Мачеха для сына Принца

Глава 3

Вадим

Сегодня мне опять приснилась Яна. Ее хрупкие, но сильные объятья – казалось бы, забытые и такие родные. Как она тянется ко мне, прижимается всем телом. Ее запах – легкий и неповторимый. Она до сих пор не привыкла пользоваться парфюмом. Потому, лишь подойдя очень близко, можно ощутить ее теплый нежный аромат.

Честно говоря, я не думал, что у меня остались к ней чувства. Вспоминал иногда, но кто из мужчин не перебирает порой в памяти покоренных женщин? Я думал, желая ей добра, я давно ее отпустил. Жил своей жизнью, бурной и не самой простой.

Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы понять – эмоции к ней не стерло время. Ее сбивчивый, хоть и недовольный голос. Испепеляющий взгляд, который она старательно изображала, и который только подчеркивал ее беззащитность. Тоненькая фигурка, с годами ставшая лишь изящней.

Желание снова сделать ее своей выстрелило в мозг и опустилось ниже. Разбудило куда более прозаические потребности. Еще несколько встреч, и мне начнут сниться подростковые сны с прелестницей в главной роли.

Я размял затекшие мышцы и поднялся с кровати. Нужно сделать завтрак. В гостях у матушки я постарался встать первым, не хочу, чтобы она обслуживала меня и моих детей. Два года назад я принял вызов судьбы в виде двух малышей и собираюсь его нести самостоятельно и достойно. В целом пока получается. Хотя Кирюха все время, пока мы тут осваивались, гостил у родной тети Крис. Женщина относится к пацанам, как бабушка. Малого привезли лишь поздним вечером.

Кнопка чайника, в доме мамы не водится кофе, маленькая кастрюлька, пакет молока. Сварю манки сразу на всю нашу семью. Обеды и ужины в столице нам готовила моя помощница по хозяйству, здесь я привожу еду из местной кулинарии. Что-то готовит мама, хотя Ева Марковна не зря над ней подтрунивает. Результат маминого колдовства на кухне выходит так себе.

Мысли опять улетели к Яне. Сегодня мы должны доставить продукты с их огорода в приют. Наверняка этот ежик снова будет недовольно пыхтеть. Нет, я не считаю пустяком наше расставание в юности, сам по кусочкам собирал себя больше года. А сейчас завидным холостяком меня не назвать, на руках пара дошколят. Но моя тяга к ней сметает все логические преграды.

- Пап, манка не такой уж полезный продукт, - за спиной раздался назидательный тон хитреца-Матвея, - вот мы смотрели с бабушкой программу…

- Умылся? – перебил я поползновение Матюхи не есть кашу. – Бегом за стол. Пока еще я здесь папа, я не передачки по ящику.

Старший со вздохом сел за стол. Крис в свое время так усиленно его развивала, что он считает себя умнее многих взрослых. Может, в какой-то степени так и есть, но с субординацией у мальчугана большие проблемы. А впереди школа, что пугает все больше.

Из коридора послышалось плюханье мелких пяток.

- Доброе утро, Кирилл! – раскладывая дымящуюся манку, я понял, кто к нам присоединился.

- Доброе… утро, - Киря поприветствовал нас весьма коряво. Наверное, все же придется искать ему логопеда.

Младшему три, и ему повезло меньше всех. Когда погибла их мать, ему только исполнился годик. С ней он пообщаться толком не успел, я первое время погряз в горе и бытовухе. Матвей младшего брата не обижает, но совсем не воспринимает всерьез. В итоге наш Кирилл получился небольшим любителем разговаривать. Сейчас я стараюсь наверстать, но даже полгода в речевом садике помогли мало.

Последней к нашей братии присоединилась мама, и мы расселись за круглым светлым столом. Я завтракал, как обычно наблюдая за детьми. Матвей смирился и ел нормально. Кирилл тоже кушал бодро, бытовые навыки и аппетит у мальца в норме. Хотя порой ошметки каши летели не туда, не без этого.

- Вы сегодня едете с Яной в детский дом? – поинтересовалась маменька.

Я кивнул.

- Ты бы присмотрел за ней.

Мои брови непроизвольно подскочили вверх.

- Сам знаешь, какой человек Туркин, - серьезно сказала мама, - когда твой импульсивный папаша обвинил отца Яны в сливе рецептов фабрики, Юрий, как паук, оплел сетями семью Мякининых. Мне кажется, он надеялся получить накопления. А там оказалось полно долгов, потому что Паша уже тогда много лечился. Слава Богу, успел поставить Яночку на ноги, выучить. Впрочем, Юра на корню зарезал карьеру девочки…

Она махнула рукой. Я вслушивался в каждое слово – моя мать не имеет характер сплетницы, если она взялась судить других людей, значит, дело действительно важное.

- Ева переживает за дочь, но до конца не понимает проблемы. Юра хотел сделать из Яночки игрушку. Уж не знаю, что повлияло, и каких усилий ей стоило от него уйти. Но он не успокаивается, и я боюсь, появится здесь. Он знает, Яну некому защитить. Туркин с молодости был подлым и трусливым…

Мама перехватила внимательный взгляд Матвея и замолчала.

- В общем, Вадим, ты уж как-то дай тактичный совет Яночке, как себя с ним вести. К кудахтанью старух она не прислушается, да и все же ты юрист.

Я выдохнул. Совет? Да я бы с удовольствием стал личным таксистом и охранником этой девушки и пристально следил, чтобы она нигде не споткнулась. Но стоит только вспомнить выражение лица, с которым она брала мою визитку, словно та дурно пахла. С моими рекомендациями Яне явно будут проблемы.

Оставив Кирюху на бабушку, я прихватил с собой Матвея и порулил к дому Мякининых. Когда-то это был самый частый и любимый маршрут. Впрочем, дорога к дому Яны и сейчас вызывала приятные чувства. Хотелось скорее увидеть девушку, хоть она мне явно и не обрадуется.

Так и вышло. Пока мы грузили крупные кабачки, патиссоны и несколько тыкв, моя первая любовь стояла со сдвинутыми бровями. Она сухо поздоровалась и больше не проронила ни слова. На весь двор раздавался лишь щебет Евы Марковны. Несостоявшаяся теща выдала нам кучу советов по готовке овощей, будто мы станем передавать их сотрудникам приюта. Наконец, со сборами было закончено.