Магараджа

Глава 6. БУДЕМ ЖАРИТЬ ШАШЛЫКИ

Работы было так много, что Димыч приволок из дому раскладушку, намереваясь хоть немного дремать «не отходя от кассы», не тратя попусту время на дорогу домой и обратно. Увы, раскладушка сломалась буквально через пятнадцать минут после установки, когда Димыча в горизонтальном положении обнаружила Людка и «не смогла пройти мимо такой красоты, не насладившись командирским телом». Телом она продолжила наслаждаться даже, когда раскладушка пришла в полное нерабочее состояние, и Димыч пребольно ударился затылком о кафельный пол, что никак не сказалось на его личном очень даже рабочем состоянии. Лишь только доведя процесс наслаждения телом до конца, Людка сдула локон страсти с лица, покрытого бисеринками пота.

– Это тебе премия. За перевыполненные соц. обязательства. – Она поправила юбку и, с сожалением глядя на то, что осталось от раскладушки, добавила: – Металлолом. А у тебя тут кровати нигде не завалялось лишней? Не панцирной? Если что, торжественно клянусь – будут дрова!

Зазвонил телефон на столе, старый такой телефон, чёрный и массивный. Димыч снял трубку, услышал Сашку:

– Здорово. Как сам? Нормалёк? Тоже не чихаю. По делу к тебе. Начальство твоё на месте? Никак не дозвонюсь ни на работу, ни домой…

Димыч напряг желваки. Ему активно не нравилось, что Сашка связался с Ходыкиным. Ни один, ни другой не желали обсуждать «совместный прибыльный проект». Интуитивно чувствуя неладное, Димыч жалел, что свёл их, познакомил.

А было так:

– Магараджа, погоди. Чем занят в воскресенье?

– К другу в гости собрался. Обещал помочь в одном дельце.

– Отбой по другу. Будем жарить шашлыки у меня на даче.

– Не могу, Сергей Николаевич. Договорился уже. Он собрался со своей девушкой познакомить. Заодно будет ей предложение делать. Сам не решается, поддержка нужна.

– А в первую брачную ночь ты ему тоже помогать будешь? Вы как, уже отрепетировали? Кто сверху, кто снизу? Да ты личико не напрягай. Шучу же. Неудачно. Давай ко мне и друга и невесту его. В неформальной обстановке дело лучше пойдёт. Под шашлык вообще отлично и предложение делать, и детей, и… Дело есть, Магараджа. Не всё ж тебе фотки в лаборатории печатать да кассетки переписывать. Понял? Дело есть.

Загородный дом впечатлил всех.

Особенно девчонок. И если Алёнка просто восхищённо водила взглядом по сторонам, то Людка в порыве нахлынувших чувств даже чмокнула босса в щёчку – мол, в знак искреннего уважения к человеку, который умеет жить. А восхищаться действительно было чем: три полноценных этажа с мансардой на двадцати сотках на холме над рекой. Да всё это великолепие в экологически чистом месте области – в ста кэмэ от города, до сточных вод гиганта металлургии и с прекрасной розой ветров, исключающей даже дымочек от труб завода. И лес рядом. И дорожки асфальтовые по участку. И своя скважина, и подводка воды к дому, отсюда и душ с ватерклозетом. Ну и, понятно, всякий новомодный фэн-шуй: альпийские горки, цветочки такие-сякие, бордюрчики… А ещё забор – не то что ни один бомжара не перелезет, олимпиец с шестом не перепрыгнет. Мой дом, моя крепость. Сразу видно – на зарплату начальника цеха построено.

– А это, надо понимать, Александр? Лучший друг нашего ведущего специалиста Магараджи? – Ходыкин протянул Сашке широкую крепкую ладонь. – А вы – несравненная спутница Александра? Мне кажется, я вас где-то…

– Алёна, – быстро взглянув на Ходыкина, представилась рыжая и почему-то покраснела, будто её застали за чем-то стыдным. – Не припоминаю, чтобы мы где-то…

Сашка как-то сразу подобрался, нахмурился.

– По пятьдесят? – тут же разрядил обстановку Ходыкин, потащив всех к столу. – У меня тут коньячок есть двенадцатилетний. Товарищ из Парижа привёз. А вы бывали в Париже, Людмила? О? Какая досада. Ничего, скоро Маграджа исправит это досадное недоразумение. Да, Магараджа? Скоро заработки вашего поклонника, Людмила, позволят такие незначительные траты, как прогулки в уик-энд по Елисейским полям. Главное, потом в понедельник на работу не опаздывать.

Димыч невесело рассмеялся, оценив подкол Ходыкина.

– Не веришь, Магараджа? Зря. – Босс щедро хлюпанул в бокалы куда больше, чем по полсотни граммов, и заявил Димычу, что отказы сегодня категорически не принимаются, пусть суёт свои таблетки обратно в карман, завтра будет ими закусывать, а пока – вот конфетки, вот сыр, вот оливочки, вот рыбка красная, вот сервелатик да ананасик… Димыч немного отпил, закинул в рот оливку. А Сашка, похоже, решил попробовать всё и сразу. После третьей «по пятьдесят» Ходыкин им уже помыкал, будто слесарем их своего цеха: – Так, Сашок, а ну-ка метнись юрким кабанчиком, как там наш мангал, прокочегарился? Есть такое дело? Вот и чудненько, вот тебе мы и доверим подвиг – накормить женщин мясом. Справишься, доброволец? Погоди, куда? А по пятьдесят?..

Когда Сашка умчался вертеть шампурами над углями, Ходыкин вручил Алёне два бокала, ещё одну бутылку коньяка и шоколадку:

– Мне кажется, помощь такой прекрасной фемиды, как вы, дорогая Алёнушка, не помешает Александру. Говорят, совместный труд сближает. –  Ходыкин подмигнул Димычу, мол, всё по плану, как договаривались, лучше момента для предложения не придумать. Когда Алёна удалилась, Ходыкин кивнул на Людку: – Она вот говорит, что ты у нас крутой химик? Правда, что ли?