Лжец. Вторая семья моего мужа

Глава 7

Николь

Вхожу в квартиру, кладу связку ключей на полку в прихожей. Туда же отправляется сумочка. Сразу иду в гостиную, следом за мной шагает Максим.

— Если Влад брал документы, то они будут где-то здесь, — говорю, распахивая дверцы шкафа.

Макс принимается осматривать его содержимое, а я сажусь на диван.

Кажется, шоковое состояние окончательно отпустило меня. Теперь я на все смотрю другими глазами. Протрезвевшими. И жизненной ситуации, в которой я оказалась, не позавидуешь... Третий месяц беременности. Работы у меня нет. Квартира оформлена на Влада... Может, бросить все и уехать к маме? В родной маленький городок на двадцать улиц? Она была бы рада.

Но я так много училась, так старалась в школе, буквально не выпускала из рук учебники, чтобы поступить в университет, чтобы получить хорошее образование, чтобы "пожить интересно", "увидеть мир", чего желала мне мама.

Потом были три курса универа, подработка днем на кафедре, а вечером в фаст-фуде, я крутилась, как могла, тянула, тащила, добивалась... и вдруг встретила Влада. Он разукрасил мой мир сотнями красок, я так влюбилась!

Но моей сказке не светит счастливый конец. Пора мне вспомнить какого это — заботиться обо всем самой и надеяться только на себя.

— Нашел! — звучит довольный возглас Макса. Он поднимает вверх руку и показывает мне папку.

— Отлично, — отзываюсь я.

Парень закрывает дверцы шкафа. Бросает на меня любопытный взгляд:

— Что будешь делать?

— Думать, — развожу руками.

— Думать — это очень хорошо, — пересекая комнату, соглашается Макс. Прислонившись к дверному косяку, продолжает: — Но стоило бы все-таки поесть. Давай я закажу тебе ужин?

— Не переживай, еда у меня есть, — заверяю в ответ.

— Тогда, может, угостишь и меня? Я, если честно, страшно голоден, — улыбается парень.

— Тебе разве не надо везти документы? — уточняю, рассчитывая, все же, на его уход.

— Ничего, подождут, — отмахивается он.

— Извини, Макс, но я хотела бы побыть одна, — приходится отказывать прямым текстом.

— Ник, — оттолкнувшись от косяка, он делает пару шагов ко мне. — Я просто не хочу оставлять тебя... в таком состоянии.

— Спасибо за беспокойство. Но я в порядке. Насколько это возможно.

— Ника, слова отца... — заикается Макс, но я перебиваю его:

— Очень задели меня. Как и все, что случилось сегодня. Но обсуждать там нечего.

— И все-таки нам стоит обговорить его решение. Как бы ты не противилась, — продолжает парень, опускаясь на другой конец дивана.

— Знаешь, во всем этом сумасшествии, во всем этом водовороте лжи, я ждала от вашего отца, от взрослого, делового человека, какого-то конструктива. Какой-то четкости. Какого-то понимания, что происходит. Хотела, чтобы он согласился оставить Влада здесь. Потому что здесь тоже его семья.

— Ника, я предупреждал, как для остальных выглядят ваши с Владом отношения, — мягко напоминает Максим.

— Да-да, я понимаю. И я готовила себя к тому, что ваш отец отнесется ко мне, как к любовнице. Но я-то себя любовницей не чувствую. Хоть убей, Макс! Не чувствую! Я знать не знала о жене Влада. Моя совесть чиста. Поэтому я на все сто процентов чувствую себя обиженной, обманутой и пренебрежения со стороны вашей семьи не заслужила. Я раз в месяц отправляла своего мужа в командировку, а не к его второй семье. Как я теперь понимаю, последние два года он проводил три недели месяца со мной, а одну с ними. Поэтому не надо мне говорить, что я любовница. Влад должен нести ответственность и передо мной.

— И что, в конечном счете, это поменяет? Вот оставит отец Влада здесь. Он придет в себя и что? Чего ты добиваешься? Неужели, надеешься на примирение? — с сомнением интересуется Макс.

— Нет. И речи быть не может! Но это сохранило бы мое достоинство. Влад растоптал все мои чувства. Хотя бы достоинство я хотела оставить при себе. А так я как будто ничего не значу. Меня словно выкинули на обочину.

— Это сделал Влад, Николь. Не я, не отец. Окружающие относятся к тебе ровно так, как позволил это делать Влад.

— Думаешь, я этого не понимаю? — горько усмехаюсь. — Поэтому, наверное, и противлюсь. Хотя бы самой себе доказать, что я не пустое место.

— Конечно, не пустое, Николь. Ты замечательная. И точно не заслуживаешь пренебрежения. Отец не проявлял его. Он просто взвесил все и принял решение.

— Да кто способен на такой поступок? Ради чего мне выходить замуж за нелюбимого человека? Ответ один — только ради денег! Уж извини, но такие предложения и есть то самое пренебрежение. Он отнесся ко мне высокомерно, с презрением.

— Нет, не так, — возражает Макс. — Отец нашел способ, при котором не проигрывает никто. Ведь ты уже на третьем месяце. Значит, ребенку быть...

— Боже, Макс! — возмущенно восклицаю. — Беременность я бы не прервала ни при каких условиях!

— Я рассуждаю как отец, Николь. Не на уровне чувств и эмоций, а на уровне конкретных обстоятельств. Так вот, ребенку быть. А на репутации нашей семьи не должно быть ни одного даже самого маленького пятна. Двухлетняя неверность Влада, то, что он посмел завести вторую семью — это как пощечина отцу. Поженив нас, он одним выстрелом убивает двух зайцев: изощренно наказывает Влада и решает вопрос с незаконнорожденным внуком, — хладнокровно раскладывает Одинцов-младший.