Любви вопреки

Глава 8.

Открываю замок якобы своим ключом, от якобы своего дом, в котором меня ждёт якобы моя жена. Женщина, о которой я стараюсь совершенно не думать, все равно возвращается в мой разум. Её имя Лейла. Жена. Жена Руслана.
Пока разуваюсь и вешаю куртку, вспоминаю, как впервые зашёл в этот дом. Сбежав с похорон брата после неприятного разговора с дядей, я первым же рейсом вылетел в Москву, в надежде что здесь меня никто не будет в чём-либо осуждать. Лейла сидела на диване в тот день, расстроенная. Обложившись маленькими подушками, она рассматривала их семейные альбомы. Их было несколько. Какие-то снимки женщина вытащила из альбома и одной рукой прижимала к груди, другой рукой продолжала листать страницы с фотографиями. Когда я тихонько постучал по раме двери, она не сразу обернулась. Но спустя несколько секунд она уже висела у меня на шее. Расцеловывая всего, обнимая и свисая с меня, будто я спасательный плот, а она в этот момент просто тонет. Неуверенно обнимаю её в ответ.
- Как я боялась, что ты не вернёшься! - говорит она и впивается в мои губы поцелуем. - Пожалуйста, больше не оставляй меня одну!
Ошарашенный, продолжаю обнимать её, но это длится не долго. Она отпускает меня и бросается на кухню. Гремит там посудой, судя по всему, подогревая ужин. Я осматриваюсь вокруг. Большая, просторная квартира, добротно обставленная массивной мебелью. Узнаю максимализм брата. Подхожу к бардаку из фотографий, мне удаётся рассмотреть некоторые, когда возвращается Лейла.
- Помнишь, - она берет одну из тех, что я держу, - мы тогда только-только познакомились?
Смотрю на неё с замиранием внутри. В вопросе явно есть подвох, я что-то должен ответить, но не знаю что.
- В тот день ты сказал, что я буду только твоей. Сказал, что будешь добиваться меня, пока я не устану сопротивляться. И сдержал слово.
Она опускает голову, и мы соприкасаемся лбами. Я смотрю прямо в её карие глаза и понимаю, что если продолжу также, то вся моя готовность лгать и притворяться пойдет коту под хвост.
Возвращаюсь в реальность. Сделав глубокий вдох, беру цветы и направляюсь вглубь квартиры в поисках Лейлы. Нахожу её на кухне, в смешном домашнем образе. На ней «моя» футболка, домашние шортики и шлёпанцы. Кудрявые волосы собраны в высокий хвост. Подхожу ближе к ней и сначала просовываю вперёд цветы, а затем прочищаю горло, чтобы она заметила меня. Оборачивается и поднимает одну бровь.
- То есть ночь пьянства стоит этого веника? - с ухмылкой спрашивает она. - С каких пор я так мало стою?
- Это все на что хватило моей фантазии, но каюсь и готов выполнить любой каприз, - смеюсь в ответ.
- Надеюсь там не четное число? А то я же тебя знаю, ты вполне можешь выкинуть подобный фокус!
Она достаёт из шкафа вазу, набирает в неё воду и, забрав у меня цветы, ставит их на стол. Затем, возвращается ко мне, обнимает за шею и лукаво улыбается.
- Будь готов к тому, что я хорошенько выпотрошу твой кошелёк.
- Машину заводить?
Уже через пол часа она внезапно отпускает мою руку, и спешит к порогу магазина. Удивленно провожаю её взглядом; Она подходит к пожилой женщине, что застыла возле ступеней, не решаясь ступить на них. Лейла взяла старушку под руку и потихоньку помогла ей взобраться, а потом придержала для неё дверь. Потом как ни в чем не бывало, вернулась ко мне, улыбнулась и взяла меня за руку. Я, как идиот, уставился на неё, ошарашенный тем, каким светлым человеком является моя «жена». То есть, жена моего брата. Уже второй месяц я живу с этим человеком под одной крышей. Конечно, она не подозревает о подмене, но я - то знаю, кто я есть на самом деле. Я осознаю, что не имею права находиться с ней рядом. Понимаю, что должен рассказать ей всю правду, должен отпустить её. Каждое утро даю себе слово, что «сегодня последний день», что точно признаюсь во всем. А потом я проживаю что-то совершенное, что-то фантастическое, чего никогда и ни к кому не испытывал ранее. И не могу отказать себе в такой мелочи, как засыпать и просыпаться рядом с ней. Но и это не может долго продолжаться.

Рано или поздно Лейла начнёт задавать вопросы: ей надоест муж, который спит рядом с ней, но не бывает с ней по - настоящему. Честно признаться, мне и самому тяжело сдерживаться, каждый раз придумывать отговорки, когда она зазывает к себе. Эта женщина как Сирена, желанна и недоступна. Хотеть её аморально с моей стороны, но ближе к ночи это тяжело объяснить своим инстинктам. Черт, почему именно моему брату попалась столь идеальная женщина?
Рядом с ней я открываю себя нового. За всю свою жизнь, а это, без малого, тридцать лет, я любил лишь двух женщин. Одна из них моя мать, второй была моя бывшая невеста турчанка, которая умерла от рака. Ни в школьные годы, ни в университете я не познал ничего такого, что люди называют любовью, в Турции меня держала Айгюн, я думал, что подобное уже никогда не смогу испытывать. Потом тюрьма закрыла мне всякий доступ к чему-то светлому. Я любил читать, любил познавать все новое. Единственной моей отдушиной последние пять лет были книги из тюремной библиотеки и те, что иногда отправлял мне туда брат. Я перечитал все от дешевых детективов до классики, глупые любовные романы, сказки для детей. Все, что содержало в себе буквы, побывало в моих руках, но ни в одной из этих книг не было какой- либо шпаргалки как не влюбиться в жену брата, особенно если ты теперь живешь вместо него. Когда в голове мыслей об этом становилось больше, чем о деле, я вновь срывался. Либо напивался до поросячьего визга, либо шёл к девушке адвокату и выносил ей мозги. Она отвлекала меня от той пропитанной ложью жизни, в которой я погряз по самые уши добровольно.