Магический Университет. Практика по обмену

Глава первая. «Хельгины дети»

Определившись с магистром, который повезёт группу на практику, ректор пригласил кастеляна. Появился тот быстро, словно ждал вызова. Хотя, действительно, ждал, ведь первыми словами, произнесёнными им прямо с порога, были:

— Ну, твоя Светлость, и кто у нас заменит Дейэля?

Ректор, за долгие годы успевший привыкнуть к скорости распространения новостей в университете, ответил:

— Магистр Лорин. Правда, ей эту новость я сообщу чуть позже, сначала обсудим все организационные вопросы с тобой.

Наедине ректор и кастелян, дружившие очень много лет, общались безо всяких условностей.

Кастелян присел на диван рядом с крылатым котом, хмыкнул и протянул:

— Значит, Хельга повезёт свою группу к вампирам на практику по выживанию в условиях дикой природы? Хельгины дети, однозначно, выживут. Насчёт дикой природы не уверен.

Прозвище «Хельгины дети», с лёгкой руки кастеляна, как-то назвавшего так группу, куратором которой являлась Хельга, прижилось. В устах гоблина звучало оно как ругательство, но с примесью восторга. Студенты этой группы попадались на нарушениях очень редко. Среди остальных учащихся ходили упорные слухи, что везучие «Хельгины дети» знают какие-то особые заклинания или правила.

Ректор усмехнулся и отрицательно поводил головой.

— В этом году мы отправляем третьекурсников, а Хельгины… — ректор запнулся, чуть не повторив прозвище, затем продолжил: — а группа магистра Лорин на втором. Я решил отправить бытовиков, группу четыре-три. Их куратору сообщение уже отправлено, он должен известить подопечных.

Кастелян, прокручивавший в уме третьекурсников-бытовиков, чтобы определить счастливчиков, вычислил, что за группа едет, и изумлённо уставился на ректора.

— Ты хочешь отправить этих лютиков-ромашек?! — воскликнул он. — Захотел избавиться, наконец, от спесивых неженок, вечно всем недовольных? Уважаю. Если выживут в суровых для них условиях, их прибьёт Хельга. Она у нас нытиков не переносит.

Кастелян ударил кулаком по дивану. Крылатый кот поднял голову, открыл голубые глаза и недовольно зашипел.

Ректор заходил по кабинету, размышляя вслух:

— Доля истины в твоих словах, несомненно, есть. В группе четыре-три студенты ведут себя как плохо воспитанные отпрыски аристократов, хотя половина из простого сословия. Не пойму, у последних-то откуда такое высокомерие и чванство. Словно соревнуются друг с другом в избалованности. Если пребывание на практике не поможет, придётся группу расформировывать.

Пока ректор рассуждал, на диванчике происходил другой разговор.

— Второй, извини, что разбудил, — тихо произнёс кастелян и, слегка заискивающе, добавил: — У меня на складах крысы появились, не желаешь поохотиться?

Кот повёл ухом, недовольство в голубых глазах сменилось заинтересованностью. Кастелян вздохнул с облегчением, на этот раз ему удалось спасти свою обувь от мощных клыков ректорского питомца. Илчи Второй, смесок карликовой химеры и данирской кошки, от последней унаследовал лишь белоснежный пушистый мех, в остальном соответствовал химерам. Отвага, сила, ум, способность восполнять магический резерв хозяина, но вместе с тем вредный характер и редкая мстительность.

В дверь кабинета постучали. После разрешения войти, появилась студентка в лиловой форме, с пятью нашивками на рукаве. Пятикурсники с бытового факультета, выбравшие в качестве специализации делопроизводство, проходили секретарскую практику в родном университете. Так повелось с тех пор, как с места секретаря ушла Шейла, а ректор категорически отказался нанимать на эту должность постоянного служащего. Идея проводить практику для собственных студентов пришла на ум кастеляну, ведь так решалась проблема с обеспечением мест для практикантов.

— К тому же, может, подберём кого-нибудь подходящего на постоянку, — сказал тогда кастелян ректору. Однако до сих пор таких не нашлось.

Вот и сейчас практикантка, вместо того, чтобы воспользоваться внутренней связью, постучалась в дверь.

— Ваша Светлость, извините, амулет связи разрядился, — пробормотала пятикурсница и уже более чётко сказала: — Студенты группы четыре-три принесли вам на подпись два освобождения от практики, заверенных целителем, и одно прошение об освобождении в связи с семейными обстоятельствами.

— О, началось! — воскликнул кастелян и, азартно сверкнув глазами, обратился к ректору: — Ваша Светлость, спорим, что когда эти лютики-ромашки узнают, кто именно их везёт на практику, таких прошений прибавится! — Затем он повернулся к практикантке, которой ректор вернул подписанные бумаги. — А ты иди, милая, иди. Нечего тут уши греть. После обеда загляни ко мне на склад, выдам два, нет, лучше, три запасных амулета связи. И, гулять, так гулять, составь список всего нужного для приёмной.

Довольная пятикурсница выпорхнула из кабинета. Ректор подозрительно посмотрел на оживлённого друга и спросил:

— Что на этот раз ты намерен потребовать в качестве выигрыша? Обновить стулья в столовой или сменить шторы в Зале торжеств?

— Стеллажи для формы в первом складе, — признался кастелян.

— А, всего-то. Такую сумму я и без спора могу утвердить, — протянул ректор.

— Не скажи, твоя Светлость, со спором куда интереснее, — возразил кастелян. — Слушай, мне вот только в голову пришло. Вампирская академия отправляет к нам по обмену лучших студентов, а мы им тех, от кого хотим на время избавится.

Ректор и кастелян переглянулись и дружно рассмеялись. С улицы через приоткрытое окно донёсся шум голосов — верный признак наступившего между занятиями перерыва.

В этот перерыв Хельга Лорин собрала свою группу, чтобы обговорить план вне учебных мероприятий на ближайший семестр. Обосновались, как обычно, в холле общежития. «Хельгины дети» занимали лучшие комнаты для студентов на втором этаже в правом крыле. У каждого имелась отдельная комната с душем, общие холл и оружейная, рядом располагались покои куратора. Раньше эту часть общежития занимали держащие первенство в университете группы: «Монстры», а после них «Нарушители».