Магическая империя попаданки

Глава 17

Уже настало лето, а объекта моих переживаний всё нет и нет. Какое счастье!

Барон Арский получил множество заказов на кресла для больных. И это тоже повод для радости. Получается, моя идея помогла хоть немного, но изменить этот мир к лучшему: облегчить страдания обездвиженных людей и избавить от тяжкого труда слуг, которые были вынуждены много раз в день таскать их на руках.

Моя магия явно работает - лекарь баронессы искренне удивляется, что она всё ещё жива. Правда, он приписывает это действию целебных вод. Впрочем, они тоже могли сыграть свою роль.

Я не питаю иллюзий - мои способности слишком слабы. Да и действую я украдкой. Справиться с тяжёлой болезнью я точно не в силах. Могу лишь облегчить состояние и отсрочить печальный исход. Но ведь и это уже неплохо.

Жарким летним днём я качу кресло с баронессой по тенистым садовым дорожкам. Мы мирно беседуем, но окружающая тишина взрывается вдруг топотом и громким криком:

- Стой!

Озираюсь вокруг. Прямо к нам стремительно несётся мужчина, перепрыгивая через обрамляющие дорожки невысокие цветущие кусты. За ним по пятам мчится гостиничный лакей и требует остановиться.

Заслоняю собой баронессу. Если пришелец имеет агрессивные намерения, у меня есть чем его остановить.

- Дорогая тётушка, наконец-то я тебя нашёл! - кричит возмутитель спокойствия и плюхается на колени прямо на садовую дорожку.

Принесло же на мою голову! - удручённо думаю я.

- Что с тобой, милый? - тихо спрашивает баронесса.

Он буквально подползает к ней, берёт её руку и подносит к своим губам.

- Это мой родственник. Оставь нас в покое! - приказывает она лакею.

Вот что мне теперь делать? - недоумеваю я, во все глаза глядя на неожиданного гостя.

Красив, однако. Чистые и ясные небесно-голубые глаза, буквально лучащиеся ангельской кротостью. Ресницы длинные, как у девушки. Небрежно и при этом изящно спадающие на плечи белокурые волосы.

Но совершенно не в моём вкусе. На мой взгляд, мужчина должен быть большим и сильным. Этот же явно не выглядит атлетичным.

Зато баронессу охмуряет просто мастерски. Прижимает лицо к укутывающему её пледу и шепчет, как он рад её видеть. Тьфу...

Шагаю к нему и хватаю за плечо:

- Встаньте и прекратите досаждать больной!

Племянничек оборачивается ко мне и смотрит прямо в глаза. Во взгляде появляется восторг и восхищение. Актёр из него явно бы классный вышел.

- О, прекрасный ангел-хранитель! - бархатным голосом с лёгкой хрипотцой произносит он.

Только этого мне ещё не хватало. Молча вздыхаю и увожу баронессу из сада. Родственничек семенит следом.

- Он очень несчастный человек! С трудной судьбой! - произносит она.

И что теперь? Надо позволить ему на шею сесть? - мысленно парирую я. Но молчу. Нельзя так с больной, которая скоро умрёт.

Главное - не оставлять их наедине! - решаю я. - И письмо барону написать.

До письма руки доходят лишь на следующий день. Пока баронесса принимает предписанную ей лекарем ванну из целебной воды. Да и то с трудом получается отвязаться от навязчивого внимания племянничка.

Ему хочется верить. Взгляд просто лучится искренностью и открытостью. Весь облик дышит благородной печалью.

А когда он начинает рассказывать о своих злоключениях, я едва удерживаюсь от того, чтобы встать на его сторону. Потому что знаю, что такое - быть сиротой. Правда, я и другое знаю. Такие, как он, попадались мне и в нашем мире. В том самом детдоме, где закончилась моя первая жизнь.

Циничные, прожжённые негодяи. Мастерски спекулирующие на своём несчастье. Ищущие сочувствия, но не ради него самого, а ради материальных благ, которые можно получить с того, кого удастся обвести вокруг пальца.

Знаю, они - сами жертвы. С рождения лишённые материнской любви и привязанности к родному человеку. Люди с изуродованными душами. Пытающиеся компенсировать отсутствие любви безудержным потребительством и сексуальной распущенностью.

Но то, что они разрушают не только свою жизнь, но и жизни окружающих, воспринимая их, как объекты для своих манипуляций - тоже факт. И что с этим делать - непонятно.

- Наверное, я проявляла к нему недостаточно любви и внимания, - горестно сетует баронесса.

- Уверена, вы делали всё, что могли, чтобы скрасить его сиротство, - пытаюсь утешить я. - Щедро дарили ему и любовь, и всё необходимое для жизни. Но ни вы, ни кто иной не властны над его личным выбором. Он сам так решил!

Племянничку нужны деньги. В очередной раз его обманули злые и коварные люди. Если бы не слова барона, я бы вполне могла поверить в рассказанную им историю о подлом мошенничестве, учинённом над ним человеком, которого он считал своим другом.

Изо всех сил увещеваю баронессу дождаться приезда супруга. Бесполезно. Она просит вызвать местного ростовщика, чтобы подписать вексель на нужную сумму и отдать «несчастному мальчику»!

Тяну, как могу. Мальчик, тем временем, совсем теряет берега.

Попытаться зажать меня и поцеловать, пока баронессу в соседней комнате осматривает лекарь - очень плохая идея. Хватаю его руку и заламываю за спину. Аж на цыпочки встаёт, потому что больно. Подвожу его к двери и выпихиваю в коридор. Попробует ещё раз - получит сильнее.

Скорее бы приехал барон! Вся надежда только на него.

Баронесса отдыхает после обеда. Её племянник, осознав, что от меня ему никакой женской ласки не светит, отправляется очаровывать сиделок. В час послеобеденного отдыха больных они собираются и сплетничают на террасе.

Громкие шаги в коридоре и резкий стук в дверь вырывают меня из раздумий. Это уже слишком!

Открываю и вижу людей в форме городской стражи.

Выхожу в коридор. Один из них шагает ко мне.

- Пропустите!

- В чём дело? - спрашиваю я.

- Здесь только что арестовали мошенника, ограбившего знатную особу! Племянника баронов Арских. Мы должны обыскать комнаты и опросить его родственницу!