Магический отпуск или Дело о пропавшем зонтике

Глава 16 Магия или удача?

В номер захожу, полная уверенности, что у меня все получится. А как иначе? Иначе ведь у меня совсем ничего не выйдет. Значит любыми способами нужно разбираться с магией, которая управляет работой экрана.

Вот только когда подхожу к стене и провожу перед ней рукой, уверенности во мне значительно убавляется.

— Ну! Давай! — рычу на стену, будто она способна испугаться меня. — Показывай мне уже изображение!

Но, конечно же, ничего не происходит. Стена как была просто стеной, так ею и остается.

Но я не привыкла сдаваться. Я всегда добивалась своего. Обычно, конечно же, в плане веселья и развлечений. Но это ведь тоже своего рода проявление силы воли и целеустремленности.

— Если ты думаешь, что я сдамся, — тычу в стену пальцем, но стоит мне только ее коснуться, как меня будто током прошибает. — Ай! — отдергиваю руку и машу пальцем, чтобы стряхнуть неприятное ощущение.

Когда боль отступает, поднимаю взгляд на стену в надежде, что этим действием я все же сумела хоть что-то изменить, но все мои надежды разбиваются о все ту же стену.

— Хорошо! — встаю в том самом месте, где стояла Аранта и упираю руки в бока. — Поверь, нам лучше договориться. Иначе… иначе я возьму губную помаду и разрисую тебя!

Не знаю, можно ли испугать стену таким обещанием, но, полная надежды, что все же можно, направляю руку к стене и провожу вдоль нее ладонью.

И, как ни странно, прямо передо мной вспыхивает яркая картинка, на которой изображена я же, но с губной помадой в руках да еще и изрисовывающая стену.

Неужели я это представила у себя в голове?

Хотя… Сейчас есть куда более важный вопрос: каким образом я сумела это сделать? Что сработало, воображение или наэлектризованный стеной палец?

— Ладно, оставим это на потом, — выдыхаю, боясь спугнуть успех.

Собираюсь переключить канал. Или сменить изображение. Не знаю, что именно должно произойти. Но уверена, что произойти это должно именно в моей голове.

Смотрю на экран и стараюсь представить, как из моего номера выходит невидимый грабитель и в руках он держит мой зонт. Представляю, как он медленно закрывает за собой дверь и уходит прочь…

Но ничего не выходит. Изображение на экране остается прежним. Только… только теперь я не рисую ничего на стене, а просто стою и смотрю на стену. Будто камера находится прямо за мной и теперь я вижу происходящее в прямом эфмре.

Разворачиваюсь, чтобы проверить, нет ли на самом деле за мной камеры. Но не нахожу ни малейшего намека, что она есть. Зато замечаю, что на экране я тоже повернулась. Значит, это действительно запись. Прямой эфир

Но что мне с ним делать?

— Остановись! — командую вслух. Но изображение не реагирует. — Пауза! Стоп!

Ни одно слово не срабатывает. Кажется, что экран слушается не меня, а делает все сам по себе. Он будто издевается надо мной. Но он ведь не может быть живым!

Тогда я снова выставляю перед экраном руку и, смотря исподлобья (чтобы ему страшнее было), мысленно произношу слово «стоп».

И, что удивительно, на этот раз у меня все получается. Изображение действительно замирает. Но значит ли это, что я добилась успеха?

«Перемотка назад, — продолжаю мыслить я. — Быстрее…»

Удивительно, но теперь изображение отматывается назад. Экран слушается меня. Но что это, магия или просто везение, удача? Может быть просто экран, наконец, настроился на меня?

Пытаюсь не отвлекаться. Я не знаю, в чем суть этого взаимодействия, но сомнений, что оно слишком тонкое, я не сомневаюсь. Боюсь, стоит сделать неправильное движение, и оно разорвется.

«Еще… Еще немного… — продолжаю отматывать запись до тех пор, пока не замечаю, как у входной двери мелькает какая-то тень. — Стоп!»

От собственного голоса съеживаюсь. Кажется, что хоть и в голове, но я произнесла это слишком громко, что сейчас экран погаснет или и вовсе пропадет.

Но в итоге все остается на месте. Как экран, так и изображение.

«Хорошо. А теперь, проследи, пожалуйста, за вошедшим в номер, — прошу у экрана тихо и очень нежно. — Проследи, куда он пойдет дальше».

Изображение начинает мерцать. Оно то движется вперед, то снова отмазывается назад. Но все же вскоре переходит на то самое изображение, которое мне показала Аранта.

— Ага! Попался! — радуюсь я, совершенно забывая, что сейчас мне бы нужно молчать.

Но и на этот раз изображение не пропадает. Оно словно переключается с одной камеры на другую, отслеживая движение облаченного в плащ-невидимку вора.

Внимательно отслеживаю каждый поворот. Пытаюсь запомнить, куда шел гаденыш, решивший сделать из меня преступника. А он все продолжает петлять.

Пока, наконец, не сворачивает в помещение для работников отеля.

Прежде, конечно же, не забывая спрятать зонт.

Изображение замирает на месте. Оно тоже больше не видит вора. Но это уже и не важно. Ведь я понимаю, что меня ограбил кто-то из сотрудников. И остается только гадать, кто именно.