Лживые клятвы

Глава 20

Ты уверен, что это он? – спрашивает Себастьян у Риаана, когда они сворачивают в коридор в задней части замка. Слава богу, он тускло освещен. Если они направятся в покои королевы, мне придется прервать свою миссию.
– Да. Королева тоже его опознала.
Себастьян пожимает плечами и сворачивает в коридор, которого я никогда раньше не видела. Должно быть, на него наложены чары королевы.
– Его пример будет назиданием всем остальным.
Это скорее не зал, больше туннель, и потолки здесь такие низкие, что мужчинам приходится пригибать здесь головы. Они быстро идут к темной лестнице, и Риаан призывает шар света, чтобы осветить дорогу. Я держусь на безопасном расстоянии и сосредотачиваюсь на слиянии с тенями.
С каждым шагом вниз воздух становится прохладнее, и волосы на моих руках встают дыбом. Себастьян спускается с лестницы и останавливается у последней ступеньки, широко расставив ноги и скрестив руки на груди. Он заглядывает в зарешеченную камеру. Отсюда я не вижу, что внутри, но я нахожусь достаточно близко, чтобы слышать их разговор.
– Джалек, – говорит Себастьян, и мой и без того неспокойный желудок сжимается.
Это Джалек из группы Финна? Тот самый, что учил меня владеть мечом?
– Как мило, что ты вернулся домой на каникулы, – говорит Себастьян.
Мужчина за решеткой плюет в Себастьяна.
– Иди к черту, – рычит он.
Я знаю этот голос. Это правда он.
– Нельзя так разговаривать с тем, от кого зависит твоя судьба.
С губ Джалека срывается смешок.
– Неужели я должен верить, что есть хоть малейшая возможность, что вы меня освободите?
Себастьян засовывает руки в карманы и прислоняется спиной к стене напротив камеры.
– Есть, если ты расскажешь нам, с кем работаешь и как мы можем их найти.
– Я работаю один.
Себастьян хмыкает.
– Я не дурак. Я знаю, что ты работаешь с принцем Финнианом. Это он тебя послал? Расскажи мне, что он задумал, и я защищу тебя от наказания.
– Я не предаю своих – в отличие от твоей королевы.
Он произносит слово «королева», как будто это оскорбление, и Себастьян бросается вперед, хватает его рубашку через решетку и поднимает его с пола.
– Ах ты мерзкий ублюдок.
Джалек втягивает воздух, открывая и закрывая рот, как рыба, выброшенная на берег. Его лицо краснеет, потом багровеет, как будто его кто-то душит. Я не хочу смотреть. Я не хочу видеть эту сторону Себастьяна. Я не хочу верить, что он способен на жестокость по отношению к мужчине, который был ко мне добр. Но я заставляю себя следить за каждой секундой.
Себастьян все еще держит его над полом, но Джалек внезапно хрипит и брызжет слюной, как будто давление на его горло отпустило.
– Назови хоть одну причину, по которой я не должен убивать тебя прямо сейчас, – рычит Себастьян.
– Убей меня, и она никогда не отдаст тебе корону.
С чего королеве отказывать Себастьяну в праве первородства из-за убийства предателя?
Себастьян бросает его и отступает назад, раздувая ноздри.
– Что ты об этом знаешь?
Джалек смеется.
– Достаточно, чтобы знать, что тебе ее не одурачить.
Вспышка света врезается в Джалека, сбивая его с ног.
– Сегодня ты спишь тут, – рычит Себастьян. – Если к утру ты передумаешь, возможно, мы сможем заключить сделку. Если нет, то, что случится с тобой, будет примером всем остальным. Все королевство будет знать, что будет, если угрожать моей семье.
Себастьян стремительно поднимается по лестнице и проходит мимо меня, Риаан следует за ним.
Я жду, когда они свернут в коридор на верхней площадке лестницы и исчезнут из виду. И только после этого выхожу из теней и снова обретаю свою физическую форму.
Я подхожу к камере и потираю руки. Здесь так холодно.
– Джалек?
Увидев меня, он выпрямляется.
– Бри. Давно ты здесь?
– Достаточно.
Он бледнеет.
– Ты много слышала?
