишка? – громким шёпотом спросил Владик, наклонившись к моему уху.

– Нет. Скорее подопечный, – ответил, обернувшись. – Помогаю мелкому завоевать сердце девочки.

– У пацанёнка неплохие шансы, – сказал Владик тише и с улыбкой кивнул в сторону своего рабочего места, где ещё топтался Руслан, изучавший новый облик в огромном, во всю стену, зеркале.

Тот, кажется, потихоньку начал привыкать к своему изменённому лицу, и теперь играл с мимикой. Заметив наше с Владиком внимание, смутился и покраснел, пряча глаза и не зная, куда деть руки.

Я получил сдачу и чеки, кивнул мастеру, попрощался с девушкой на ресепшене и получил от неё обворожительную улыбку с пожеланием непременно приходить ещё.