Магистр и странница

Глава V. Хантарин

Хельвиг проснулась в обнимку с Хашем, под мерный топот копыт и скрип кибитки. Солнце было уже высоко, магистр что-то обсуждал с Джеем. Она вспомнила вчерашнюю ночь и покраснела. Что он теперь будет о ней думать? А главное, она уже не была уверена, что именно он ей ответил? Что она очень красивая, или что очень настойчивая? Вряд ли она наберётся решимости спросить ещё раз. Она вздохнула, потянулась и расплела косы, жаль, что тут не было умывальника. Хаш просыпаться не желал. Интересно, чем он занимался всю ночь? Кибитка остановилась, и Амер Хант заглянул внутрь.

– Хельвиг, ты проснулась? Я уже собирался тебя будить. Мы подъезжаем к Хантарину, через час будем на постоялом дворе, там пообедаем и переночуем, – сегодня приходит в порт наш корабль в Т’Хаш-Садживан. Завтра отправляемся. Если хочешь, можем после обеда прогуляться по городу – я всё равно собираюсь заглянуть в порт и ещё пару мест.

– Конечно, магистр, я очень хочу увидеть море! – обрадовалась Хельвиг. Наконец-то она сможет увидеть то, о чём так много читала.

– На море ты ещё насмотришься, – усмехнулся магистр.

Море Хельвиг увидела, но издалека, рассматривая его в окошко кибитки. Город располагался на полуострове, движение на тракте было оживлённым, — в Хантарине располагался единственный на этой части побережья крупный порт.

Страж остановил их ещё до выезда на перешеек и получил плату за проезд. Насколько она могла судить, проезд стоил довольно дорого. На подъезде к полуострову был ещё один сборщик податей. Тот останавливал путников, которые выезжали. Вскоре обнаружился ещё один пост, на въезде в город. За это тоже взимали по́дать, пришлось даже немного подождать.

— Вы меня и так уже обобрали до нитки, где мне теперь ночевать? На улице? Нет у меня больше монет! — Хельвиг прислушалась, обладатель мальчишеского голоса прямо рядом с кибиткой спорил со стражей.

— А если нету, так и идите обратно, — казённым голосом ответил сборщик.

— Как это обратно? Что за шутки? Вы же с меня уже получили пять империалов на въезде!

— Это не мы, уважаемый. Это в казну Империи. А мы собираем по́дать в казну Хантарина. А не нравится, так запишитесь на приём к правителю, ему и жалуйтесь. Мы-то тут при чём?

— Так как я к нему запишусь, если вы меня в город не пускаете?!

— А нам-то почём знать? — терпение сборщика было на исходе. — Или платите, или отойдите. Не задерживайте посетителей славного города.

— Грабители! — звон монет и наступившая за ним тишина, говорили о том, что деньги у юного гостя Хантарина ещё пару минут назад были.

— Проезжайте! – не удосужившись досмотреть их кибитку, сборщик просто взял с них плату за проезд. Они въехали в город.

Постоялый двор располагался рядом с портом, сюда доносились крики торговцев с пристани, а проезд был через ворота и охрану. Странно, но их пропустили сразу и бесплатно.

— Проходи, — магистр открыл дверь.

Комната ей досталась небольшая, зато светлая и со своей купальней. Такого ей не полагалось даже дома. И теперь Хельвиг с наслаждением мокла в чане с горячей мыльной водой. В распахнутое окно светило солнце. Обед магистр назначил через час. Дерр снял апартаменты из трёх комнат, вторую он занял сам, а третья была проходная и использовалась как гостиная. Хаш обнюхал углы, потоптался по дивану и улизнул куда-то вниз по лестнице, пока заносили вещи. Хельвиг подозревала, что на кухню. Она вздохнула и перевела взгляд на стопку полотенец – следовало ещё расчесать и просушить волосы.

Обед подали в гостиную, магистр ел и одновременно просматривал письма, а Хельвиг присматривалась к странному блюду, пытаясь понять, десерт это, или салат.

– Если ты закончила, идём, – отбросил последнее письмо магистр.

Порт встретил их гомоном людей, криками чаек и запахом солёной рыбы. Она высунулась в окно экипажа. Всюду сновали продавцы и зазывалы, некоторые говорили на незнакомых ей языках. Слуги, моряки, обычные горожане, приезжие, женщины, дети, старики, нищие и попрошайки. Тут и там сушились сети, лежали перевёрнутые лодки, а в отдалении стояли огромные величественные корабли. В точности, как на рисунках в тех книгах, что хранились в библиотеке замка.

Магистр отпустил извозчика и, взяв Хельвиг под руку, подвёл её к пирсу.

– Море.

Море пахло солью и чем-то ещё.

– Оно такое огромное! Можно, я спущусь и его потрогаю?

– Если хочешь, можем потом прогуляться вдоль моря. Потерпи минут десять. Одну я тебя здесь оставить не могу.

Это заняло не десять минут, и Хельвиг себе уже все губы искусала от нетерпения: они зашли в какой-то дощатый двухэтажный дом на пристани, украшенный множеством флагов, среди которых она определила имперский, ахатикайский, Данисейского торгового союза, Дишкериона и ещё пару, остальные ей были незнакомы. И вот уже полчаса магистр что-то терпеливо объяснял маленькому толстому человечку в чёрном камзоле на незнакомом ей языке. Человечек кивал и бросал опасливые взгляды на магистра. Магистр хмурился и поглядывал на артефакт времени. Наконец, над дверью звякнул колокольчик, и в контору стремительно вошла очень красивая, высокая, черноволосая синеглазая дама в изящной шляпке.

– Дерр Хант!

– Леди Шассер, я уже начал беспокоиться.

– Простите, меня задержали.

– Я получил вашу записку и уже обо всём договорился, корабль отправляется завтра, что касается корреспонденции, обговорите всё с Вальтером, – Амер Хант кинул взгляд на человечка.

– Как вам будет угодно. Гостиница та же?

– Да, номер на ваше имя. Прошу простить, леди, мы уже опаздываем.

– Мы? – леди обернулась и заметила скромно сидящую на диванчике Хельвиг.

– Да, позвольте представить, Хельвиг Шассер, ваша троюродная племянница, не уверен, что вы раньше встречались. Я был назначен её опекуном.

– Вот как... – леди прикусила пухлую нижнюю губу и окинула Хельвиг нечитаемым взглядом. – Рада познакомиться, Хельвиг, я Элайя Шассер, надеюсь, мы подружимся.