Мадемуазель Катастрофа (не) ищет любви

Глава 04

Месье Гайлен, несмотря на мои протесты, все же помог мне подняться. Как и я, он был налегке. Когда вошли в знакомый холл, сердце невольно задрожало, а потом дверь дирижабля отворилась, открыв нам трап. Ветер свистел еще сильнее, чем на посадке. Судно ходило ходуном, а удержать его пыталось аж трое магов воздуха. Сердце мое пропустило удар. А если не удержат?!

Месье Гайлен махнул мне на прощанье рукой и со спокойным видом направился по трапу вниз. Его дымчатые волосы развевались на ветру, ветер то и дело норовил забраться ему под полы пиджака, однако его это ни капли не смущало. Он просто верил, что маги справятся.

Мне бы так…

Меня толкнули в спину нетерпеливые пассажиры. Если бы могла, я бы закрыла глаза и пробежалась вниз, да только есть риск сорваться с трапа, и тогда одному из магов придется меня ловить, то есть отпустить дирижабль.

Хватило смелость взять чужие документы, имей смелость идти дальше! — сказала я себе и шагнула вперед.

Я почти бежала по трапу и вскоре достигла твердой земли. Меня лихорадило изнутри. На негнущихся ногах вместе с остальными пассажирами в сопровождении одного служащего я дошла до лифта. К моему счастью, он походил на коробку, которая катается вверх-вниз по черной глухой трубе.

Вместе со мной в лифт забилась толпа, да так плотно, что меня прижали к стенке. Рядом со мной мальчишка в форме служащего тщетно пытался пробиться к кнопкам на стене. Видимо, он управлял этим агрегатом, а его оттеснили подальше. Толпа заволновалась, когда двери лифта закрылись, но сама коробка не поехала.

Я решила помочь пареньку и нажала кнопку со светящейся стрелкой, указывающей вниз, рассудив, что нам наверх-то ехать некуда.

Лифт дернулся раз, другой. В трубе с гулом завертелись механизмы, и мы медленно покатились. Тут парнишка как завопил:

— Нажмите крестик, нажмите крестик!

Некоторые пассажиры, которые стояли ближе всего ко мне, попытались развернуться и нажать. Один мужчина больно ударил меня в бок. А второй оказался зажатым между мной и стенкой. Он принял свою участь безропотно, не ругался, но был так костляв, что больно упирался в меня локтями, плечами и коленками.

Я нащупала кнопку и нажала крестик, надеясь, что скоро все это закончится и я смогу вдохнуть воздух полной грудью.

За стеной кабины что-то завопило ещё громче и скорость нашего движения увеличилась, теперь напоминая падение.

— Крестик, не плюсик! — закричал парнишка, прокладывая локтями себе путь ко мне.

Я в панике стала нажимать на все кнопки подряд. От страха зажмурилась и только и могла, что отчаянно желать, чтобы лифт перестал падать. Пассажиры навалились друг на друга, отовсюду слышны были крики и стоны. Я придавила своего соседа ещё сильнее, почти сровняв его со стенкой. Он сдавленно крякнул и попытался что-то сказать.

Я в сердцах саданула кулаком по всем кнопкам сразу. Лифт остановился и раззявил свои двери. Толпа вывалила на этаж.

Мужчина, которого я ненароком придавила к стене, держался за сердце.

Мальчишка ругался. На меня или просто на ситуацию, не знаю. Я благоразумно предпочла сбежать.

Внизу в зале прилета воздушного вокзала множество служащих указывало направление. Я не сразу разобралась, где забирать обещанный багаж, такой царил гвалт и неразбериха. Зато в зоне выдачи было тихо и спокойно. Взрослая женщина с серыми бровями на смуглом лице попросила меня подождать, а затем принесла с десяток чемоданов всяческих размеров. Когда она притащила последний, кажется, одиннадцатый, если я верно посчитала, на ее лице читалось плохо скрываемое раздражение.

Благо мне на помощь тут же пришел мальчишка лет двенадцати с огромной железной телегой, в самый раз для моих пожитков. Не знаю, как справлюсь с ними в городе, но бросать их категорически не хотелось.

У меня никогда не было подобного богатства, пусть я и не знаю, что в них скрывается, но сам факт!

Из дома я ушла в платье, пальто и старых ботинках. Хотя платье и плащ тоже были не новые, но ботинки вовсе держались на честном слове и гвоздях, которые наш сапожник вбивал каждый раз с руганью, грозясь в очередной раз выкинуть мою обувку на свалку.

Носильщик погрузил все чемоданы на телегу и бодро покатил ее вперед. Казалось, тяжесть его не смущала ни капли. Я обежала тележку и увидела встроенный магический накопитель. А вот и секрет сверхсилы паренька.

Я попросила остановиться у таблички “Комната отдыха”, схватила первый лежащий сверху чемодан и скрылась внутри. Найдя свободную кабинку, только тогда рискнула распаковать вещи. Как я была счастлива увидеть в чемодане полноценный набор одежды! От чулок до шубки на манер той, что носила сама Диана. Только… эта была ярко-розовая!

Несколько минут я глазела на чудесный наряд, потом вздохнула, приняла неизбежное и переоделась. День, хоть и солнечный, но осенний и прохладный. В шубке жарко не должно быть. Под нее полагалось надеть желтое платье и такого же цвета сапожки.

— Это катастрофа, — сказала я себе, стоя у зеркала.

Невзрачная я мгновенно преобразилась в яркую самую настоящую модницу, каких в нашем городке и не водилось.

Надежда выйти из зала воздушного вокзала незаметной растаяла как последний снег с полей. Мне казалось, что теперь все точно будут на меня глазеть.

Делать было нечего. Я запихнула табличку с метрикой в миниатюрную сумочку, которую полагалось надевать на руку как браслет, повозилась с нелепо сломавшейся молнией на сапоге и вернулась к мальчишке. Вместе мы поплутали по коридорам и, наконец, вышли к залу прибытия.

Мое внимание сразу же примагнитилось к огромной мерцающей красными буквами табличке “Маркиза де Лорье”. Я остановилась, отчего люди, которые шли следом, с возмущением стали огибать меня, мальчишку и тележку. Это тут же привлекло внимание слуги, который держал в руках табличку. Он с облегчением опустил ее, а ко мне широким шагом направился черноволосый красавец, которого, я уверена, уже где-то видела. Черные глаза, черные ресницы, нахальная мина на породистом лице.