Маэстро. Счастье вопреки

Глава 22 Возрождение

Оля. Наши дни

Мы прорабатывали с Владиславой всё. И мою историю с Максимом, и отношения с мужем, и проблемы с родителями.

Больше двух месяцев ушло на то, чтобы распутать этот клубок, но результат того стоил.

Я начала чувствовать себя живой. По-настоящему живой, цельной единицей и самостоятельной личностью.

— Оля, твой разрыв с родителями — это своеобразное перерезание пуповины. Не кори себя за него. По-другому было нельзя. Слишком долго они руководили твоей жизнью. Они сломали тебя морально, сделали послушной и ведомой.

— Удобной для них.

— Именно. И это пора было прервать. Ты не должна быть удобной. Нужно в первую очередь думать о себе, а не подстраиваться под кого-то. Плохую книгу надо закрывать, с плохого фильма уходить, а отношения, которые делают тебе больно, прекращать. Даже если это отношения с родителями.

— Я это поняла.

— Но есть один нюанс… Родители есть родители, их не выбирают. А ты их ребенок. И далеко не всегда родители понимают, что портят жизнь своему ребенку. Им кажется, что они делают как лучше. Хотя на самом деле это не так. Поэтому я думаю, в этом случае всегда есть место для крошечного шанса. Если они смогут понять, что натворили, то, возможно, смогут попытаться исправить содеянное. Хоть в какой-то мере загладить свою вину перед тобой, наладить отношения.

— Влада, я пыталась донести правду до отца и матери. Хотела объяснить, что они сделали с моей жизнью. Но они меня не услышали.

— Если не слышат словами — попробуй написать письмо. Напиши и отправь. А там время покажет, станут ли эти письма окончательной точкой или шансом восстановить родственные связи. Но это лишь совет, тебе самой решать, что делать. Прислушайся к себе, к своим потребностям.

— Хорошо.

— И да, в истории с твоим маэстро тоже точка не окончательно поставлена. Не помешало бы вам встретиться и поговорить. Тебе же стало лучше после разговоров со мной?

— Конечно. — улыбнулась. — Я, наконец-то, увидела свет в конце тоннеля.

— Вот! А после разговора с Максимом должно стать еще лучше. Рассказав ему правду, ты окончательно избавишься от непосильного груза прошлого. Закрой этот гештальт и живи дальше.

— Только одна проблема, Влада. Он не хочет меня слушать. Ну что я могу делать? Как его заставить?

— А заставлять не нужно. В принципе, даже говорить лично необязательно. Можно сделать это опосредованно.

— Это как? — удивленно на нее посмотрела.

— А вот так. Не бойся, в этом нет ничего сложного. Просто слушай меня внимательно…

****

Так уж сложилось, что в питерском филиале нашей компании появилась вакансия, и я решила, что это знак.

Пора проститься с прошлым и родным городом. А тут такой шанс представился. Что может быть символичнее, чем начать новую жизнь в новом городе.

Так что я охотно согласилась на перевод.

Осталось только разобраться с делами и закрыть все гештальты. Я даже список составила того, что нужно сделать.

В первую очередь жилье. С помощью Лены и Саши я быстро продала загородный домик, а деньги положила на счет.

С Леной договорилась, что она будет присматривать за квартирой, а потом и за квартирантами, если захочу ее сдавать.

Поразмыслив над словами Влады, решила всё же написать письмо родителям. На ответ не надеялась, но зато осталась с чувством выполненного долга.

Также я решила встретиться с Никитой. Тут тоже надо было поставить точку.

Встретились мы в небольшом ресторанчике возле моей работы. Никита заскочил в мой обеденный перерыв.

— Привет, Оль, прекрасно выглядишь. — сказал, усевшись напротив.

— Спасибо, коли не шутишь, — о ДТП Ник не знал, и рассказывать я не собиралась. Незачем было.

Но отражение в зеркале меня и правда радовало в последние дни. Не сравнить с той бледной мумией, которую выписали из больницы.

— Да нет, не шучу, Оль. Ты и правда расцвела.

— Значит, развод пошел мне на пользу.

Мы немного поговорили. Я рассказала, что переезжаю в Питер, он о том, что они с Лизой ждут дочку.

— Когда роды?

— В феврале. Сейчас как раз обустраиваем детскую. Лизка вся активная такая, уже хочет взять малышку на руки.

Никита выглядел довольным, и я искренне пожелала ему счастья. Несмотря ни на что, жить злостью я не собиралась.

— Что ж, пусть у вас всё будет хорошо.

— Спасибо, Оль. И у тебя пусть всё сложится прекрасно. И еще раз прости меня за всё.

— Да что уж там, мы оба наворотили дел. Я не держу на тебя зла, правда. Но хочу сказать одно…

— Что?

— Не забывай, — ответила, глядя прямо в глаза. — Не забывай, что бывает, когда влезаешь в чужое счастье. Не будь таким, как наши отцы. Дай своей малышке быть с тем мужчиной, кого она выберет в мужья. Поверь, я ни за что не пожелаю твоей дочери такого брака, какой был у нас с тобой. Надеюсь, ты тоже не пожелаешь.

Дожидаться ответа я не стала. Встала и направилась к выходу. Ник не стал останавливать, но я чувствовала, что провожает меня задумчивым взглядом.