– Достаточно, чтобы понять, что он, скорее всего, убьет тебя, если ты не предашь Финна, – и у меня есть много причин, по которым я не могу этого допустить. – Я должна вытащить тебя отсюда, – я ощупываю прутья в поисках замка.
– Это волшебная клетка. Вход появляется и исчезает по желанию принца Ронана.
Я вздрагиваю.
– Ты замерзнешь еще до наступления утра. Должен же быть какой-то выход. А как же твоя магия?
С его губ срывается смешок: тихий, сухой и… совершенно лишенный надежды.
– Они первым же делом ввели мне токсин, который блокирует мои способности, – он склоняет голову набок и закрывает глаза. – Как будто вены залили свинцом.
– Это пройдет? Может быть, я смогу отвлечь Себастьяна утром, чтобы ты мог…
– Я ценю твое предложение, но нет. Ты можешь отвлекать принца несколько дней, а они все равно будут накачивать меня этим ядом.
– Я и подумать не могла, что Себастьян может быть таким… если бы я не видела это собственными глазами…
– Война обнажает наши худшие качества, – качает головой Джалек. – Передай Финну, что я сожалею. Передай… – он обхватывает голову руками и бормочет ругательства. – Передай, что он был прав насчет королевы. Она умирает, но чертовски медленно.
Я обхватываю руками решетку, жалея, что не могу сказать ему что-нибудь, чтобы успокоить. Но у меня есть только вопросы.
– Неужели королева действительно не даст Себастьяну корону, если он убьет тебя? Если это правда, то, может быть, он сохранит тебе жизнь, пока жива она.
Он смотрит мне в глаза и грустно улыбается.
– Ты знаешь так много и вместе с тем – так мало.
– Тогда скажи, что я должна знать!
Он снова закрывает глаза и, кажется, сворачивается клубком, когда шепчет:
– Проклятия состоят из тайн и жертв. Мы будем страдать, пока она не заплатит.
* * *
Когда я выхожу из дворца, праздник Литы все еще в самом разгаре. Так что мне без труда удается выкрасть лошадь из конюшни. Я уже столько раз преодолевала путь из дворца до дома Финна, что дорога, кажется, отпечатана у меня в сознании.
Я еду быстро, стараясь держаться в тени и не позволять себе думать о том, что может скрываться в темноте за деревьями.
Подъехав к дому Финна, я привязываю лошадь у крыльца, но не стучу. Вместо этого я срезаю путь через переулок, ухожу в тень и через стену проникаю в заднюю часть дома. Из библиотеки доносятся тихие голоса. Они становятся все громче.
Один принадлежит Финну, а когда я подхожу ближе, то понимаю, что его собеседница – Прета. Я могла бы проскользнуть внутрь и подслушать, о чем они разговаривают – когда думают, что меня нет поблизости, – но сегодня мне это не нужно. После того как я увидела, что Себастьян чуть не задушил Джалека, после того как я видела, как Джалек сворачивается калачиком в камере, видела в его глазах поражение, как у человека, ожидающего казни, что-то внутри меня сломалось.
Я не могу заставить себя обмануть этих людей. Они – мои… Прета сказала, что они пытаются быть моими друзьями. Так ли это? Я не знаю. Не знаю, остались ли у меня друзья. Но я не могу бросить Джалека. Даже если он не выдаст Финна или меня, я не смогу жить дальше, если он умрет. Поэтому я выхожу из тени, открываю двери библиотеки и захожу в комнату.
Финн и Прета замолкают и поворачиваются ко мне.
– Что случилось? – спрашивает Прета.
– Джалек. Его схватили, – я понимаю, что не знаю точно, что сделает Себастьян, если Джалек не даст ему нужной информации. Наверное, он убьет его. Или еще что похуже. – Себастьян сказал, что его пример будет назиданием всем остальным.
– Мы знаем, – тихо говорит Прета, бросая пристальный взгляд на Финна. – Мы как раз обсуждали, как найти его и освободить. Никто не знает, как попасть в подземелья королевы.
– Я знаю, – я сглатываю. – Сегодня я прошла туда за Себастьяном. Но я не смогла освободить Джалека. В его камере нет двери – только решетки.
– Только смертные настолько глупы, что дают своим пленникам двери, принцесса, – говорит Финн.
