Магистр Ордена

Пробуждение

Проснулась Лена от дикого холода. Костер давно прогорел, а ночи здесь, оказывается, были на редкость холодные. Даже зубы стучали друг о друга. Девушка явно не выспалась, но в такой ситуации нечего было и думать засыпать снова. Лена нехотя поднялась и размялась. Было ранее утро, светило солнышко, которое еще не успело прогреть воздух, пели птички, и… И сидел связанный Аранель, или как его там. Жаль. У девушки была робкая надежда, что все это ей привиделось. Или что ученые за ночь сумеют ее вернуть обратно. Или пошлют кого-то спасти ее. Или бог его знает что еще, но только чтобы вернуться домой. Чтобы не мерзнуть здесь в лесу вместе с эти негодяем. Чтобы кто-то обнял и пожалел! Но ничего этого не было. Она одна, совсем одна. В этом новом для себя мире, в котором нужно как-то научиться выживать. Чтобы ее не кушали звери, и не жгли пятки. И только от нее зависит, удастся ли этого добиться. Никто не придет и никто не поможет. Лена ощутила это с ужасающей ясностью. Отныне она и только она отвечает за свою жизнь. Вчера она уже отняла жизнь у человека, и, возможно, ей придется сделать это снова. Может, даже не один раз. Этот мир суров. И она научится в нем выживать! Лена дала себе слово.

– Чужая! – Пленник говорил без злобы, даже немного заискивающе. – Чужая, развязать меня! Руки болеть, ноги болеть, все болеть! Холод! Аранель холод! Аранель хоть! Аранель ходить – Аранель – тепло!

– Здравствуй. Сочувствую. Но развязать не могу. Зато костер развести могу, я тоже замерзла. Слушай, скажи, как этой штукой пользоваться? – Лена вертела в руках посох. – Я вчера пробовала, но так и не смогла разобраться.

– Не мочь! Чужая не мочь! Аранель мочь! Аранель делать!

– Нет! – Лена ответила твердо. Она хорошо помнила, как сострадание вчера чуть не стоило ей жизни. – Расскажи как, я сама сделаю.

– Учиться! Долго-долго учиться! Ребенок учиться! Аранель ребенок учиться – Аранель мочь!

– Ясно, с детства, значит. Тогда ничего не поделаешь, будем мерзнуть. Знаешь, я хотела сказать…

– Ронго!

– А?

– Чужая убить Ронго, Ронго иметь огонь, чужая ходить к Ронго, брать огонь!

– Да? – Девушка немного пошарила по карманам, собирая награбленное вчера. – И что из этого поможет развести огонь?

– Камень! Два камень! Камень бить камень!

– А, поняла! Да, у нас было что-то подобное, мы вам тоже не дикари какие-нибудь. Зажигалка, своего рода. Так, посмотрим, – девушка принялась высекать искры.

– Нет! Нет так! Нет гореть! Дать гореть, тогда бить!

– Я тебе не дурочка какая-то! Сейчас разожжем. Нам нужно что-то, что легко воспламеняется, сухая кора отлично подойдет.

Пара минут у Лены ушло на то, чтобы освоить эту новую для себя технологию, но зато потом все отлично получилось. Жизнь-то налаживается! Да, с такой зажигалкой в кармане она чувствует себя куда как уверенней! Девушка быстро развела костер, и принялась греться. Даже дрова собирать не пришлось, они остались с прошлой ночи. А уж как Аранель-то был рад огню! В его положении было весьма трудно согреться, но Лена пододвинула к нему огонь так близко, как только могла. Даже к ладоням поднесла одну головешку. Но, вообще говоря, он был проблемой. Что с ним делать? Убить? Нет, Лена так сделать не могла! Оставить здесь связанным? Это то же самое, что убить, только еще более жестоко. Отпустить? Это означало убить себя. Наверняка этот негодяй придет сюда с подмогой так быстро, как только сможет. Так что тогда делать? Впрочем… был один вариант.

– Аранель, я сейчас ухожу, – довольное лицо греющегося у огня пленника мгновенно исчезло, уступив место ужасу. Это хорошо, это может быть на руку. – Если будешь хорошо себя вести – я возьму тебя с тобой.

– Аранель будет! Аранель хорошо!

– Я возьму тебя не просто так. Мне нужны ответы.

– Аранель… говорить. Что хотеть знать ты?

– Сейчас ничего. Сейчас мы уходим. Я хочу уйти отсюда как можно скорее. Но на первом же привале… нет, как тебе объяснить… на первой же остановке мне будут нужны ответы. Если будешь медленно идти – я тебя убью, если попытаешься напасть – я тебя убью, если откажешься отвечать – я тебя убью. Тебе все понятно?

– Аранель понимать. Аранель идти. Аранель быстро идти. Аранель отвечать.

– Прекрасно. Посиди тут минуту, я соберу вещи и потушу костер. И сразу выдвигаемся.

Лена непременно ждала какой-нибудь подлянки, но ее пока не случилось. Пленник шел, не пытался замедлить продвижение, не пытался убежать, не пытался, напротив, сократить дистанцию. Послушно нес вещи, которые ему вручили, и вообще был душкой. Лена, вообще говоря, не была уверена, что она станет делать, если Аранель начнет создавать проблемы. Если нападет, то она будет защищаться! Но вот если он замедлит ход, что тогда? Сложный выбор. Пока спасало то, что ее считают безжалостным убийцей, как очевидно и принято в этом мире. Но она не такая. Совсем не такая! Эх, знал бы этот несчастный, что сейчас на душе у девушки – и шага с места не сделал бы. Нужно и дальше держать его в неведении. А ведь их ищут, наверняка ищут! Хорошо хоть в последний момент Лена додумалась спрятать лодку. Первоначальный план был в том, чтобы втащить ее на берег, отволочь подальше, а потом как-то заровнять борозду. Но тут даже по самым скромным прикидкам была очевидна громоздкость и нелепость этого плана. Но зато появился новый. Она просто столкнула лодку в воду, и руками заровняла место, где она швартовалась. Найти, пожалуй, можно было бы, но это надо искать! Непременно найдут, но не сразу. Что же до места ночной стоянки, то тут Лена даже не пыталась как-то прибраться. Уничтожить такое количество следов попросту невозможно, а значит не было резона и начинать. В общем выходило, что у нее должна быть неплохая фора, пока преследователи найдут, куда она отправилась дальше, если вообще найдут. И это отлично подходило на роль первого вопроса.