Магистр и странница

Глава VII. Стремительный. Часть II. Дорога в Т’Хаш-Садживан.

Часть II. Дорога в Т’Хаш-Садживан

– Хельвиг, пора завтракать и выезжать, — Хельвиг проснулась от стука в дверь.

– Иду!

Она быстро умылась, оделась и выглянула в гостиную. Завтрак был уже накрыт, магистр пил кофе с булочками. В дверь постучали. Он на секунду вышел и вернулся с почтовым конвертом, в компании стройного мужчины с резкими чертами лица, немного горбатым носом и россыпью чёрных волнистых локонов. На незнакомце была свободная белая рубашка, чёрные бриджи и сапоги.

– Дерр Бэхор Хант, леди Хельвиг Шассер, – представил их магистр.

Бэхор улыбнулся, и она невольно улыбнулась в ответ, – взгляд синевато-зелёных глаз искрился смехом, он подмигнул Хельвиг:

– Добро пожаловать в семью, леди.

– Благодарю, дерр Хант!

– Бэхор, ты присоединишься?

– Не откажусь.

Пока дерр Бэхор расправлялся с булочкой, Хельвиг разглядывала его украдкой.

На левом бедре он носил небольшой меч в кожаных ножнах, на правом – длинный кинжал. Ворот рубашки был расстёгнут, на шее, на крупной серебристой цепи висел кулон с половиной круглого прозрачного камня. Камень переливался фиолетовым и зелёным. На левой руке имелось такое же кольцо, а рядом с ним – массивное белого металла кольцо в виде креста с петлей и надписью на древнем. Хельвиг видела такое и у магистра. Но знаки она разобрать так и не смогла, – они отличались от привычного ей начертания.

Магистр распечатал послание, отошёл к окну, поднёс к письму одно из своих колец, листок вспыхнул и осыпался пеплом. Амер Хант обернулся, посмотрел на Бэхора и произнёс:

– Т’ха джиене.*

– Амер, если ты... то я могу, ты же знаешь, мы никогда особо не ладили.

– Нет. Выезжаем через четверть часа, я распоряжусь, чтобы подали карету и вынесли вещи. И, Бэхор, проследи, чтобы леди Элайя не получила никакой корреспонденции и ни с кем не встретилась до того, как отчалит Стремительный.

– Сделаю, – Бэхор подхватил с блюда булочку, допил одним глотком кофе и вышел из номера.

Хельвиг бросила взгляд на свой сундук с одеждой. На крышке лежал Хаш.

– Нет уж, – рассмеялась она, – на этот раз поедешь пассажиром.

Каюта располагалась в корме корабля и состояла из двух спален и салона с балконом. Дерр Бэхор и леди Элайя разместились одной палубой ниже.

– Хельвиг, аккуратнее с балконом, надеюсь на твой здравый смысл и на то, что нырять мне за тобой не придётся, – позанудствовал магистр.

– Как вам будет угодно, магистр, – свредничала в ответ Хельвиг. И, заперев Хаша у себя, выбежала на балкон, – ей не терпелось посмотреть, как галеон отчалит от пристани.

Для путешествия магистр заказал места на очень странном корабле, – трёхмачтовый Стремительный, принявший их на борт, подходил скорее для морской битвы, чем для перевозки пассажиров. На её вопрос, почему они будут путешествовать на военном корабле, он просто пожал плечами и пояснил, что так надёжнее: им придётся провести неделю в море, путь неблизкий.

Она ещё никогда не покидала границ Империи. Безопасно ли за её пределами? Море выглядело спокойным и ласковым, и только лёгкий бриз трепал её волосы.

Хельвиг кинула взгляд на удаляющиеся красные крыши Хантарина, шпили его храмов и задумалась. Она ощущала себя непривычно и странно. В замке она считала себя взрослой девушкой, юной леди, снисходительно посматривая на братьев, сестру и даже тётушек, как более мудрая и взрослая. Она имела свой садик с ценными травами и обеспечивала замок запасами зелий. Она проводила бо́льшую часть своего времени в библиотеке. Она стыдила Талли, когда та решила, что пора ей научиться целоваться, и решила испробовать свои чары на помощнике конюха.

Но стоило ей покинуть Шелл, и всё изменилось. Она сама себе теперь напоминала Талли. У неё даже хватило нахальства спросить магистра, считает ли он её красивой. В ней как будто поселилась дюжина демонят, а сама она стала лет на пять младше. Ей хотелось играть в прибое. Боги, да она чуть было язык магистру не показала, когда тот попросил её не выпасть с балкона. Не удивительно, что он видит в ней дитя неразумное. Хельвиг никак не могла понять все эти перемены. Она вздохнула.

– Грустишь? – магистр, как всегда, возник рядом с ней незаметно.

– Грущу, – согласилась Хельвиг.

– Не буду пытаться угадать, с тобой это не работает. Расскажешь почему?

– Мне кажется, я резко поглупела.

– Что? Поглупела? – дерр хотел рассмеяться, однако, Хельвиг так мрачно на него взглянула, что он не стал.

– Ладно-ладно, не надо убивать меня взглядом. Я не стану смеяться. Как ты вообще пришла к такой мысли?

– Мне всё время хочется дурачиться и делать глупости.

– Как, например?

– Как, например, играть с прибоем.

– Это нормально.

– Для кого-то, возможно. А для меня – нет. На глупости меня тянет только последние три дня.

– Просто у тебя хорошее настроение.

– А раньше что, всегда было плохое?

– Вероятно, – пожал плечами магистр.

– Вот вы опять надо мной смеётесь, а я же серьёзно!

– Так и я серьёзно. Не обижайся, Хельвиг, но, возможно, тебе не нравилась та жизнь, которую ты вела, но ты не знала, как её изменить. И даже в те моменты, когда ты была рада чему-то, это давило на тебя и не давало быть счастливой.

– Так вы что же, считаете, что я счастлива? – изумилась Хельвиг.

Дерр Амер Хант почему-то посмотрел вверх и ответил:

– Судя по всему – да. Пойдём обедать?

Обед был накрыт в салоне. К ним присоединились капитан, любезно уступивший магистру свою каюту, и Бэхор. Хельвиг была рассеяна и прослушала как имя капитана, так и половину беседы. Однако она навострила ушки, когда мужчины начали обсуждать какой-то остров.

– Остров? Мы остановимся у острова?

– Не думаю, леди, – ответил ей капитан, – но мы пройдём рядом с ним. Он в четырёх днях пути отсюда. А через семь дней, если ветер не переменится, мы уже прибываем. Если бы две недели, тогда бы стоило, чтобы пополнить запасы пресной воды, – тут капитан посмотрел на магистра и почему-то добавил: – А хотя, может, и остановимся. Хороший остров, почему бы и не остановиться.