Магистр и странница

Глава XVII. Хелени Эсгерланд. Эштолль. Империя

Его императорское величество Рагенат Эсгерланд мрачно смотрел на свою императрицу. Та рисовала что-то на оконном стекле огромным бриллиантом, который раньше был частью парадной тиары. Как только выцарапала его оттуда? Добыча её порадовала. Он даже не решился его отнять, а просто приказал заменить. Теперь все стёкла в её покоях были исцарапаны. Что бы он ни делал с её покоями, она во всё умела привнести нотку безумия.

— Хелени!

Казалось, она что-то рисовала, но в её каракулях не было смысла. Золотистые спиральки кудряшек, обрамляющие изящную длинную шею, подрагивали.

Рагенату до смерти хотелось свернуть эту тоненькую шейку, и больше никогда не видеть её улыбки. Солнечной, лучезарной улыбки, как говорили, рассыпаясь ей в комплиментах, придворные. Безумной, как шептались они же в коридорах дворца, когда думали, что он их не слышит.

Она, конечно, не была в полном смысле этого слова безумной. И даже могла бы быть красивой, если бы не эта, не сходящая с её лица улыбка. Если бы не взгляд куда-то в пустоту, делающий её похожей на куклу.

Она и была куклой. Высокой, красивой, сломанной куклой. Даже кривоватые ноги её почему-то не портили. Тонкий нос с небольшой горбинкой. Широкий рот. Ярко-голубые глаза, спиральки кудряшек цвета тёмного золота. До костлявости худое, но с пышной грудью и бёдрами тело. И демонова улыбка. Когда он трахал её, представляя под собой какую-нибудь из породистых дворцовых шлюх, он делал это в полной темноте, чтобы, не дай боги, не увидеть этой улыбки!

Богам, впрочем, не было до него дела, и императрица никак не хотела понести. Но Рагенату не на кого было её заменить. В отличие от него, она была императорского рода, ему нужен был от неё наследник. Тот, кто восстановит линию крови. Он не знал, кто был его отцом, — мать так и не призналась ему. Сказала только, что её супруг был бесплоден. Рагенат был уверен, что император знал. Как мог он не знать? Ему просто удобно было делать вид, что он его сын.

Знал, конечно, и императорский лекарь. Тот был связан клятвой, заверенной печатью магии. Хоть что-то. Но что было делать с вассалами? Их верность принадлежала Эсгерландам.

— Аай! — бриллиант упал и Хелени полезла под кровать, вскоре она выбралась, чихая от пыли. Рагенат разозлился. Горничные, что пренебрежительно относились к ней, оскорбляли и его. Он прикажет их знаменить. А вот вопрос с вассалами не решался так просто.

Все представители родов, – и новых, и старых, повторили клятвы во время его коронации и оставили кто каплю своей крови, кто печать своей магии. И Рагенат заверил их клятвы кровью. Не своей, — он запасся кровью императрицы. Всё прошло удачно, но он понимал, что бесконечно везти ему не могло. Стоит кому-то из них прознать, что на троне самозванец, его власть рухнет.

— Император, простите, вот, — второй советник приблизился, поклонился и подал ему тарелочку с пирожным.

— Пора бы уже запомнить, иди, — Рагенат забрал пирожное. Приборы были не нужны: императрица ела руками.

Рагенат посещал её спальню каждую неделю, вот уже на протяжении трёх лет. Он даже начался сомневаться, не в нём ли проблема. Он готов был подложить её под кого-нибудь другого, лишь бы был наследник. Но сначала решил убедиться и осчастливил своим вниманием какую-то влюблённую дурочку, сиротку из не особо знатных. Эрилия? Нет, кажется, Эрнэлия сразу понесла, его лекарь подтвердил. Он убедился, что та избавилась от плода, и продолжил посещать императрицу. Сегодня был её день.

Рагенат подошёл ближе и позвал снова:

– Хелени!

Она обернулась.

— Смотри, что я принёс тебе, — он показал ей пирожное с ванильным кремом и золотыми ягодами.

– Рагенат, ты принёс мне сладости! Дай! – она протянула руку.

– Нет, Хелени, ты ведь знаешь, что нужно сделать.

– Но я не хочу, отдай!

– Нет, не упрямься, – он отступил к кровати.

– Ну хорошо, а потом ты отдашь?

– Конечно, разве я тебя когда-нибудь обманывал?

– Нет, – она помотала головой, и золотистые спиральки задрожали.

– Так ты идёшь?

– Да.