Люди до. Новая история.

Глава 15.

Следующее мое пробуждение ничем не отличалось от предыдущего. Я долго выныривала из своего заточения забвением, а когда пришла в себя, меня уже сжимали крепкие руки, а на ухо шептали слова успокоения. Боже, как долго этот страх будет присутствовать в моей жизни. Я совершенно неадекватна. Только в этот раз не было смеха, моя истерика не желала прекращаться. Я рыдала так долго и так громко, что никого и ничего вокруг не слышала. Закончилось это тем, что в меня влили лекарство, и я снова, ушла в свои тревожные сны, где переживала все, что случилось со мной за последнее время. А вспомнить было что. Но во снах ничего не скрашивало тех событий, они накатывали на меня, не давая освобождения. Так, что каждое мое пробуждение, пусть и с истерикой, но я не хотела отпускать реальность, которая, пусть не щадит, но дает мне время на краткую передышку. Вот и в этот раз, как многие другие, я просыпаюсь в слезах. Уже не бьюсь, но все же рыдаю. И откуда столько жидкости. Вероника старается и вливает больше нормы? Нужно ее остановить! Тим поглаживает по голове, и оставшиеся слезы стекают в безмолвии.

- Тим, - начинаю первая, не в силах больше игнорировать такое живое участие, - обними, пожалуйста. – Его не нужно долго упрашивать, он лишь вздрагивает от своего имени и тут же хватает меня в охапку, немного жестко, но я терплю, мне этого так не хватало. Мы долго сидим, вжавшись друг в друга, но я отстраняюсь, а его глаза наполняются новой горстью отчаяния.

- Как ты? – Спрашивает меня, а я отрицательно качаю головой. Не тот вопрос. Он и сам видит и наблюдает не первый день «как я».

- Расскажи Тим. – Теперь его очередь отрицать.

- Нет, прости, я не готов. Прости меня за все.

- Нет! – Жестко отвечаю. – Я не готова прощать! Я должна знать ради чего прошла через этот ад! Ты не смеешь скрывать от меня это! И я не желаю видеть тебя у своей кровати до того дня, как ты не дашь мне ответ на все мои вопросы! – Я жду, мы смотрим друг на друга, прожигая взглядами - он молящим, я злым. Еще несколько минут и Тим срывается со своего места, и выходит из комнаты, захлопнув за собой дверь. А я не верю. Это все? Как он может так поступать со мной? После всего, что между нами было? После всего, что я перенесла? Он смог развернуться и уйти, когда я просила о доверии. Всего лишь объяснить, что случилось, пока мы находились по разные стороны обороны. Он подписал какие-то бумаги. Я помню! Он дал согласие главы Коммуны на что-то, чего не может доверить мне? И я понимаю, что если бы не я, со своей слабостью, он бы ни за что не поставил свою подпись, не согласился быть ведомым. Вся Коммуна в опасности из-за меня, а я не могу узнать условий сделки? Мне и больно, и обидно, и противно! Противоречивые чувства съедают меня. А злые слезы захлестывают. Неужели я заслужила это? Да! Мне мало того, что я сейчас имею, кто меня тянул лезть, куда не просят!

В комнату ворвалась Вероника.

- Что у вас произошло? То Тима не оттащить от твоей кровати, то вылетает, как ужаленный! – Потом присмотрелась ко мне, кивнула своим мыслям, и схватилась за лекарства.

- Нет! – Выбиваю у нее из рук очередную дозу снотворного. – Я справлюсь, не хочу больше спать, все становиться только хуже!

- Хорошо, хорошо! Только успокойся, пожалуйста. – Вероника наклонилась и стерла с моего лица ручейки слез, которые от ее прикосновения заструились с новой силой. А я и не замечала их раньше.

- Я не могу так больше! Я не могу ничего не делать, лежать овощем, спать и глотать лекарства. Я хочу нормальной пищи и движения. Я хочу правды, которую мне не доверяют! – Выпалила я, на одном дыхании.

- А может просто щадят? Доверие ты заслужила, и давно. Тим не хочет, чтобы ты снова была втянута в гущу событий. Он ждет, что ты его поймешь, простишь и будешь ждать, когда он доведет все начатое до логичного завершения.

- А то, что меня это не устраивает – он знает? Он догадывается, что я не могу стоять в стороне, когда по моей вине будут страдать другие? Он и Коммуна сейчас будут разгребать то, что произошло из-за меня!

- Брось! Ты не можешь винить себя во всем. То, что ты была замешана во всей истории, не означает то, что виновна!

- Я так не считаю. Слишком много событий, произошло после моего вмешательства. Пусть, я не напрямую задействована в них, но я корректировала то, что происходило, по своему усмотрению, и несу за это ответственность!

- У тебя истерика. Бесполезно что-то обсуждать в твоем состоянии. Ты должна прийти в себя. Тим остынет, ты тоже. Вы договоритесь, вот увидишь!

- Не знаю, Вероника. Все так сложно.

- Может все же лекарство? – Трясет предо мной баночкой.

- Нет, не сегодня. Я хочу все решить для себя.

- Брось! Нельзя в таком состоянии что-то решать. Для правильного поступка нужен трезвый подход. А ты на препаратах и при стрессе.- Вероника улыбается и выходит проведать других своих пациентов.

А я не могу найти себе места, не могу успокоить себя, накручивая, обвиняя во всем подряд, но потом усталость берет верх, и я погружаюсь в беспокойный сон.

***

Неделю спустя я прижимаю к себе небольшое зеркальце, а руки трясутся.

- Какая трусиха. – Выговаривает мне Вероника. – По темноте, через кустарники, пешком, бок обок с дикими животными она не боится, а в зеркало посмотреться – трусит!