Люкс для молодоженов

Глава 1. Столкновение

Сочинский закат плавился в огромных панорамных окнах лобби «Гранд Империала» — того самого оттенка, который в рекламных буклетах называют «расплавленным золотом», а в реальности он больше походил на разлитый апельсиновый фреш. Пахло дорогим парфюмом, охлажденным мрамором и чьими-то несбывшимися надеждами на идеальный отдых.

Елена Ларина стояла у стойки регистрации и чувствовала, как её непослушные кудряшки — этот вечный бич сочинской девяностопроцентной влажности — снова выбиваются из-под резинки и начинают жить собственной жизнью. Одна прядь уже предательски щекотала висок, другая нахально лезла в глаз, и Елена сдула её резким выдохом, что, вероятно, со стороны выглядело, как нервный тик.

— Молодой человек, — произнесла она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, хотя внутри всё кипело, как гейзер в Долине гейзеров, если бы та находилась в аду. — Давайте ещё раз. Я забронировала номер три месяца назад. Три. Месяца. Назад. У меня есть подтверждение. У меня есть предоплата. У меня есть желание лечь в горизонтальную плоскость и не вставать оттуда ближайшие четырнадцать дней.

Администратор — идеально причёсанный молодой человек с бейджиком «Артём» и выражением лица человека, который уже трижды сегодня пожалел о выборе профессии — нервно постучал по клавиатуре.

— Елена Викторовна, система показывает... гм... некоторый сбой. Ваш номер был... э-э-э... аннулирован сегодня утром.

— Аннулирован, — повторила Елена ледяным тоном, который обычно приберегала для особо наглых клиентов, требующих скидку в девяносто процентов и доставку на дом «прямо сейчас». — И кто же его аннулировал? Призрак оперы? Мой внутренний голос, пока я спала в самолёте? Или, может быть...

Она осеклась.

Потому что воздух в лобби вдруг стал гуще. Буквально. Так бывает, когда в помещение входит кто-то, кто занимает слишком много пространства — не физически, хотя физически он тоже занимал его с запасом, а энергетически.

Елена скосила глаза вправо и вверх. И ещё вверх. И ещё.

Рядом со стойкой стоял мужчина.

Ростом примерно с телеграфный столб, только в гораздо более дорогом костюме. Широкие плечи, обтянутые тёмно-серой тканью, которая явно стоила больше, чем её месячный платеж по ипотеке. Сильная шея, на которой поблёскивала серебряная цепочка — единственная вольность в его облике. Тёмные волосы коротко подстрижены, на висках — лёгкая проседь, которая странным образом делала его не старше, а опаснее. Как у волка, который знает, где водятся самые жирные овцы.

Но глаза — вот что заставило её замереть. Янтарные. Тёплого, почти медового оттенка. Только взгляд из этих тёплых глаз шёл такой холодный, что в лобби можно было открывать каток.

Незнакомец смотрел не на неё — он смотрел сквозь пространство, как человек, привыкший, что реальность прогибается под его желания. Челюсть у него была такая, что ею можно было колоть орехи. Сейчас он постукивал пальцами по мраморной столешнице — длинными, сильными пальцами с аккуратными ногтями. Елена заметила на его запястье часы, которые стоили примерно как хорошая иномарка, и тут же отвела взгляд.

Богатые мужчины — головная боль. Красивые богатые мужчины — головная боль в квадрате. Красивые богатые мужчины со взглядом голодного хищника — головная боль, умноженная на её желание никогда больше не вляпываться в истории.

Она решительно повернулась обратно к Артёму, который, кажется, стал ещё бледнее.

— Так. Я устала. Мой рейс задержали на четыре часа. Мой багаж где-то между Москвой и, надеюсь, Сочи. У меня нет сил. Найдите мне любой номер. Я заплачу́. Я буду спать на раскладушке в подсобке. Я...

— Прошу прощения, — раздался голос слева.

Низкий. С хрипотцой. Такой голос бывает у людей, которые или много курят, или много командуют, или и то и другое. Елена повернулась и обнаружила, что незнакомец смотрит прямо на неё. Вернее, чуть сверху вниз — разница в росте была ощутимой, она едва доставала ему до подбородка.

— Вы, кажется, заняли мою очередь, — произнёс он тоном, в котором не было ни капли сомнения в собственной правоте.

— Вашу очередь? — Елена приподняла бровь. — Я стояла здесь, когда вы ещё, вероятно, парковали свой... личный космический корабль.

В янтарных глазах что-то мелькнуло. Не раздражение — что-то более острое. Интерес? Она не могла понять.

— Я жду, когда этот молодой человек, — он кивнул на побледневшего Артёма. — Объяснит мне, почему люкс, который я оплатил полностью, вдруг оказался недоступен.

— Люкс? — Елена моргнула. — Какой именно люкс?

Артём издал звук, похожий на сдавленный писк умирающего хомяка:

— «Люкс рассвет», четвёртый этаж, вид на море, отдельный выход к бассейну...

— Это мой люкс! — хором произнесли Елена и незнакомец.

В лобби повисла пауза. Где-то в отдалении звякнул бокал. Кондиционер тихо зажужжал, словно тоже нервничал.

— Ваш? — переспросила Елена, медленно поворачиваясь к мужчине всем корпусом. — Вы собрались праздновать свадьбу? С кем? С собственным отражением? Потому что, судя по выражению лица, только оно способно выдержать ваше общество дольше пяти минут.

Он моргнул. Всего один раз, но Елена успела заметить, как дрогнули его ресницы — длинные, густые, какие-то совершенно неуместные на таком суровом лице.

— Моя... спутница, — слово далось ему с видимым трудом. — Не смогла присутствовать.

— Не смогла? — Елена скрестила руки на груди. — Сбежала, да?

Тишина стала такой плотной, что её можно было резать ножом. Незнакомец сжал челюсть — Елена буквально увидела, как под скулами заходили желваки. На секунду ей показалось, что она перегнула палку, но потом...

— Допустим, — произнёс он ледяным тоном. — Это не ваше дело.

— Допустим, — парировала она. — Этот люкс должен был стать моим. Я заслужила этот отдых. Я не была в отпуске десять лет. Десять. Лет. Я считала дни. У меня в телефоне есть специальное приложение, которое отсчитывало секунды. Оно сломалось от переполнения счастьем, когда я села в самолёт.