Лютик

1

Глава 1. Побег

Липкий пот стекал по позвоночнику, пока я старалась перебегать маленькими шажками — так, чтобы охрана отца не заметила мою тень. В руках я сжимала большую сумку с деньгами, оставленными мне матерью перед смертью, и кое-какими вещами.

Отец всю жизнь следил за каждым моим шагом, но вчерашний день стал последней каплей. Он решил силой выдать меня замуж за того, кого я люто ненавидела. Ярик Самсонов — сын папиного партнера и самое выгодное его вложение. Продать дочь за огромную сумму, и доля отца Самсонова перейдет в пользование отца.

Все было бы прекрасно, если бы я не знала, на что способен Ярослав. Он жесток и беспощаден настолько, что в детстве на моих глазах задушил мою кошку Люсю. Я долго плакала, а он испытывал удовольствие — я читала это в его глазах, в его ухмылке. Ярик любил, когда я плакала, обожал издеваться надо мной и врал моему отцу так изощренно, что тот верил, будто я плохая дочь, и наказывал меня за это.

Годы детства прошли, я повзрослела. Ярика еще в подростковом возрасте отправили учиться в Нью-Йорк, а я наконец-то начала жить полноценно. У меня появились друзья, новая элитная школа... Пока ужас прошлого не дал о себе знать. Ярослав возвращался через несколько дней, и они с отцом уже обговорили дату свадьбы.

Я перекидываю сумку через забор, ловко цепляюсь за край, закидываю ногу — и вот уже спрыгиваю по ту сторону. На той стороне дороги меня поджидает старенькая машина, купленная заранее за наличные. Всё продумано до мелочей: деньги, новые документы и даже имя.

Теперь я не Волкова Элис Аркадьевна, наследница олигарха Аркадия Волкова, а просто Аля. Алевтина Королькова.

Документы я приобрела за большие деньги, всё легально. Отцу никогда не догадаться, что я сменила всё, что связывало меня с ним.

Жизнь в золотой клетке остаётся позади. И никто меня не остановит.

Такого я не видела даже в самых душных кошмарах.

Машина жалобно скрипела на разбитой дороге, подпрыгивая на выбоинах, похожих на следы артобстрела. Деревянный город. Название звучало как насмешка. Никакого намёка на уют или природу — только покосившиеся серые бараки, обшитые кривым сайдингом, и мрачные бетонные пятиэтажки, похожие на гробницы. Воздух густо пах пылью, углем и чем-то кислым, протухшим.

Я припарковалась у нужного дома, сжимая руль так, что кости побелели. Мое новое убежище. Обшарпанная хрущёвка с осыпающейся штукатуркой и зарешеченными окнами первых этажей. Где-то за стеной орал ребёнок, с верхних этажей доносился мат и грохот тяжёлого рока.

«Ты справишься, Элис, — судорожно подбадривала я себя, вылезая из машины. — Ты должна».

Сумка с деньгами и документами прижималась к груди, как парашют у десантника, прыгающего в кромешную тьму. Каждый шаг по замусоренному двору отдавался гулким страхом в висках. На меня с нескрываемым любопытством смотрели местные: бабки на лавочке, подростки с банкой пива, мужчина, чинивший у гаража что-то ржавое. Я чувствовала себя лабораторной мышью под прицелом десятков глаз. Чужая. Белая ворона. Диковинка.

Подъезд встретил меня смрадом сырости, хлорки и кошачьей мочи. Сердце ушло в пятки. Я почти бегом поднялась на третий этаж, отыскивая глазами дверь с номером 35. Ключ дрожал в моих пальцах, ни за что не желая входить в скважину. Сзади скрипнула дверь.

Я обернулась.

Из квартиры напротив вышел парень . Высокий, в чёрной куртке, лицо усыпано мелкими едва заметными шрамами. Его взгляд, тяжёлый и изучающий, скользнул по мне, по моей сумке, по моим новым, но всё ещё слишком дорогим джинсам. В глазах — ни капли интереса, только холодное презрение.

— Ты кто такая, — хрипло бросил он. Голос был грубым, как наждак. — Место занято.

Адреналин ударил в голову. Я выпрямила спину, пытаясь скрыть дрожь.

— Я здесь живу. Снимаю.

Он медленно подошёл ближе, нарушая все мыслимые границы личного пространства. От него пахло дымом и металлом.

— Кто пустил? — спросил он, и в его тоне сквозила угроза.

— Хозяин. Ковалёв.

Парень усмехнулся, беззвучно. Потом мой взгляд упал на свежий порез на его скуле. Он провёл пальцем по крови, смотря на меня, будто проверяя на реакцию.

—Соседка, значит, — протянул он, оценивающе оглядывая мои джинсы и «Ролекс» на запястье. — Советую тебе запереться на все замки и придвинуть к двери шкаф. А когда местные начнут тебя драть во все щели — не зови.

Он ухмыльнулся и, развернувшись, пошёл прочь. У меня кровь прилила к щекам от этой наглости.

Справившись с дрожью в руках, я всё же открыла дверь, заперла её на все замки и прислонилась спиной к косяку, громко и протяжно выдохнула. Из всех мест на этой планете я выбрала самое опасное. Отец никогда не догадается искать меня здесь, а значит, нужно научиться выживать в этом городе.

Стянув капюшон, я ощутила, как светлые волосы каскадом рассыпались по плечам. Слава богу, он не увидел их — те самые волосы, на которые все девчонки в моём прошлом смотрели с завистью. Мне нужно стать неприметной. Именно такой, на какую парень вроде него не посмотрел бы и дважды.
Я нашла на кухне старые ножницы. Отрезала первую прядь — и сердце зашлось от странного освобождения. Прядь за прядью падали на пол, а по щекам текли слезы. Я даже не замечала их, пока в глазах не начало щипать. В зеркале на меня смотрела незнакомка с короткими, рваными волосами, как у мальчишки. Затем я надела очки с простыми стеклами — последний штрих к новому образу.

Вытерла слезы рукавом и выдохнула. Сейчас я почти неузнаваема. Нужно лишь докупить вещей, которые скроют мою фигуру и превратят в серую мышь.

Я подошла к окну и осторожно раздвинула занавеску. Мой сосед стоял во дворе, освещенный тусклым фонарем. Он что-то говорил по телефону, его поза выражала напряженность. И вдруг... он резко поднял голову и уставился прямо на мое окно. Прямо на меня.

Нас разделяли стекло и двадцать метров, но его взгляд, тяжелый и пронзительный, словно обжигал меня. Он что-то сказал в трубку и медленно убрал телефон в карман, не отводя от меня глаз.