Магический офшор

Глава 4

На слаженное двухголосое «Входите, не заперто» в двери протиснулся невысокий бородатый мужик с хитрыми маленькими глазками под кустистыми бровями. Бородища у него была прямо-таки знатная, волосок к волоску, ухоженная и заплетенная в затейливые косицы, украшенные блестящими заколочками.

Одежда этого почти квадратного типа тоже отличалась солидностью: штаны из плотной ткани темно-синего цвета были заправлены в щегольские сафьяновые сапоги с расшитым золотыми нитями голенищем; рубаха-косоворотка золотистого шелка, казалось, сияла собственным светом, а жилет, надетый поверх нее, бархатный, цвета изумруда, украшала толстенная золотая цепь, конец которой, небрежно засунутый в карманчик, наталкивал на мысль о спрятанных там часах.

— Доброго здоровья, уважаемая, — солидно раскланиваясь и оценивающе осматривая обстановку комнаты, в которой оказался, поздоровался гость. — Достатка вашему дому.

— И вам не хворать, уважаемый, — распушил хвост и взъерошил шерсть Феофан, сгребая к себе поближе лежащие на столе монеты и накрывая их вышитой салфеточкой.

Бородатый недомерок с алчной искринкой в глазах, мелькнувшей при виде денег, коту не понравился, тем более что за широким кожаным поясом, который перетянул плотное пузо, выдававшее любителя знатно поесть, торчал самый настоящий, остро заточенный топор.

— Позвольте представиться, — словно не замечая недовольства домового, меж тем продолжил мужчина, сосредоточив внимание на Варваре Егоровне, и вытащил из-за пазухи свернутую в трубочку грамотку. — Представитель банковского дома подгорных гномов «Дворфин и сыновья». Примчался, как только молва донесла, что у нас в Магофе пополнение и вам, возможно, необходимы банковские услуги. У нас лучшие условия, льготы и безупречная вековая репутация. Одна ваша подпись — и все ваши финансовые проблемы исчезнут.

— Ага. Вместе с деньгами. — Домовой уже демонстративно завязал наличность в узелок.

Посоветовав Варваре гнать этого бородатого с его бумажонками в шею, кот скрылся за печкой прятать скудный капитал бабули.

— Ну что ж вы так катего...

Видимо, терпения дядечке, оказавшемуся гномом, было не занимать, но его попытку продолжить уговоры прервали самым хамским образом. Дверь в дом без стука отворилась, и в комнату ввалились еще два индивида откровенно сказочной, но совершенно разбойничьей наружности.

Одним был крупный, гладко выбритый узкоглазый мужик в островерхой шапке с лисьим хвостом и золотыми зубами, блеснувшими в улыбке, больше похожей на оскал. А вторым — зеленоватый и носатый тип с острыми ушками, одетый как классический офисный клерк, только неформал. В ушах и носу переливались и блестели золотом серьги и пирсинг.

Несмотря на кажущуюся неповоротливость и явный проигрыш что в росте, что в численности, гном, моментально развернувшись, прикрыл широкой спиной ошалевшую от такого вторжения бабулю, замершую в испуге, и, выудив из-за пояса топор, встал в боевую стойку, оглушительно прорычав что-то вроде:

— Гра-абр-р-р!

В старинном резном буфете жалобно задребезжала за стеклами дверцы посуда.

Пришлые тоже ощетинились оружием, и неизвестно, что бы произошло в этом отдельно взятом домике гражданки Комаровой, если бы не очередные гости. На этот раз, к счастью, жданные, поскольку, как потом поняла Егоровна, к ней наконец-то добралась та самая Зойка Стрекозицина, и, к огромному облегчению струхнувших новопоселенцев, не одна.

Зойка, собственно, оказалась тоненькой как былинка молодой девушкой в огромных очках и с прической, выкрашенной так, будто на нее вылили набор цветной гуаши. А вместе с ней в комнату шагнула, чуть пригнувшись, внушительных габаритов темноволосая женщина. При виде вошедших троица бузотеров как-то спала с лица и побледнела.

— Опять за старое? — грозно насупила темные брови рослая незнакомка, на полголовы возвышаясь над узкоглазым типом, самым высоким из мужчин. — Вот уже сдам Гороху, пусть в остроге промаринует да плетей всыпет, шаромыжники. Хорошо, что я вас загодя учуяла. И не стоило пытаться эльфийскими травами след затирать, Гентер Трубка. Твой саамрский табачище любой вервольф учует за версту. Как и вас, голубчики. Ишь, Бульдага даже костюм раздобыл.

— Да ладно, Матрен. Мы заскочили поздороваться с новыми жителями, — залебезил узкоглазый с лисьим хвостом, уныло свисавшим с шапки. — Это вон бородатый тут неспроста. Глянь, вон бумажки уже разложил. Не иначе старушку обжулить пытался. А мы-то мимо шли...

— Мимо, мимо! — Зеленый в костюме, потупив глазки, постарался поддержать товарища.

— Конечно, знаю я вас. — Суровая Матрена не отличалась доверчивостью. — Зоя, ты вестника послала в город?

— Да сразу же, Матрена Потаповна. Мне как Савватий сказал, что видал их мельком в окрестностях, так я и поняла, что заявятся. И весть послала, и к вам пришла.

— И где тогда эти лодыри царевы? Мы что, опять сами? — помрачнела темноволосая, умудрившись прихватить за острое ухо тощего Бульдагу, пытавшегося бочком пробраться к открытому в жару окошку кухни.

Как по заказу, где-то на крыльце забряцало и загрохотало, будто там разгрузился самосвал с металлоломом.

Женщины воодушевились, а сказочные жулики присмирели, еще усерднее пытаясь сделать вид, что они здесь и правда случайно.

Варвара даже заметила, как бородатый гном, косясь на Феофана, показывал коту зажатую в ладони монету, намекая на возможность договориться. А домовой, глядевший на все с печи, куда он забрался, едва троица попыталась затеять драку, только когтем у виска покрутил, демонстрируя прекрасное знание повадок всяких жуликов. Тем более что магия этого места наверняка давала еще больший простор для обмана честных граждан.

В дом к Егоровне ввалились два похожих друг на друга плечистых богатыря в кольчугах и полной амуниции, звеня всем этим добром, как привидение цепями. В помещении сразу стало тесно. Терпко запахло потом, чесноком и пивом. Судя по всему, сидели эти два светловолосых голубоглазых молодца в каком-то кабаке и были не сильно рады, что их оттуда вытащили.