Мадемуазель Катастрофа (не) ищет любви

Глава 15

— Издеваетесь? — не на шутку испугалась я.

— Нет, — Готье искренне удивился моей реакции. Я закрыла лицо руками. Даже одной не пострадать. Это поистине опасно оставаться наедине с мужчиной, у которого неясные намерения. — Вас что-то расстраивает? — и голос такой спокойный, будто вообще не понимает, что происходит. У нас бы в городишке за одно такое предложение женили бы в первой попавшейся церквушке.

— Знайте, я бы так и так не поехала к вам домой! — уверенно заявила я.

— Не переживайте, больше и не требуется. Пожалел на свою голову. Судя по вашему одинокому виду, к себе домой или в отель вы идти не собирались. Значит, вы бродяжка, хотя платье дорогое. На профурсетку вы тоже не тянете, разве что с большой натяжкой. Если прибавить к этому проблемы с документами и басенку про родителей… Вы часом не обокрали дом приличного семейства? Серебряные ложки в карманах вынесли? Вас не ищет полисмаги?

— Ну знаете, — я от возмущения аж задохнулась и не находила слов.

Единственный раз, когда я взяла чужое, это были несчастные гроши у мачехи. И то можно сказать, что деньги-то были мои, я их заработала, просто забрала силой.

— Ладно, верю. Иначе вы бы не сидели здесь, а умчались с моими монетами ещё утром. Но всё-таки решение спать на воздухе не самое мудрое решение, если вы от кого-то скрываетесь.

— С чего вы взяли? — напряглась я. Мне было неприятно, что этот человек читал меня как открытую книгу.

— Элементарно подумал. Всегда помогает в жизни. Ясность ума и трезвость мысли — вот главные добродетели! О, уважаемый, не беспокойтесь, мы уже уходим! — Готье приветливо махнул охраннику, надвигающегося на нас, и резко поднял меня на ноги, зашипел: — Некогда рассиживаться.

— И куда мы пойдем? — я скрестила руки на груди и поустойчивее встала, чтобы он не сдвинул меня с места.

— Уж не в отель. Все, перестаньте упрямиться, уходим уже. Будете артачиться — я посчитаю, что вы не справились с той частью нашего договора, где говорится о подчинении начальству, — буркнул Готье отчаянно.

Я насупилась и все же двинулась за ним к выходу из вокзала.

— А такой пункт есть в договоре?

Я, честно признаться, даже не помнила, чтобы подписывала договор. Вроде только анкетку в кабинете мадам Арно чернилами извазюкала.

— Конечно. Как и тот, что в ваши обязанности входит терпеть меня, главного самодура, всю экспедицию.

— Но я не подписывала никакого договора!

— Это упущение. Завтра обязательно подпишите. А сейчас топайте быстрее.

Охранник цыкнул, провожая нас взглядом. Я покраснела до кончиков волос. Репутация — это то немногое, что у меня всё-таки было, и я ею дорожила.

Шаг у Готье был широкий, и я едва поспевала за ним. Ночь выдалась темная, с затянутым тучами по самую макушку небом. Уличного света фонарей едва хватало, чтобы видеть очертания дороги.

— И куда мы идём? — испуганно спросила я.

Рядом пробежала крыса, я взвизгнула от неожиданности и схватила Готье за предплечье. Тот недовольно поправил очки.

— Будем ночевать в сторожке при Академии. Меня там уже знают, так что пустят без проблем. Зато вы сохраните свое лицо и репутацию. Кстати, куда вы потратили деньги? Проели, что ли? А вроде такая худенькая, едва не просвечиваетесь. Ааа, накупили чулочков и бантиков и теперь вам в этом стыдно признаться! — профессор осмотрел меня с ног до головы. — Или долги? Заплатили кому-то за молчание? Вас шантажируют?

Ну что за криминальное воображение у профессора?

Я достала из кармана платья маленький ключик от ящика хранения и потрясла им перед мужчиной.

— Не ночевать же с чемоданом на вокзале, украдут еще, — фыркнула я.

— Странно, что вас такую умную еще не украли, — улыбнулся Готье.

Я не стала комментировать.

Ночевать в сторожке было всяко лучше, чем на улице. Парк недалеко от академии я теперь буду по широкой дуге обходить, на всякий случай. Да и прав профессор, вдруг охранник меня запомнит и потом сдаст жениху или отцу?

Дорога от вокзала до академии заняла пятнадцать минут. За это время небо соизволило невинно поплакать дождиком на наши головы, поэтому к сторожке мы подходили если не злые, то с неугасимым желанием попасть внутрь и согреться.

Профессор постучал три раза. Пришлось прижаться к нему, чтобы поместиться под узким козырьком. У меня зуб на зуб не попадал, бестолковое модное платье промокло насквозь.

— Чего вам? — дверь отворил суровый сторож, на вид как гоблин из детских сказок, но увидев Готье, просветлел лицом. — О, профессор! Опять на поезд не успели или скрываетесь от очередной дамы? — Затем он заметил меня. — О, — только крякнул гоблин и отошел в сторону.

Профессор без комментариев прошел внутрь, я юркнула за ним. В сторожке был узкий коридор, в котором двум широкоплечим мужчинам развернуться не представлялось возможным. Меня чуть не зашибли, пока они пытались решить, кто пройдет первым. Судя по уверенным действиям Готье, здесь он действительно был не первый раз.

— Идите за мной, — наконец сказал он.

Я послушно засеменила следом. Мужчина распахнул ближайшую дверь, за которой обнаружилась каморка с окном и длинной кроватью. Каким-то образом сюда втиснулся стол и, словно стеснительный школьник, узкий шкаф.

— Спать будете здесь. Замок закрывается, так что не бойтесь, что кто-то войдет, — сухо процедил Готье. Он придерживал дверь рукой, словно хотел еще что-то сказать.

— Спасибо, — прошептала я и зашла. — Приятных снов, — пробормотала напоследок хлопнувшей двери.

— А ты сам где спать собрался? — услышала недовольный голос сторожа, но Готье ответил слишком тихо, чтобы я разобрала слова.

Запершись на замок, я стянула мокрое платье, развесила на шкафу. В каморке было тепло, наверное, где-то имелись тепловые накопители. Потому что дровами не пахло, камина или печи я не заметила по пути сюда.

Несмотря на маленький размер, мне понравилась комната. В ней было уютно и спокойно. Я быстро заснула, наконец-то почувствовав себя в безопасности.