Прета грызет ноготь большого пальца.
– Мы на что-нибудь его обменяем.
– Например? – спрашивает Финн.
– Кажется, у меня есть идея, – говорю я.
– На информацию, – говорит Прета, как будто я ничего не говорила. – Должно же быть хоть что-то.
Финн качает головой.
– У меня нет информации, которая, по мнению принца Ронана, стоила бы такой сделки.
– Я знаю, что можно сделать, – повторяю я.
– Но есть… – говорит она, бросив быстрый взгляд на меня.
– Нет, – рычит Финн. – Мы слишком много вложили усилий.
– Послушайте! – я кричу так громко, что мой голос эхом разносится по комнате с высокими потолками.
Финн поднимает бровь.
– Прошу прощения, принцесса. Мы не хотели вас расстраивать. Расскажите, что вы придумали.
Его слова сочатся снисходительностью, и я хочу уйти, просто чтобы досадить ему, но… Джалек. Я не могу оставить его там.
– Раз мы не можем открыть его камеру, выведем его через стены.
Глаза Преты загораются, и она поворачивается к Финну.
– Ты сможешь?..
– Нет, – он прерывает ее на полуслове. – Даже в лучшие времена – нет, и уж точно не сейчас.
– Думаю… Думаю, я смогу.
Прета морщит лоб и делает шаг вперед.
– Тогда почему ты не сделала этого, когда была там сегодня вечером?
Финн презрительно фыркает.
– Потому что она не может, – он поворачивается ко мне. – Твой оптимизм безгранично очаровывает, но мы еще недостаточно хорошо тебя подготовили. Ты едва ли можешь контролировать малейшую часть своей силы, и если ты потеряешь контроль над ней, проскальзывая через защиту королевы, то у тебя на хвосте окажется вся королевская гвардия.
Мои щеки пылают. Я чувствую себя полной дурой из-за того, что собираюсь сейчас сказать. Но я вынуждаю себя произнести это вслух.
– Ты прав. Я не могу. Сама по себе я не справлюсь, но… моя сила становится мощнее, когда ты рядом. И когда ты прикасаешься ко мне… – я тут же жалею о сказанном. Слова звучат слишком, слишком интимно. Мое лицо пылает, но я поднимаю голову и продолжаю. – Думаю, если ты пойдешь со мной, импульс, который я получу от тебя, даст мне необходимые силы и контроль и я смогу это сделать.
Финн пристально смотрит на меня.
Прета качает головой.
– Это слишком рискованно. Что произойдет, если вы попадете в эту камеру и не сможете оттуда выбраться? Тогда застрянете все трое. И это не говоря уже о том, какие проблемы это может за собой повлечь. Бри, твой принц может узнать, что ты задумала. Ты действительно этого хочешь?
– Давай покажем ей, – Финн делает шаг вперед и протягивает мне руку.
Я кладу свою руку в его и выгибаю спину, когда во мне пробуждается моя сила. Комната погружается во тьму. Прета ругается себе под нос, а потом я беру ее за руку, и мы втроем проходим через стену в переулок.
* * *
– Просыпайся, ленивый ублюдок, – говорит Финн, подталкивая Джалека сапогом. – Если не хочешь, чтобы сегодня утром тебя не подали королеве на завтрак.
От его слов мне становится неловко. В кромешной тьме камеры я с трудом различаю его черты, даже несмотря на то, что я прекрасно вижу в темноте.
– На завтрак? Она что, каннибал?
– Она чудовище, – говорит Джалек, вставая с пола и хмуро глядя на нас. – Как, черт возьми, вы двое сюда попали? Решили покончить жизнь самоубийством?
Финн наклоняет голову в мою сторону и пожимает плечами.
– Принцесса настаивала. А я не хотел ее разочаровывать. Все-таки дама жаждала приключений.
– Если все кончится тем, что ты пожертвуешь собой ради меня, – бормочет Джалек, – я убью тебя прежде, чем это сможет сделать королева.
Услышав с лестницы звук шагов, я поворачиваюсь к решетке и пытаюсь разглядеть, кто идет, но из-за угла это невозможно. Когда мы пробрались мимо ревущей снаружи вечеринки в замок, в зале с заколдованным дверным проемом стояли два стражника, а еще двое – наверху лестницы в подземелье.
