Магический сад попаданки, или Герцог, мурлычь тише!

Глава 1: В огонь с порога

Моя жизнь на Земле была похожа на дешёвый сериал с кучей драмы и без хэппи-энда. Мне 29, я одна, живу работой. Кстати да, я - психолог. Помогаю людям, но не могу помочь себе.

Родители умерли, когда мне стукнуло восемнадцать, и я научилась прятать тоску за саркастичными шуточками. В тот вечер я тащилась домой по тёмной московской улице, сжимая остывший кофе. Шла через дорогу, и тут — бац! — фары грузовика ослепили меня. Последнее, что помню, — визг тормозов, боль, темнота и мысль: «Серьёзно, это всё? Даже попрощаться не дала судьба?»

Очнулась я в холодной грязи под мрачным небом, в теле, которое явно не моё. Хрупкие руки, длинные чёрные волосы, платье — рваные лохмотья, пропахшие сыростью. Я выглядела как Золушка, которую турнули с бала за дерзкий язык. Вокруг — тёмный лес, голые ветки цепляются за тучи, ветер пробирает до костей. А ещё меня окружили трое громил с ножами, и их рожи орали: «Добро пожаловать в ад, детка!»

— Ну, Лилиана, пора заканчивать! — прорычал один, с бородой, похожей на замызганную мочалку. Его глаза горели злобой, а нож в руке сверкал в лунном свете.

Лилиана? Я моргнула, пытаясь не запаниковать. В голове вспыхивали чужие воспоминания — рваные, как старый фильм: унижения от дяди Эдгара, запертые комнаты, побег этой ночью. Лилиана Вейр, сирота, изгой, которую семья ненавидела, узнала о завещании матери и рванула к своему неожиданному наследству. Но, похоже, её поджидали. Я заняла её тело, и, чёрт, момент был хуже некуда.

— Ребята, — начала я, поднимая дрожащие руки, — давайте не горячиться. Это из-за денег? Я бы всё отдала за горячую ванну и пиццу. С пепперони, если вы в настроении.

Они опешили, явно не ожидая трындежа. Бородач нахмурился, косясь на своих корешей, а я, вспомнив свои психологические фишки, продолжила: главное — сбить их с толку.

— Серьёзно, вы такие грозные, а тратите время на меня? Уверена, у вас есть дела покруче. Пивка, может, замутим? Я угощаю… ну, чисто теоретически.

— Заткнись, девка! — рявкнул второй, со шрамом через щеку, но его нож дрогнул. Я выиграла пару секунд, но сердце колотилось так, что, казалось, сейчас выпрыгнет. Почему я в лесу? Кто заказал этот цирк с ножами?

Ответа не последовало, потому что из теней вылетел мужик, и всё завертелось, как в боевике. Высокий, широкоплечий, с белоснежными волосами, небрежно зачёсанными назад, он двигался как хищник, которого лучше не злить. Тёмный камзол с серебряной вышивкой обтягивал его, подчёркивая мощь, а меч в руке сверкал, как молния. Один взмах — Бородач рухнул, воя и хватаясь за плечо. Второй — Шрам отлетел к дереву с глухим стуком. Третий слинял, хрустя ветками, будто за ним гналась сама смерть.

Я стояла, разинув рот, пока этот тип не повернулся. Серые глаза, острые, как лезвие, прошлись по мне с таким презрением, что я чуть не полезла проверять, не размазалась ли грязь по лицу. Его лицо — точёное, с высокими скулами и лёгкой щетиной — было как из мрамора, только без намёка на улыбку.

— Всё ещё жива, Вейр? Какая жалость, — бросил он, вытирая меч о плащ с такой ленцой, будто чистил яблоко. Голос — низкий, ядовитый, но от его харизмы лес мог бы загореться.

— Спасибо, герой, — ответила я, стараясь унять дрожь в коленках и выпрямиться, несмотря на рваньё на мне. — Но я почти справилась. Счёт за спасение пришлёшь или это по дружбе?

Он прищурился, и уголок его губ дёрнулся — то ли улыбка, то ли гримаса. Воспоминания Лилианы хлынули в голову: Дамиан Арден, герцог Реглиса, враг с детства. Она дразнила его, поджигала его книги, тырила его шмотки, а он отвечал ледяным презрением. Ну прям ромком, только без «ком».

— По дружбе? — переспросил он, шагнув ближе. — Ты реально думаешь, что у нас с тобой может быть что-то общее, Вейр? — Его голос стал тише, и в нём прозвучала насмешка, от которой мурашки побежали по спине.

Я сглотнула, но сдаваться — не моё. Даже в чужом теле, в чужом мире и, похоже, в глубокой ж… заднице.

— Ну, не знаю, Арден, — ответила я, скрестив руки и надеясь, что выгляжу круче, чем чувствую. — Мы оба любим эффектные выходы, разве нет? Ты вот выпрыгнул, как герой баллад, только лютню забыл.

Он замер, и на секунду мне показалось, что я перегнула. Но потом он хмыкнул — коротко, будто против воли, и это было так неожиданно, что я чуть не улыбнулась.

— Ты не изменилась, — сказал он, но в его голосе мелькнуло что-то ещё, кроме холода. — Всё та же беда на двух ногах, готовая спалить всё вокруг.

— А ты всё тот же ледяной принц, — парировала я, чувствуя, как адреналин подкидывает смелости. — Может, улыбнёшься? Или лицо приклеилось к этой гримасе? Я могу помочь, у меня диплом по психологии.

Его бровь выгнулась, и он шагнул ещё ближе, сократив расстояние до пары шагов. Воздух между нами заискрил, как перед грозой, и я вдруг поняла, что он выше меня на целую голову. Запах — кожа, сталь и что-то терпкое, вроде можжевельника, — ударил в нос, и я сжала кулаки, чтобы не отступить.

— Психология? — повторил он, и его губы скривились в насмешке. — Это ты теперь мои мысли читать будешь, Вейр? Давай, удиви, посмотрим, как далеко зайдёшь.

— О, Арден, — ответила я, наклоняясь чуть ближе и понизив голос, будто делясь секретом. — Я уже знаю, что ты думаешь: «Как эта девчонка смеет так нагло болтать после того, как я её спас?» Угадала?

Он смотрел на меня секунду, две, и я готова была поклясться, что в его глазах мелькнула искра — не злости, а чего-то другого. Но тут из леса донёсся топот, и к нам выскочил запыхавшийся пацан в потрёпанной одежде, сжимая свёрток. Он замер, увидев Дамиана, и пробормотал, кланяясь:

— Лилиана Вейр? От суда Реглиса… Я гнался за вами от города… Эти… — он кивнул на лежащих громил, — чуть меня не прикончили.

Дамиан выхватил пергамент из рук пацана, пробежал глазами и швырнул его мне, будто это была бомба с тикающим таймером.

— Твоё наследство, Вейр, — сказал он, скрестив руки. — Поздравляю, проблем у тебя теперь побольше, чем у меня.