Маэстро. Счастье вопреки

Глава 16 Волшебство музыки

Этот блок воспоминаний было рассказывать легче всего. Самое начало отношений, зарождение чувств, шквал новых эмоций.

У меня даже улыбка с лица не сходила во время сеансов, так приятно было хоть памятью, но вернуться в счастливые дни юности.

Как бы хотелось иметь шанс вернуться в прошлое и всё изменить. Надавать самой себе затрещин, послать родителей к чертям и уехать с Максом в Москву.

Но, увы, такие чудеса людям были неподвластны.

Так что оставалось только вспоминать. Вспоминать, проживать и отпускать свои воспоминания.

Прощаться с ними.

Владислава сказала, что если я не отпущу прошлое, то лучше мне не станет. Что я так и буду вариться в адском котле, состоящем из сожалений, тоски, горечи и чувства вины.

Буду безостановочно бежать вслед за поездом, который давно ушел. И доведу себя в итоге до тяжелого невроза или инфаркта.

Она советовала снова пропустить через себя и развеять кадры прошлой жизни, как прах из погребальной урны.

— Это единственный выход, Оля. Если ты хочешь двигаться дальше. Если не хочешь потратить оставшуюся жизнь зря. Ты еще молода и красива, у тебя есть все шансы начать жизнь с чистого листа. А пока ты только закапываешь себя всё глубже. Существуешь, а не живешь. И пора уже сделать выбор. Ты хочешь продолжать существовать в таком вот полудепрессивном состоянии, или начать жить полноценно. Всё зависит от тебя, от твоего желания. Если его не будет, то ни я, ни кто другой тебе помочь не сможет.

— Я хочу начать жить, — ответила тогда Владе.

Собственно, если я бы не хотела перемен к лучшему, то и не пришла бы на сеанс. Или бросила бы ходить после первого приема. И Лене меня бы не удалось заставить.

Но я настроилась решительно и старалась следовать всем советам психолога.

После первого блока мы с Владиславой сделали перерыв. Провели несколько почти медитативных сеансов.

А потом я продолжила свою исповедь.

*****

Родителям я не рассказывала о Максиме, мне хватило тех нравоучений от матери, которые она мне высказала во время выпускного.

Так что я упорно молчала, подала документы в вуз, а свидания с Тихомировым прикрывала встречами с подружками.

Ленка, которая была в курсе моего романа с самого начала, меня усиленно прикрывала, и я ни разу не спалилась.

А еще я решила отмежеваться от родителей и подала заявление на получение комнаты в общежитии.

Конечно, в первую очередь места давались приезжим из деревень и поселков, так что я была в самом конце списка.

Но мне повезло. В тот год первокурсников было немного, а выпускников, наоборот, очень много, так что в общежитиях оставались свободные места.

И одно из них я получила.

Родители, конечно, возражали, но в итоге я смогла их переубедить.

— Ладно, — отец махнул рукой, — хочешь взрослую жизнь на зуб попробовать? Одной пожить? Заселяйся в общагу. Но учти, если я буду получать жалобы от куратора, если узнаю, что ты там в каких-то пьянках и оргиях участвуешь и на учебу болт забиваешь — сразу же домой вернешься. Будешь под домашним арестом жить и ходить по маршруту университет-квартира. Никаких ночевок у подруг, кафешек, походов в кино до тех пор, пока диплом не получишь. Поняла меня?

Спорить с отцом я не стала. Знала ведь, какой у него авторитарный характер. Чем больше споришь, тем хуже будет.

Ввязываться же в передряги, ходить на всякие вписки и напиваться на тусах я не собиралась, тут упрекнуть отцу меня будет не в чем.

Так зачем ссориться зря?

—Поняла, пап. Я буду хорошей девочкой, — покивала я послушно, а за спиной скрестила пальцы наудачу. Чтобы отец не передумал и не запретил мне жить в общежитии.

И мой план удался. Я переехала в общежитие, родителей навещала несколько раз в неделю и оставалась на ночевки по воскресеньям.

С девчонками по комнате, секции и этажу общалась активно, но во всяких гулянках участия не принимала. Как меня ни уговаривали и ни тянули.

На учебу налегала усиленно и первую сессию закрыла на «отлично», получив право на повышенную стипендию.

Отец был доволен и дал добро на дальнейшее мое проживание в студгородке.

Что же до Максима, то у нас всё было прекрасно. Мы продолжили встречаться при каждой удобной возможности, прозвучали первые признания в любви, и да, мы стали близки…

И поворотным моментом стал как раз тот концерт в парке. Когда мой маэстро играл под проливным дождем, а публика восторженно ему внимала.

Это было в середине сентября. Стояло необычайно теплое, если не сказать жаркое бабье лето.

Прогноз погоды не обещал ни дождей, ни грозы, ни сильного ветра. Так что в парк я отправилась в лёгких туфлях и платье с рукавами.

Испортилась погода очень быстро. Уже во время концерта. За какие-то полчаса небо затянуло тучами, но я все еще надеялась, что распогодится.

Но не распогодилось. Дождь хлынул прямо во время выступления Максима. А он… Он даже не сбился…