– Кто-то идет, – шепчу я.
Финн резко поворачивает голову к лестнице, и, прежде чем я успеваю проследить за его взглядом, он тащит меня в дальний угол камеры. Там мы становимся тьмой.
Глаза Джалека расширяются.
– Боги небесного и подземного мира, – бормочет он.
Свет я вижу раньше, чем стражника. Он одет в традиционные цвета Арьи, на ладони у него – шар света.
– Сам с собой разговариваешь, предатель? – спрашивает стражник.
На лице Джалека появляется маска безразличия, и он поворачивается лицом к решетке.
Стражник подносит мерцающий шар к лицу Джалека, а затем осматривает с его помощью камеру. Финн берет меня за руку и прижимает к себе. Он держит меня так крепко, что спиной я полностью прислоняюсь к нему. От этого прикосновения у меня перехватывает дыхание, а тело напрягается.
– Тише, – шепчет Финн, его горячее дыхание касается моего уха, а свободная рука прижата к моему животу.
Я закрываю глаза и сглатываю. Я ненавижу себя за то, что так реагирую на него. А еще больше ненавижу, что мне хочется, чтобы он сдвинул руку и провел ею по горящей от его прикосновений коже.
– Тебе это нравится, – шепчу я. – Не чересчур ли?
Спиной я чувствую, как его грудь сотрясается в беззвучном смешке.
– О, ты даже не представляешь, – говорит он, почти касаясь губами моего уха.
Стражник шагает по коридору мимо камеры Джалека, но мы прячемся и ждем, когда он вернется на свой пост наверху лестницы.
Финн легонько проводит большим пальцем по моему животу.
– Прекрати, – протест звучит слишком тихо, чтобы звучать искренне.
– Как пожелаете.
Но чувствовать его ладонь на своем животе, наверное, даже хуже. Я вынуждена сдержать удовлетворенный стон. Темнота пульсирует вокруг нас.
– Спокойно, принцесса, сосредоточься на магии. Когда мы выберемся отсюда, ты сможешь продолжить воображать, где именно хочешь чувствовать мои руки.
Я открываю рот, чтобы сказать ему, что он отвратительная свинья, которая абсолютно не понимает направления моих мыслей, но закрываю его, когда стражник возвращается. Он снова освещает камеру. Когда угол камеры, в котором мы прячемся, остается окутанным темнотой и стражник снова смотрит на Джалека, не подозревая, что что-то не так, я выдыхаю.
– Я помню твою сестру, – говорит стражник с усмешкой. – Грустно было смотреть, как такая красавица расплачивается за преступления своего брата, но тебе ведь было все равно, да? Я сам бросил ее в огонь. Я никогда не забуду, как она кричала, когда пламя плавило ее кожу.
Финн сжимает меня крепче, словно боится, что я наброшусь на охранника. Все тело Джалека напрягается, кулаки сжаты по бокам, но он не отвечает.
Его сестра сгорела заживо. Я чувствую, как мое сердце сжимается от сочувствия к нему. Никогда еще противоречия не разрывали меня так, как разрывают сейчас из-за этих якобы добрых фейри.
Стражник, прищурившись, смотрит на Джалека, его губы кривятся в усмешке.
– Надеюсь, она позволит тебе сгнить здесь.
Потом он снова поворачивается к лестнице, и мы все, затаив дыхание, считаем его шаги, когда он поднимается наверх.
Финн отпускает меня, его пальцы скользят по моему животу медленнее, чем это необходимо. Я поворачиваюсь и бросаю на него свирепый взгляд.
Он только ухмыляется, а потом переключает свое внимание на Джалека.
– Когда мы выведем тебя отсюда, тебе придется пройти мимо него.
Джалек резко оборачивается, и даже в темноте я вижу му́ку в его глазах.
Финн пересекает камеру и смотрит другу в глаза.
– Я знаю, что ты хочешь разорвать его на части, но с этим придется подождать до завтра. Ты понял?
Джалек сглатывает и коротко кивает.
– Как мы это сделаем? – хрипло говорит он. Голос его звучит тихо.
Финн берет меня за руку, а другую протягивает другу.
– Просто держись. Мы проведем тебя.