Магическая школа "Мир Да"

Глава 2

В кабинете Главы Совета в этот момент происходил эмоциональный разговор. Александр с Торнадо спорили о правильности предпринятого шага, а именно о распоряжении первого поместить новенькую в левое крыло.

— Ты хоть понимаешь, какими неприятностями обернётся твой шаг? Она новичок ни черта не смыслящий в астральных сущностях и притом ни разу не сталкивающаяся с призраками! — бушевал Никита, ходя из угла в угол. Увидь его кто-нибудь из поставленников, ни за что не поверил бы, что перед ними их вечно выдержанный Наставник.

— Успокойся. Я знаю, что делаю. Ей на пользу небольшая встряска и левое крыло её обеспечит. И прекрати загрязнять пространство тёмными фразами, оно это не оценит! — Последняя фраза была произнесена жёстким тоном.

— Оценит, не оценит. Да какая разница, когда ты не прав от начала до конца! Совет будет против! И Края этого не одобрит, если узнает. В последнее время твои решения напрочь потеряли логическое обоснование...

— С чего бы мы заговорили о Первом Щите? Неужто наябедничать решил? — прищурился Александр присев за стол.

— Ого. Ябедничать? Детский сад какой-то. Александр я говорю, а ты не слушаешь! Помещать в левое крыло новенькую нерационально и жестоко, даже обученные «Курьеры» по собственной воле туда не сунуться.

— Значит, слабые «Курьеры», — припечатал Глава Совета, передёрнув плечами.

— Что ты упёрся ей богу? — остановившись посередине комнаты, поинтересовался Торнадо.

Александр, нынешний Глава Совета, заменивший на этом посту пятьдесят лет назад ушедшего в иное пространство Шамана, производил впечатление слишком эмоционального, порой не сдержанного себе же во вред человека. Пост он занимал справедливо, только вот в качестве лидера ему недоставало такта, понимания человеческой психологии, способности общаться с вверенными ему людьми на равных. Что в свою очередь вызывало множество разногласий, из-за которых многие молодые поставленники, привыкшие к открытой демократии, попросту покидали Школу. И сейчас ситуация может обернуться столь же плачевно, если данный мужчина не возьмётся за ум. Зная новенькую не понаслышке, пусть они не виделись чуть больше трёх лет, Никита мог предсказать её реакцию вплоть до мелочей. А то, что она прислана Великим Шаманом, грозило взрывом, похлещи атомного, так как данный человек неуважения к своим подопечным не потерпит.

Александр стукнул кулаком по столу.

— Ты забываешься! Попридержи-ка лучше язык!

Если в дело пошли угрозы, считай, грань срыва близка. Никита вскинул правую бровь.

— Разве? Не думаю. Я просто говорю, что оставлять Светлану в левом крыле не позволю и точка.

— Как мы её защищаем... — насмешливо протянул Александр, потирая ладони. Вся его поза, да и поведение, говорили о чрезмерном раздражении, но первая волна ярости схлынула. Хотя от этого он не стал менее язвительным. — Наверное, следует вынести на обсуждение Совета стабильность твоего нынешнего уровня.

Высший "Курьер" равнодушно пожал плечами, к этой угрозе Глава "Щитов" прибегал неоднократно, когда что-то его не устраивало. Он, конечно, мог осуществить её, поставив под сомнение его способность, исполнять роль Наставника "Щитов Планеты", только вряд ли остальные члены Совета поддержат выпад в адрес одного из лучших "Курьеров".

— Перегибание палок иногда приводит к их ломке, — отозвался Никита, и вышел из кабинета. Постоял с минуту, а затем щёлкнул пальцами и через секунду уже стоял у двери комнаты, в которую поместили Светлану. Поколебавшись, взялся за ручку и отворил дверь.

Мощная рябь пространства сразу ударила по глазам, она была настолько сильная, что ему никак не удавалось разглядеть хотя бы очертания девушки. Огненный смерч возник прямо перед глазами, но вдруг резко замер и через мгновение, сиганул прочь. Саламандра?.. Днём?!

— Светлана, — позвал Никита во весь голос, пусть комната имела размер три на три метра, но из-за постоянного искривления пространства звуки преломлялись и до человека, который находится от тебя на расстоянии вытянутой руки, могло дойти только еле слышное эхо.

— Что, — лёд в голосе указал на явное раздражение, из-за которого слово прозвучало как слово, а не вопрос.

— Где ты?

Вглядываясь в рябящее пространство, Никита начал плыть назад, ещё секунда его засосало бы в какое-нибудь измерение, из которого потом выбирайся пару дней, но в этот момент чья-то рука ухватила за локоть, дёрнув влево.

— Почему ты вечно попадаешь в неприятности, — проворчала Светлана, махнув пару раз ладонью перед его глазами желая убедиться в сфокусированном внимании. Никита моргнул, и рябящее наваждение исчезло. Перед ним находилась кровать, на которой сидела девушка со строгим взглядом.

Светлана...

Новое имя, обновлённая судьба. Есть ли в сидящей напротив девушке тот силовой огонь, который испугал его в прошлом? Никита заглянул ей в глаза.

— Я испугался за тебя...

— Да-да, это я уже поняла, — перебила она небрежно, не желая слушать его. Поднявшись с кровати, подошла почти вплотную.

— Фокус хороший, только рябь разъедает радужку, — услышал он задумчивое. Тупой удар в солнечное сплетение заставил сделать резкий шаг назад.

— И?..

— Нужно ставить заслон, тогда поле будет другом позволяющим видеть себя насквозь.

— Значит я для тебя открытая книга? — Высший «Курьер» прищурил глаза, чувствуя токи, гуляющие по телу, тёплые обволакивающие, но такие далёкие от состояния покоя. Его душил гнев, в тоже время облако недоумения навязчиво кружило в мозгу, выкидывая на поверхность разума, кучу вопросов. Они расстались, казалось бы, так давно, что память должна была вычеркнуть прошлое раз и навсегда.

Он так решил!

Отчего же сейчас перед ним стоит человек, которого он намеренно обидел ради облегчения собственной участи? Лишь по причине трусливого страха посмотреть правде в глаза, принять как данность тот дар, которым девушка обладала, произошло гнусное предательство с его стороны и этого не изменить, даже если появится такое желание.