Люди мертвого Мира - Часть 2

День Оторвы

У нее был такой дерзкий, и одновременно веселый взгляд, что этого было достаточно, чтобы свести с ума любого Ньюи, кто оказался вблизи, а точеная фигурка, длинные прямые ноги, и короткие юбочки в сочетании со свободными блузками и топиками, которые она предпочитала любой другой одежде, сводили с ума любого, кто видел ее и на расстоянии.

Королева танцпола – Уя Рей умела одним своим появлением приковать к себе внимание толпы, а когда начинала двигаться – мозги теряли все, у кого было хоть какое-то чувство прекрасного. Если при этом было еще и хоть какое-нибудь чувство ритма, удержаться от притоптываний и прихлопываний было невозможно!  

Сексапильная фигурка, вызывающе веселый взгляд, и двести пятьдесят барабанщиков в радиусе тридцати шагов – так начинался и день Оторвы на Карнавальной площади Ньюи-сити-53!

Овальная площадь, вмещающая до пяти тысяч человек, сегодня была переполнена, но едва коммуникаторы известили о двенадцати ночи, Ньюи невольно притихли, расступаясь от ее центра, вжимаясь друг в друга, ибо всем хотелось увидеть, что им сегодня приготовила Уя.

Уя никогда не разочаровывала!

Она уже была в самом центре площади, и в полнейшей тишине вскинула вверх одну руку, застыв на месте в ожидании.

С двух разных сторон от центра площади – со стороны театрального переулка, и со стороны переулка трех клубов раздался мерный ритм малых барабанов, и через толпу двинулись два «ручейка» барабанщиков с обнаженными торсами и девушками в облегающих топиках. Барабанщики заполнили пространство вокруг Уи, и раздвигая круг перед собой, еще сильнее вжали Ньюи друг в друга.

К малым барабанам присоединились том-томы.

Потом там-тамы.

А потом Уя начала свой танец!   

Толпа взревела от восторга на третьем ее движении, через несколько секунд начала ей подражать, а еще через десять, когда в дело вступили большие барабаны и литавры – уже вся площадь колыхалась вразнобой в ритме странного танца под оглушительный бой барабанов.

Уя танцевала уже пятидесятый раз подряд, и каждый раз считала, что это ее последний танец на Карнавальной, но в течении следующего года собирала самый большой рейтинг из всех танцовщиц города, и опять была вынуждена придумывать новый танец к дню Оторвы.

Каждый раз она танцевала словно в последний раз, и каждый раз отрывалась по полной, ибо ей это нравилось больше всего на свете! Вот и сегодня она вся была где-то там – внутри своего танца, в середине второй минуты уже совершенно забыв свою разученную композицию, ибо теперь танцевала ее сущность, полная самых неожиданных импровизаций, и импульсивных действий, а это и было тем, что желали видеть люди – искренних натуральных эмоций жизни!  

Сегодня и барабанщики были в особом ударе! Новые ритмы, новая композиция, даже новые барабаны сумели собрать из новых материалов, чтобы оглушить Ньюи идеальным звуком! Новые костюмы и новые движения, исполняемые с идеальной синхронностью заводили толпу не хуже ритмов, и когда очередной ритм заставил и Ньюи вокруг двигаться синхронно – толпа людей, почти поголовно обладающих идеальным слухом, загудела.

В тон основной барабанной партии.

Самый особенный звук в природе – зов толпы, гудящей одну ноту!

Сначала тихий, потом все более ощутимый даже не из-за громкости звука, а из-за его отражения от стен вокруг площади, уже давно строящихся особым образом, а потом этот звук отразился от потолка города и вернулся обратно, словно обрушившись на людей.

Волосы вставали дыбом, а тело покрывалось огромными мурашками, холодными волнами перекатывающимися по всему телу.  

Этот странный фоновый звук невозможно воспроизвести электронными средствами, ибо единственный из всех, существующих в природе способов его извлечения – глотки тысяч людей, находящихся в каменном мешке!

Под бой сотен барабанов.

В свете десятка прожекторов.

Для Уи, упавшей в изнеможении в центре площади.

Возвращенцы ошалело смотрели трансляцию этого почти мистического действа, и словно остолбенели, настолько оказались втянуты в это событие.

Элья, Клара, дюжина медсестер, три инженера и даже Аск с Хонсом сидели между десяти возвращенцев на силовых диванах, преобразованных из кресел, и молча пялились как идиоты на большой экран перед ними.

Хотя не совсем уж и молча – большинство Ньюи тоже гудели в тон звуку, раздающемуся из динамиков.

Парни и две девушки, оставшиеся в своих комнатах с запечатанными дверями, также пребывали фактически в трансе – они видели событие не только глазами трансляторов, но и некоторых барабанщиков. Экранка Уи была недоступна.

Уя всегда падала в центре площади. Но не потому, что хотела упасть, а потому, что действительно полностью выложившись физически и эмоционально. Обычно уже на седьмой минуте. Сегодня – на десятой!

Минута отдыха, и она опять на ногах! Но теперь она не будет выкладиываться на сто процентов. Лишь на семьдесят-восемьдесят, но и этого достаточно – Ньюи опять взревели в едином порыве, когда ее фигурка поднялась в центре площади!

Этот крик разрушил мистику гудящего звука, и барабанщики пришли в движение, двинувшись к центру площади, где извивалось гибкое девичье тело. Силовое поле приподняло Ую над полом. Барабанщики обступили ее со всех сторон и выдали новую композицию.