Мачеха Золушки. Нерасказанная история.

Глава 3

Жизнь наша потекла размеренно и гладко. Все в поместье занимались своими делами, я постепенно привыкала к тому, что теперь вся ответственность за нашу небольшую семью полностью легла на мои плечи.

Первое время я постоянно вздрагивала по ночам, мне снился всадник с темными глазами на белой лошади. Днем я тоже прислушивалась к топоту копыт, и оглядывалась по сторонам – мне казалось, что за мной кто-то наблюдает, но постепенно моя тревога улеглась.

Я была очень благодарна Пьеру за то, что он взял на себя хозяйственные дела.

В конце каждого месяца Пьер отчитывался передо мной за расходы с доходами, и я с удовольствием замечала, что прибыль пусть и не быстро, но стабильно растет.

Мы частенько вечерами сидели с Пьером в гостиной и вели неспешные беседы.

Он рассказал о своей покойной жене, о том, как ему тяжело пришлось одному с маленькой Синди на руках.

Она росла очень болезненной девочкой. Пьер очень переживал о том, что она часто болеет и подозревал, что слабое здоровье ей передалось от матери.

Повзрослев, Синди немного окрепла. Пьер тоже чуть успокоился, но в прошлую зиму девочка снова слегла с тяжелой простудой и тогда доктора посоветовали ему сменить климат.

Так Пьер с дочкой и оказались в наших краях.

— Я очень боюсь, Эмма, что со мной может что-нибудь случиться, ведь тогда моя девочка останется совсем одна. У нас никого больше нет, – говорил он мне, печально улыбаясь.

Я прекрасно понимала о чем говорит Пьер, потому что и сама частенько думала о том же.

У моих дочек тоже никого не было, кроме меня.

Как-то в один из приятных теплых вечеров под самый конец лета, мы сидели с Пьером на террасе и и обсуждали урожай. На небе висела большая полная луна. Она таинственно светилась, словно смотрела на землю, как это всегда бывает в полнолуние.

Мы невольно засмотрелись на небо, разговор наш постепенно сошел на нет и мы молча сидели, слушая пение сверчков.

Внезапно перед самой террасой появился белый волк.

Это был не тот волк, что иногда встречаются в наших лесах. Обычные волки, хоть и опасны, но размером они вряд ли многим больше, чем крупная собака.

Этот же волк был огромен. Он уверенно стоял на мощных лапах, его широкую грудь я вряд ли бы смогла обхватить руками. Шерсть его лоснилась и слегка поблескивала серебром под светом луны.

Но самое страшное, что было в незванном госте — его глаза. Взгляд волка был вполне осмысленным, словно то не зверь, а человек смотрел на нас.

Волк слегка нагнул голову и сделал пару шагов в нашу сторону.

Мы замерли. Бежать или кричать не было смысла. Расстояние между нами и зверем было столь ничтожно, что преодолеть его волк смог бы за пару секунд.

Волк подошел еще ближе. Теперь он смотрел мне в глаза и от этого взгляда моя кожа покрылась мурашками. Я не могла сдвинуться с места и отвести взгляд от этих блестящих волчьих глаз.

Так мы смотрели друг на друга еще пару минут и они показались мне вечностью.

Вдруг волк развернулся и буквально растворился в темноте.

Мое сердце стучало молотом, я быстро встала, забежала в дом вместе с Пьером и закрыла дверь на засов.

Он же поспешил к дочке.

Я стояла, прислонившись спиной к двери, и не могла отделаться от мысли, что взгляд этого волка был мне знаком. Но где я могла его видеть?..

Хвала богам, что волк, похоже, не хотел причинить никому зла, хоть и выглядел устрашающе и максимально опасно.

Какое-то время я пыталась вспомнить, почему зверь показался мне знакомым, но вскоре мысли мои переключились на домашние хлопоты и я перестала думать о волке.

Прошло еще несколько дней.

В этом году у нас был отличный урожай. Сады радовали обилием яблок, груш, абрикосов. Поэтому на кухне целыми днями варилось варенье и компоты.

В бочках солили овощи, не забывали о вине с пивом.

Я с удовольствием замечала, что работали все споро, и, судя по всему, зиму мы проведем в тепле и сытости.

Девочки мои играли в саду, неподалеку от них сидела на скамье Синди и читала книгу.

Неожиданно прибежал работник, который занимался сбором пшеницы. Он тяжело дышал, рубаха его промокла от пота. Поначалу он не мог вымолвить и слова, только оглядывался с испугом и показывал рукой в сторону леса.

Отдышавшись, работник начал рассказывать, как огромный белый волк вышел из леса и прошелся по кромке поля, внимательно оглядывая людей, которые замерли от испуга.

– Госпожа, он вытаращил глазищи и смотрел на нас…Мы оторопели, никогда такого чудища не видели, истинный крест! – мужик перекрестился и опять оглянулся, будто боялся, что волк может идти за ним.

– Что делать-то? Испужались мы, вдруг опять явится?

Я, как могла, успокоила мужика, сказала, что волк этот не обязательно может быть опасен, но сама была не уверена в своих словах.

К тому же, я понимала, что люди сильно напуганы и теперь начнут бояться ходить в лес или в поля, а это может помешать работе.

Несколько дней подряд, волк неожиданно появлялся в самых разных уголках поместья.

По вечерам, испуганные работники, закрывали свои дома на засовы и не выходили на улицу.

Поля колосились хорошим урожаем, но мало кто решался выходить на работу. Я повысила всем жалование, но и это не всегда помогало.

Народ боялся уходить дальше собственного двора, а несколько семей решили уехать и найти себе более спокойное место для жилья.

Я понимала, что нельзя не обращать внимание на настроения людей. История с волком обрастала все новыми и новыми деталями. Люди уже рассказывали, что в лесу живет целая стая жутких зверей, которая хочет истребить всех людей в поместье, что надо бежать отсюда, что волки хотят съесть детей и украсть девушек.

Как я не пыталась пресечь эти басни, меня никто не хотел слушать.

Я перестала спать, пытаясь придумать выход из этой жуткой ситуации, но в голову мне ничего не приходило.

Убить волка никто не мог. Тот был словно заговоренный, все те, кто пытался застрелить зверя, уверяли, что пули сами собой летят, отталкиваясь от него, в сторону.