Маг земли

Глава седьмая

Спуск с гор был мучительным. Каждый шаг отдавался болью в сломанном ребре и ушибленной ноге. Холод сменился сыростью, а затем и промозглым ветром с равнины, который нес запахи далекой реки, дыма и... чего-то кислого, гниющего. Воздух густел, тяжелел от влаги и незнакомых звуков – далекого гула города, лошадиного ржания, криков, доносившихся ветром.

Каэл шагал последним, опираясь на грубо обтесанный посох, который Элания нашла для него у подножия перевала. Лираэль шла впереди, ее фигура в плаще была напряжена, как тетива лука, голова постоянно поворачивалась, сканируя окрестности. Она почти не разговаривала, лишь изредка бросала короткие, резкие замечания о темпе или направлении. Элания двигалась между ними, ее спокойствие было непоколебимым островом в море Каэловой боли и Лираэлиной нервозности. Иногда она замедлялась, чтобы проверить его состояние, ее пальцы на мгновение касались его запястья или лба, принося кратковременное облегчение – прохладную волну, притупляющую остроту боли, смывающую туман усталости. Каэл ловил себя на том, что ждет этих прикосновений, стыдясь своей слабости, но не в силах противиться облегчению.

"Это Аэлдорская долина," – произнесла Элания наконец, когда они выбрались из последнего горного отрога. Она указала вперед.

Равнина, раскинувшаяся перед ними, была огромной и... больной. Каэл почувствовал это еще до того, как разглядел детали. Земля здесь не пела своим глубоким, вечным гимном. Она стонала. Тихо, протяжно, как раненый зверь. Ее ритм был сбит, прерывист, пронизан странными, чужими вибрациями. Даже воздух казался тяжелым, пропитанным сладковато-гнилостной затхлостью.

И сам Аэлдор, видневшийся вдалеке, был не светлой цитаделью из его смутных представлений, а мрачным, угрюмым силуэтом. Высокие стены из темного камня окружали хаотичное нагромождение зданий, многие из которых выглядели покосившимися или заброшенными. Над городом висела серая дымка, смешанная с речным туманом. Лишь несколько остроконечных башен, принадлежавших, вероятно, Совету или знати, пробивали эту пелену. От города тянулись дороги, но поля вдоль них были не золотисто-зелеными, а бурыми, пожухлыми, с проплешинами черной, мертвой земли. Каналы, должно быть, оросительные, стояли полупустыми, их берега осыпались.

"Боги..." – прошептал Каэл, останавливаясь. Он закрыл глаза, пытаясь глубже прочувствовать землю. Боль была не просто на поверхности. Она шла из глубин. Что-то высасывало жизнь, нарушало естественный ток сил. Это было похоже на гигантскую, гноящуюся рану.

"Да," – тихо сказала Элания, стоя рядом. Ее лицо было серьезным. "Хуже, чем в донесениях. Значительно хуже."

"И прекрасное место для засады," – процедила Лираэль, подходя к ним. Она не сводила глаз с дороги, ведущей к городу, и с чахлого леска по правую руку. "Чувствуешь? Не только гниль земли. Есть... наблюдатели."

Каэл напрягся, пытаясь переключить свое восприятие с глубинного горя земли на поверхностное. И почувствовал. Неясные сгустки настороженности, скрытые в леске и за придорожными валунами. Не животные. Люди. Их было несколько. Они не двигались, лишь наблюдали.

"Бандиты?" – спросил он шепотом.

"Слишком организованно," – ответила Элания, ее голос стал тише, деловитее. "И слишком близко к городу для обычных разбойников. Скорее, стража или... чьи-то наемные глаза."

"Совета?" – удивился Каэл.

Лираэль фыркнула. "Совету плевать, кто входит в город, пока не платишь пошлину. Но кто-то другой... проявляет интерес. Особенно к таким, как мы." Она кивнула в сторону Элании. "Маг Воды в городе, где вода в каналах отравлена и река мелеет? Ты будешь как красная тряпка для быка, Элания."

"Тогда пойдем открыто," – решила Элания. "Пусть видят. Пусть знают, что Совет прислал кого-то. Это может удержать их от глупостей. Каэл, можешь идти? Постарайся не хромать так явно."

Они двинулись по дороге к воротам. Напряжение витало в воздухе, гуще городской дымки. Каэл чувствовал взгляды, пристально следящие за ними из укрытий. Чувствовал, как Лираэль слегка изменила походку, став более легкой, почти невесомой, готовой в любой момент взвиться в воздух. Элания шла ровно, с достоинством, ее лицо было спокойной маской.

Ворота Аэлдора были массивными, из почерневшего дуба, окованными железом. Перед ними толпились телеги, люди, скот – все это медленно просачивалось в город под недремлющим оком стражников в потертых кольчугах и с тусклыми алебардами. Стражники выглядели усталыми и равнодушными, но их глаза загорались жадным огоньком, когда они видели купцов или путников получше одетых.

Когда подошла их очередь, старший стражник, толстый мужчина с красным носом и жирными усами, лениво протянул руку:
"Пошлина. Два серебра с носа. Или товар на ту же сумму."

"Мы – эмиссары Аэлдорского Совета," – четко произнесла Элания, не повышая голоса. Она достала из складок плаща небольшой медальон из полированного синего камня, похожего на лазурит, с выгравированной волной. Каэл почувствовал слабый, но отчетливый импульс магии Воды от артефакта.

Жадный огонек в глазах стражника погас, сменившись настороженностью и даже страхом. Он быстро оглядел их троих, его взгляд задержался на напряженной фигуре Лираэль и на Каэле, опирающемся на посох.
"Эмиссары... – он проглотил. – Простите, госпожа, не узнали. Проходите, конечно." Он поспешно отступил, махнув рукой своим подчиненным расчистить путь.

Они прошли под сводами ворот, и городская суматоха обрушилась на них. Шум, гам, крики торговцев, скрип телег, лай собак, плач детей, смешанный запах еды, пота, навоза и той же сладковатой гнили, что витала над долиной. Узкие, кривые улочки были запружены людьми. Дома, в основном деревянные, с каменными низками, теснились друг к другу, их верхние этажи почти смыкались над головой, создавая мрачные туннели. Повсюду грязь, лужи зловонной жижи. Лица людей – усталые, озабоченные, испуганные или озлобленные.

"Добро пожаловать в жемчужину долины," – язвительно процедила Лираэль, сморщив нос. "Пахнет, как в помойной яме после недельной жары."