Маг 7

ГЛАВА 1

Все-таки я молодец, что оставил кольчугу в тайнике на той стороне, пусть бросил невозвратно, можно даже так сказать.

Но нам и двух арбалетов за глаза хватает, чтобы очень тяжело подниматься в горы. Кольчуга там осталась самая простая, поэтому моя жаба ни разу не квакнула, когда я засыпаю ее землей вместе с местными деньгами и остальным, уже ненужным дальше барахлом.

Весьма комфортно и очень кстати получилось, что ночь на большой высоте мы провели около солидного костра. Там вполне нормально спали, акклиматизировались и утром со свежими силами рванули вперед. Но ведь нагружены мы теперь побольше прежнего, особенно дровами, поэтому сами идем очень медленно.

Клея меня слушается беспрекословно, похоже, убедительно сыгранная роль непробиваемого доминатора в верхнем селении и на нее произвела серьезное впечатление.

Теперь мы находимся на моей территории, в отличии от Сатума, где она изначально оказалась в лидерах. Я ее постоянно придерживаю, чтобы слишком не спешила, потому что второй перевал нам придется все равно преодолевать с завтрашнего утра.

Он самый сложный и опасный, не зря там скелет валяется, как зримое предупреждение легкомысленным торопыгам.

— Лучше не терять силы, все равно придется ночевать на этой стороне. Поэтому требуется спокойно найти хорошее укрытие от холода и ветра, — говорю я ей.

Пока в горах поздняя весна, лучи Ариала неплохо уже пригревают, снега и льда стало наглядно поменьше, но еще вполне хватает, чтобы нам сильно мешать в продвижении.

Я, конечно, тут зимой не ходил, ведь вообще невозможное дело. Зато теперь твердая корка образовавшегося наста нас хорошо держит, только в сильно затемненных местах можно увидеть, до какой высоты доходило снежное покрывало в горах.

Явно выше нашего роста, и ведь еще снег всяко немного уже подтаял.

Кроме теплой одежды и трех плащей, мы несем еще настоящее одеяло, которое я прихватил у Изауры. Не слишком плотное само по себе, но зато широкое, прикроет нас обоих.

Вот такого необходимого предмета у меня не оказалось в прошлый раз, оно бы очень облегчило мне одинокие ночлеги. Все-таки подобная вещь сильно защищает от потери тепла и леденящего холода снаружи, гораздо лучше работает в роли защитный буфера между нашими телами и воздухом гор.

«Плащи не дают ветру задувать под одежду, но сами тепло почти не держат», — теперь мне хорошо понятно.

Заодно проверю, насколько теплее спать с теплым и живым человеком, если прижаться друг к другу хотя бы спинами и согревать свое убежище от мороза общим дыханием.

Когда я приметил подходящую глубокую и широкую расщелину среди скал, то сразу остановился. Сказал Клее, что будем ночевать здесь, пусть до наступления сумерек осталось еще пару часов, а девушка хочет идти до конца.

— Мы сможем пройти еще немало пути и быстрее окажется на той стороне! — упирается она.

Явно очень хочет, чтобы как можно быстрее оказаться уже внизу, обступившие нас вокруг ледяные скалы действуют на нее пугающе.

— Клея, мы лучше пораньше выйдем с первыми лучами светила, зато уже с гораздо меньшим запасом дров. Но хорошо выспавшиеся и отдохнувшие как сейчас следует. Я накрою парой плащей наш домик на сегодня, здесь очень удобное место для такого полога. Я уже понимаю, когда нужно спешить, а когда лучше остановить. Ты пока начинай разводить костерок, я наколю щепы, потом мы сварим кашу с сушеным мясом. Очаг тоже сложу я, именно как требуется здесь, чтобы камни грели нас часть ночи. Да еще уляжемся спать потом на само костровище, никакой холод нам окажется не страшен.

Такое, конечно, очень оптимистичное заявление, ведь наглядно чувствуется, что сейчас температура воздуха на пару градусов пониже, чем я раньше ощущал той же осенью.

Только мне кажется — иди мы через перевал вчетвером с братьями и неси на себе в два раза больше дров — вообще получилась бы достаточно легкая прогулка для всех нас.

Только подобного радостного события все равно не случилось. Братья, ее друзья детства, погибли в бою, поэтому Клея сейчас такая задумчивая. Тоже гоняет в голове, наверняка, мысли, что можно было тогда сделать, чтобы парни остались живы.

Я отношусь спокойнее к жизни и смерти, ведь того, что случилось, уже никак не изменить. Хорошо, что мы победили в схватке, смогли похоронить братьев на кладбище в нормальных могилах, местный священник теперь даже знает их имена.

А ведь могли все сами на том берегу остаться, валялись бы сейчас страшными, распухшими кусками гниющего мяса под лучами светила. Если бы я заранее своим умением не почувствовал, что нам грозит от таких соседей.

Напади они совсем внезапно, как молодые волки, даже про себя не уверен, что сам бы отбился. И вряд ли смог бы хоть кого-то спасти, потому что бандиты оказались очень нацелены на быстрое убийство. Жизненная ситуация уже так прижала молодую банду к краю, что только наша смерть могла хоть как-то им помочь.

Когда они вдруг совсем внезапно выскакивают из тумана в паре метров от тебя уже с ножами и дубинками в руках, ни копье не поднимешь, ни свою дубинку не схватишь.

«Только я бы мог маной раскидать напавших именно на меня, и то не факт, что не пропустил бы пару ударов», — признаю я себе.

Сам я бы снова ожил на столе, уже на той стороне гор, только Клею не привел бы к брату никогда.

«Тогда даже рассказывать ему ничего не стал бы про нашу трагическую неудачу. Лучше пусть думает, что его сестра по-прежнему жива в том же Пельтуме».

Как раз сейчас все два часа готовились к отбою, сварили кашу и чай успели заварить. Расстелили мои кожаные мешки, набитые тряпьем Клеи, на присыпанное камешками место костра, обложили их по кругу нагретыми камнями. Потом я из копья и плащей сделал нам настоящую крышу, привалив его конец камнями. Так что она нависает в пятидесяти сантиметрах над нашей постелью с перекинутыми через копье парой плащей, прикрывающих сверху от совсем ледяного воздуха. Мы надели все, что налезло на нас, накрылись одеялом и еще одним плащом сверху, плотно прижались друг к другу, уже заметно уставшие за очень трудный день