Магистр и странница

Глава XXV. Магистр

Магистр вернулся в Башню Теней и отослал эсфу до утра. Он улёгся на кровать и смотрел на спящую девушку. Страсть к ней в его планы не входила. Не ему она была предназначена, он должен был обезопасить её, этим следовало заняться, а не представлять себе, как разденет её и будет любить. Это мешало.

Да и сам он не был таким, каким она его, очевидно, себе представляла. Наверное, она ждала, что он станет за ней ухаживать. Но романтика и нежности были ему чужды, да и какие ухаживания ей вообще могли бы понравиться? Обычно с женщинами всё было просто: драгоценности, цветы, ужин при свечах с видом на море, страстные объятия. Женщинам это нравилось. А что было делать с ней? Вряд ли её порадуют украшения или букет. Разве что, подарить ей какой-нибудь редкий цветок в горшке. Страстные объятия её, похоже, только напугают. Ужин на море мог подойти, море ей нравилось. Может, даже не ужин, а купание. Но куда это всё вело? К поцелуям на пляже, которые будут сводить его с ума? И что, если сведут? А она была такой доверчивой и беззащитной.

Возможно, именно поэтому он чувствовал желание её защищать. Тогда в замке Шелл, он впервые ощутил это странное чувство. Оскорблённая тем, как обошлась с ней леди, она сама не понимала, что творит. И если кто и нуждался тогда в защите, так это он и её мачеха, — уж в том, что касалось вопроса насильственного отделения души от тела, магистр разбирался. Пусть он и не понял, что именно она сделала, но то, что эта его жизнь могла закончиться в тот самый миг в той самой комнате, он ощутил неприятным холодком, пощекотавшим хребет. Какая ирония, его чуть было не убила хрупкая девочка. Потому что её судьбой распорядились без неё. Он чувствовал её негодование и боль и пообещал себе, что сделает всё, что в его силах, чтобы никто и никогда её больше не обидел. Почему вдруг незнакомая девушка стала ему так дорога? Насмешка богов, не иначе.

Он бы даже согласился оставить её в том замке, но Амер Хант был уверен, что под защитой Ордена ей будет безопаснее. Какая ей разница, где растить цветы и сидеть в библиотеке? В Ахатикайе даже удобнее, — снега нет, а библиотеки такой, какой обладал Орден, не найти больше нигде в Хаддегарде. Научится заодно чему-то полезному. Он ограничил программу её занятий так, чтобы она не слишком уставала, и приставил к ней лучших наставников.

А боги продолжали насмехаться над ним, будто мало им было того, что он опасался расстроить её грубым словом или ещё как-то обидеть. Ему пришлось провести ночь, обнимая и согревая её. Хрупкая и миниатюрная, почти ребёнок, кто бы мог подумать, что она могла его привлечь как женщина? И всё же, его просто затопило волной сумасшедшего желания, стоило ей оказаться в его объятиях. Он не был ни беспринципным варваром, ни совратителем маленьких девочек, но когда эта ледышка, отогревшись, решила вдруг его спровоцировать и стала выяснять, считает ли он её красивой, он едва удержался от исчерпывающей демонстрации того, что он на эту тему думает. А эта коварная дочь демона соблазна, добившись от него подтверждения своей привлекательности, довольная и согревшаяся, уснула. Ещё бы она не согрелась, – у него, разве что, дым из ушей не шёл.

Уснуть он уже не мог и считал минуты до наступления рассвета, убеждая себя, что это временное помрачение рассудка, а он просто сошёл с ума, и что она даже не была человеком, а потому никак не могла быть его парой.

Как только первые лучи солнца рассеяли холодный ночной туман, он искупался в ледяном ручье неподалёку и приказал Джею отправляться. Если ночью у него ещё была надежда, что с наступлением утра это наваждение развеется, то час за часом она таяла, как лёд под лучами летнего солнца.

Предложение Элайи провести ночь вместе, поставило на могильном холмике его надежды основательный крест: ему не нужны были другие женщины. Хотя на какую-то долю секунды ему даже захотелось согласиться. Но Элайя не была глупой, она бы поняла, что он обнимал не её. Он не хотел её оскорблять, и она ему была не нужна. Ему нужна была эта девочка, Хельвиг. За что боги так подшутили над ним? Он служил им верно. Понимали ли они, что он больше не их магистр, а её? Должны были понимать. Они же боги.

Хельвиг проснулась, магистр приказал принести ужин. Она уже не выглядела такой бледной и поела немного.

– Скажи, моя фея, не желаешь ли ты погулять в парке? Ночью там красиво светятся фонтаны. Или, хочешь, я отвезу тебя на море?

– Хочу!

– Тогда надевай брюки и сандалии.

Магистр подозвал свистом кшатрия и отдал тому приказ. Переодеваться скромница ушла в гардеробную. Но быстро вернулась и уже завязывала ремешки вокруг щиколоток, когда снизу донёсся цокот копыт.

– Идём, – позвал её Амер Хант.

Внизу ждал кшатрий, державший Вайю. Седла не было. Амер Хант закинул Хельвиг на коня, уселся позади неё, прижал её к себе и тронул коня шагом. Они добрались до ворот, кшатрии подняли решётку.

– Не бойся, я держу тебя крепко, – магистр пустил коня в галоп. Они не поехали в Т’Хаш-Садживан, вместо этого он свернул на тракт, который шёл вдоль побережья. Через некоторое время они съехали на дорогу поуже, что спускалась к берегу, и вскоре оказались перед воротами. Их уже бежал открывать слуга, магистр направил коня дальше по аллее, и ещё минут через пять сквозь кроны деревьев показался небольшой дворец. Подошёл ещё один слуга, Амер Хант спешился, спустил на землю Хельвиг. Конь тихонько ткнул её носом в шею и фыркнул. Хельвиг рассмеялась и погладила бархатный нос.