Магическая инспекция или [не]выгодная сделка

Глава 27

Утром я проснулась совершенно разбитой, так как половину ночи после возвращения Озака и Астера, совершивших первый полет на воздушном шаре, мы праздновали удачное окончание испытания. Служанка вошла в комнату, и, увеличив яркость кристаллов света, весьма резво попыталась стянуть с меня одеяло. Я приподнялась на подушке, взглядывая на нее с понятным, но не злым негодованием.

- Госпожа, модистка ожидает вас. Вы вчера сами просили меня настойчиво разбудить вас.

Я все еще сонно опустила ноги с кровати, и, коснувшись плотного длинного ворса, прикорнула сидя, когда тот же голос прозвучал совсем рядом.

- Госпожа Иркет, вы должны подготовиться к королевскому приему. Уже полдень, вставайте, или я буду вынуждена применить магию. – Угроза эта моментально подействовала на меня, несмотря на то, что полностью и не прогнала сон. Служанка имела ввиду часто используемое на не желающих просыпаться детях заклинание Ледяной щекотки, которое я однажды уже испытала на себе и больше не хотела повторять этот опыт. Устроившись в уже теплой купальне, наполненной ароматами пышных цветов и кислых цитрусов, я погрузилась до подбородка в ласкающую воду. Кажется, вчера мы с Озаком напились и обсуждали Землю... от этого воспоминания я замерла, сердце сильно и тревожно сжалось. Сон как рукой сняло. Я начала усиленно припоминать детали вчерашнего вечера, после успешной посадки шара, маги купили несколько чаш ягодного пунша, потом еще несколько и я начала доказывать магам, что возможно существование мира, совершенно лишённого магии. Озак заявлял, что подобное утверждение не имеет смысла, потому что существование мира без магии противоречит основным законам мироздания. В подобном мире не могло зародиться ничего живого. Я спорила с ним и описывала Землю. Пропустив зеленоватую воду сквозь пальцы, я вздохнула, кажется, вчера он не воспринял меня серьезно, но впредь мне нужно быть более осторожной. Этот мир, новые изобретения и друзья делают меня более эмоциональной, чем я была когда-либо на Земле. Или, напротив, этот мир возвращает мне сдерживаемые до того чувства. Но определиться мне не позволили, служанка уже торопила меня и требовала выходить к завтраку. Уже освежившись, я, закутанная в пестрое полотенце, которое особым образом подвязывалось на талии и заменяло в этом мире халат. Я села за небольшой полукруглый столик, на котором меня уже ожидали золотистые, очищенные, крепкие ядра орехов, несколько видов мяса от нежно-белого до неприглядно-серого и розового, в каменных кувшинах стоял сок, на моей лепешке уже лежали нарезанные и приправленные травами овощи. Служанка знала, что я не использую магию, и каждый день заботливо, чтобы не вызвать у меня смущения, сама наполняла мою лепешку едой. Я улыбнулась, испытывая благодарность к отзывчивой, а может всего лишь исполнительной девушке.

После завтрака, наконец, в комнату впустили модистку, которая по воздуху занесла в зал шелестящую пеструю груду платьев. Энергичная, высокая и прямая, как ствол тонкого дерева, женщина окинула меня по-птичьи быстрым коротким взглядом и выудила из груды нарядов одно нежно-василькового цвета платье. Я заинтересованно осмотрела его, тонкая, газовая, однако, не прозрачная ткань оставляла открытой шею и ключицы, мягко обхватывала грудь и спускалась легким невесомым потоком к ступням. Светлый оттенок и струящийся невесомый материал, обшитый блестящими камнями, создавал впечатление льющейся воды. К платью прилагался прозрачный, мягко переливающийся серебром шарф, покрывающий руки и свободно свисающий с локтей до самого пола. Я замерла, платье было великолепно.

- Кажется, стоит примерить. – Произнесла я почти благоговейно. Никогда за всю свою жизнь на Земле я не носила подобных платьев. Прикоснувшись кончиками пальцев к ткани, я невольно проговорила. – Если бы в оттенке присутствовало немного холода, платье походило бы на застывший лед, а не на чистую родниковую воду. К моим темным волосам, мне кажется, больше пошел бы глубокий полуночно-темный цвет. Модистка вновь бросила на меня короткий острый взгляд, и, прикоснувшись к платью, пропустила магический импульс. Ткань тут же потемнела, приобретая названный мной цвет и я, приоткрыв рот, с восторгом рассматривала платье, превратившееся из рассветного водопада в усыпанное звездами небо. Светлый серебристый шарф и еще сильнее выделившиеся серебристые камни выглядели теперь как застывший лунный свет.

- Да, это то, что нужно. – Быстро произнесла я. А в использовании магии множество преимуществ, разглядывая себя в отражающем кристалле, подумала я. В тон к платью мне подобрали драгоценные камни, которые превратили мою прическу в звездную корону. Темные локоны, завиваясь вокруг хрупких камней, то прозрачных, то сверкающих при легком перемене наклона головы волосы выглядели еще воздушнее и насыщеннее, чем когда-либо. Позволив полюбоваться себе на свое отражение, я улыбнулась. Предстоящий прием, о котором я до этого времени размышляла с опасением, показался мне уже не столь страшным делом. В крайнем случае, если на нем будет что-то сложное, например, разговоры о моде или политике или танцы, в которых я не разбираюсь, можно будет просто постоять в стороне и понаблюдать за другими гостями.

С этими мыслями я спустилась в главный зал для приемов. Несмотря на еще раннее время в нем уже было достаточно гостей и слуг, разносящих напитки. Зал этот имел просто подавляющие размеры и был заполнен по обычаю этого мира мягким разноцветным, но не пестрым, а скорее почти неразличимым светом. Эти нежные оттенки, скрещиваясь и накладываясь друг на друга, создавали причудливые лабиринты света. Стены меняли под их воздействием оттенки от нежно-серебристого до пурпурно-розового, оттеняя разноцветные наряды гостей. В воздухе витал то пряный, то сладкий тонкий аромат, звуки ласкали слух, темная ткань зачарованного платья окутывала мою фигуру холодным мерцанием, и я испытала внезапный приступ счастья. Сама атмосфера этого мира располагала к удивленной радости. Хотя, может, на меня уже подействовал душистый напиток в вытянутой каменной чаше, из которой я время от времени отпивала, стоя у стены в поисках знакомых.