Люди в белом

Глава 5. В поезде

Электричка оказалась небольшой. Всего 7 вагонов. Мы забежали в открытые двери ближайшего к нам вагончика и прошли дальше почти в самый конец, ближе к локомотиву. Как только мы устроились на свободных местах длинных мягких сидений, расположенных друг напротив друга, транспорт тронулся с места. Успели, – пронеслось у меня в голове. В вагоне, кроме нас, было не так много людей – на правой стороне, где расположились мы, сидело 6 человек, а на другой– 7. Меня устраивала малая численность. Маму, дрожащую от одной мысли, что можно заразиться от кого-нибудь страшной болезнью 21 века, такой расклад устраивал еще больше. За окном уже проплыло здание вокзала, и мы могли созерцать виды нашего города – на одной стороне возвышались бесконечные высотки, на другой картина казалась более спокойной из-за редких многоэтажных домов и частых двух-пяти этажных зданий, чередующихся с парками и широкими аллеями. Сердце щемило. Я никогда еще не уезжала далеко из собственного дома. Но пугало не расстояние, разделяющее нас от дома, а, скорее, неизвестность. Мы ехали туда, где нас не ждали. Не обязательно нас удостоят вниманием, не говоря о том, что нам окажут помощь. Что если мы все – люди, – оказались в изгнании, и от рока не суждено уйти ни мне, ни матери, ни даже маленькому пушистому созданию? Эти мысли повергали меня в уныние. Я не считаю себя пессимистом, но сейчас в голову упрямо нагрянывали мысли о трагической судьбе нашего мира. Еще и Ангелы, сопровождающие нас, как-то приуныли с момента нашей встречи у здания вокзала. Я снова посмотрела на Лайлу. На ее лице отпечаталась тревога. Если я спрошу, она ответит? Решила рискнуть.

- Пока мы были в такси что-то случилось? – осторожно проговорила я, смотря в озадаченное лицо моей спутницы, сидящей по правую руку от меня. Лайла не сразу повернулась. Видно было, что девушка ждала подобных вопросов от меня, но ей было тяжело отвечать на них. Она вздохнула, переглянулась с Ханиэлем и повернулась ко мне. В глазах ее стояла тревога – совсем не та, что была ранее. До нашей встречи около здания вокзала ее тревога была смешена с готовностью к борьбе за права человека существовать на этой земле, ведь она увидела во мне совсем не монстра, транслируемого Пурой, а существо с доброй открытой душой. Сейчас на ее лице отпечаталась обреченность, будто они уже побывали на битве и проиграли ее.

- Мила, давай отойдем. Не хочу, чтобы кто-то еще посвящался в наши с тобой разговоры.

Мое волнение усилилось в сто крат. Я кивнула. Нужно было предупредить маму о своем временном отсутствии так, чтобы не вызвать панику.

- Мам, я в туалет.

- Разве в электричках есть туалет? – заволновалась она.

- Да, в первом вагоне. Ты не знала? – постаралась я сказать как можно увереннее.

Подействовало. Мама кивнула и я встала с места вслед за Лайлой. Мы отправились в ближайший тамбур. Ангелу не понадобилось открывать дверь, она просочилась сквозь нее. Выйдя в громкий коридорчик, я увидела готовность спутницы рассказать мне волнующие ее мысли. Задавать вопросы я не стала. Только выжидающе взглянула на нее, кивнув, тем самым показывая, что я уже готова выслушать ее.

- Нас вызвали. Наверх, – никогда не думала, что у высших существ может отражаться на лице столько эмоций. Может быть белокурая девушка была исключением из их крылатой стаи? Я не перебивала ее, только внимательно смотрела в прекрасное лицо ангела. – Это была Пура. Она узнала, что мы не на задании. Я не хотела, чтобы это случилось так быстро. Видимо, кто-то нас выдал.

Я тут же подумала о темноволосом красавце, который хотел избавиться от меня еще на поляне, где мы все познакомились. Лайла и два других ангела помешали ему это сделать. Неужели он выдал всех? Он обещал молчать, а тут... Но почему он не сказал напрямую? Почему с тремя своими сородичами отправился в «путешествие», вместо того, чтобы сразу вызвать Пуру и расквитаться со мной и остальными? Во мне столбом встала злость на безупречное снаружи существо. Предатель! Тем временем Лайла продолжала.

– Пройдет не так много времени, как нас решат проверить. После того, как мы не выйдем на связь, бросятся на наши поиски. Боюсь, мы не успеем добраться до цели…

Она замолчала, отвернувшись в окно, встроенное в дверь. Теперь в ее лице я видела боль сокрушенных надежд. Мы ехали к спасению, вера в которое погасла даже у наделенных силой ангелов. Я опустила глаза. Повисло молчание. Я слушала стук колес, пытаясь угомонить в голове бегающих в панике букашек под названием извилины мозга. Они носились с визгом, который становился все громче и громче, перекрывая собой все остальные звуки, словно чувствуя приближающуюся катастрофу. Дыхание мое учащалось. Голова все сильнее гудела от отчаяния, как вдруг среди всего этого хаоса, нарушив бесконечный бег паникующих извилин, упали три большие буквы, заняв все место в моем воспаленном маленьком мирке: «НЕТ». Стало тихо. Я вновь вернулась вовне. Вновь стук колес… Лайла... Она смотрела на мелькающие в окне картинки. Я не могу так просто сдаться, – подумала я про себя.

- Я не могу так просто сдаться, – уже вслух сказала я. – Это глупо. К чему тогда все? Почему мы должны бросить надежду, даже не попытавшись? Так не честно.

Лайла повернулась на меня. В ее глазах снова загорался тот огонек, что я видела на поляне.

– Пообещай мне попробовать, – обратилась я к ней.

Моя просьба, или даже требование, вызвала удивление. Но вместе с тем протест передался ей, взвывая к силе, заснувшей в ее душе. Я буквально видела, как зажигаются ее глаза и, наконец, Лайла улыбнулась. Мне стало легче от ее улыбки, словно опасность уже миновала.