Люди мертвого Мира - Часть 2

Новые заговорщики

- Новая башня Аутов будет еще выше? – спросила Уя, в очередной раз задержавшись у окна с очередным видом на Ньюи-сити-53, но теперь уже на южные сектора города, откуда доносились приглушенные звуки музыки и праздной толпы.

В большой совещательной комнате на верхнем этаже башни Аутов были почти все обитатели этого жилища – Мара, три ее брата, их воспитательница Фарла, и двое помощников и одновременно бессменных охранников жилища – Ролан и Норф. Угрюмые и малоразговорчивые призовые бойцы в возрасте под сотню лет с телами тридцатилетних атлетов, пристально оглядели вошедших Ую и Эдана, после чего вместе с Фарлой вышли из комнаты.

- Если архитектурный совет одобрит ее постройку! – ответила Мара, раскинувшись в кресле отца во главе овального стола посредине комнаты.

Она была в странной смеси новейшей ньюлакши-10 и самого грубого армекса-1.3. Короткая примитивная куртка словно стальная кираса опиралась на ее тонкую талию и на некотором расстоянии от тела окружала ее туловище и плечи с рукавами чуть ниже локтей, а невесомая ньюлакша постоянно реагировала на ее настроение, чуть воздушное, с преобладанием розовых и фиолетовых тонов, словно под легким ветерком развеваясь вокруг ее длинных стройных ног, сложенных одна на другую на столе.

Мара разглядывала свои ногти на руках, ободранные в последней драке, и держа в одной руке новомодный девайс – длинную узкую полосу из желтого золота с бриллиантовой пылью на рабочей поверхности, и неловкими движениями этой пилочкой для ногтей, пыталась делать себе маникюр.

- Это лиззимуновская штуковина? – невольно поинтересовалась Уя, ибо Лиззи Мун уже почти неделю делилась в нейросети Ньюи моделями модной одежды своего времени и наставлениями по светской жизни. И первое и второе пользовалось бешеной популярностью, а различные заводы наперебой предлагали Ньюи свои варианты самых разной продукции по эскизам Лиззи, и все это мгновенно находило своих пользователей.    

- Да, только это уже завод металлических отходов постарался! – Мара чуть отставила в сторону эту блестящую пилочку для ногтей и критически ее осмотрела. – Стильней, чем у парней с бронепанельного, получилось, но на мой взгляд слишком вычурно – надо было из белого золота делать!

Мара продолжила выровнять линию ногтя на правом безымянном пальце, изредка поднимая на гостей свои ироничные улыбки настолько разных видов и типов, что создавалось впечатление, что ее лицо постоянно двигалось. Иногда казалось даже, что это были лица нескольких девушек, просто очень похожих друг на дружку, но странным образом собранных в одну забавную модель лица человека.

Уя села в кресло напротив Мары, тоже задрав свои ноги на стол – и они были даже чуть аппетитней худых ног Мары.

Парни бросили взгляды на обе пары ног на обеих сторонах стола, и девушки почти одновременно усмехнулись, но потом Мара смотрела на Ую с поистине счастливой улыбкой, ибо боготворила ее всю свою сознательную жизнь.

Эдан скромно присел на краешек кресла между Уей и Бёрном, с удивлением разглядывая лицо Мары, а потом, едва сумев оторваться от метаморфоз ее улыбочек, с еще большим удивлением уставился на лицо Ферзя, которое вообще не менялось.  

- Тебе не жестковато? – спросил Бёрн, и Эдана откинуло на спинку кресла, когда силовая подушка под ним чуть приподняла его тело.

Эдан увидел улыбку Бёрна и Мары, но осознав, что теперь его тело не опирается на гранит кресла, а довольно комфортно висит в силовом поле, расслабился, приняв удобную позу.

Уя и Ферзь в это время обменялись серьезными взглядами.  

- Можете пожить у нас, пока не успокоятся улицы, – сказал Ферзь. – Уже через пару недель…

- Про нас забудут уже через пару часов! – самодовольно прервала его Уя, кивнув на окно, откуда раздался очередной шум толпы, отреагировавшей на нечто новенькое на Карнавальной.

- Бригада Клода объявила награду в десять баллов общественной репутации всем тем, кто в течении двух недель отправит вас двоих отсыпаться в госпитале, - спокойно продолжил Ферзь.

- Тогда переждем! – мгновенно согласилась Уя.

Мара перекинула на коммуникатор Уи несколько экранок и сводку новостей, а Бёрн Эдану – наглядную инструкцию о том, как работает система безопасности в их жилище.

- Я твоя фанатка! – с очередной улыбкой призналась Мара Уе.

- Я знаю! – ответила Уя. – Ты в десятке лидеров просмотров моих оторвинок!

- Твой позапрошлогодний танец я пересматривала больше сотни раз, - сказала Мара. - Но теперь я под впечатлением от этого…

Мара грациозно качнулась всем телом, взмахнув руками в странном движении, которое увидела в последнем выступлении Мары.

Улыбнулся даже Ферзь, и Эдан был искренне удивлен его способностью улыбаться, а потом с удивлением увидел, что Уя повторила свое движение, чуть поправляя неточность Мары, а потом и Мара и Бёрн, и даже Ферзь попытались его повторить, и хотя только движения Мары были ближе всего к оригиналу, но все рассмеялись, включая Ую.

- Я все это придумала на площади! – сказала Уя с довольной улыбкой.

- Да ладно! – недоверчиво возразила Мара.

- Поверь на слово! – твердо ответила Уя, и ее взгляд стал предельно серьезным. – Две трети моих оторвинок – придуманы на площади. Иногда я сама удивляюсь, как это можно придумать, но во время танца мое тело живет своей собственной, какой-то особенной жизнью, независимой от моего сознания.