Магистр стихий - Пенелопа

Глава 9

Приёмный отец двинулся вперёд, и Пенелопа поспешила следом. Они проходили мимо пёстрых лавок, ломящихся от диковинных плодов. Сначала потянулись продуктовые развалы: чего тут только не было! Огромный арбуз, переливающийся всеми цветами радуги, яблоко цвета безоблачного неба, огурец, налившийся розовым румянцем, картофель, будто выкрашенный кистью багряного художника… И целые горы невиданных, экзотических фруктов.

– Какие… прикольные фрукты и овощи! – Пенелопа старалась говорить весело, боясь невольно обидеть приёмного отца.

– Да, они отличаются от тех, что растут в мире людей. Но вкус… вкус у них в миллионы раз лучше! – В глазах Седрика мелькнул озорной огонёк. – Пойдём, купим кое-чего, ты просто обязана это попробовать!

Он взял её за запястье и повёл к одной из лавок с вывеской, гласящей: «Фрукты и овощи от Гильсберта».

"Как вообще ЭТО едят? Такие яркие, такие странные…" – пронеслось в голове у Пенелопы.

Переступив порог лавки, она сразу ощутила дивный аромат – одновременно свежий и бодрящий, словно горный воздух, и при этом упоительно сладкий. Седрик направился к зеленоволосому продавцу и обменялся с ним рукопожатием.

– Седрик Винсон! Рад тебя снова видеть! Давненько ты ко мне не заглядывал! Слышал, ты наведывался в мир людей?

Пенелопа заметила, что отцу не слишком-то и приятна эта беседа. Нужно было как-то вмешаться, найти предлог, чтобы поскорее уйти.

Когда она подошла ближе, продавец осекся и с изумлением посмотрел на неё.

– А это…

Не дав ему договорить, Пенелопа включила режим капризного ребёнка:

– Па-а-ап, купи мне фрукты! Ну идём же скорее! Я голодная!

Седрик слегка опешил, но Пенелопа успела ему подмигнуть, и он тут же подыграл:

– Прости, Гильс, моя дочь проголодалась, не могу же я оставить её голодной, у меня душа болит, когда я вижу голодного ребёнка, – он театрально схватился за сердце, и Пенелопа едва не прыснула со смеху. – Потом поговорим! – И, подхватив Пенелопу за руку, он поспешил к полке с радужными арбузами.

Продавец стоял, как громом поражённый, и растерянно чесал в затылке, пока к нему не подошёл другой покупатель.

Пенелопа тихонько хихикала, а отец хмыкнул.

– Ну вот, теперь ты всегда будешь меня спасать от него, – он покосился в сторону Гильсберта, который что-то оживлённо рассказывал, размахивая руками, какому-то мужчине. – Теперь он всем растрезвонит, что у бессердечного Седрика Винсона появилась дочь.

– Бессердечного? – Пенелопа удивлённо уставилась на него.

– Неважно. Что ты хочешь из этого? – Он махнул рукой в сторону фруктов.

– А… а это точно съедобно? – робко спросила она.

Седрик взял в руки гранат, отливающий всеми оттенками зелени.

– Конечно, съедобно! – Седрик усмехнулся. – Если бы я предлагал тебе несъедобное, то я был бы плохим приёмным отцом, не так ли? А я обещал… Просто доверься мне. Эти фрукты, как я и говорил, в миллион раз вкуснее тех, что ты ела в своём мире. И гораздо полезнее, в отличие от той химии, которой пичкают продукты у вас.

Он разломил гранат пополам, и Пенелопа увидела, что зёрна внутри переливаются всеми оттенками изумруда. Запах был просто невероятным – смесь сладкой мяты и чего-то ещё, совершенно незнакомого. Седрик протянул ей половинку.

– Попробуй. Только не бойся, – подбодрил он.

– А можно… вот так взять и съесть? Разве не нужно сначала заплатить?

– Ха-а-а… Нет, не нужно, заплатим потом, он мне доверяет. – Он высыпал несколько зёрнышек на ладонь Пенелопе. Она взяла гранат и, слегка поколебавшись, отправила зёрна в рот. Вкус был просто взрывным! Сначала свежесть, потом сладость, а в конце – лёгкая кислинка, которая заставила её прикрыть глаза от удовольствия.

– Ну как? – спросил Седрик, с интересом наблюдая за её реакцией.

– Это… восхитительно! – выдохнула Пенелопа. – Я никогда ничего подобного не пробовала. Можно ещё?

Седрик рассмеялся и отдал ей свою половинку граната. Они ещё долго бродили по лавке, пробуя разные фрукты и овощи, каждый из которых удивлял её своим цветом, запахом и вкусом. Пенелопа чувствовала, как между ними тает лёд, как она всё больше привыкает к своему новому отцу и этому странному, но такому интересному миру.

Они направились к кассе, чтобы расплатиться с Гильсбертом, который всё ещё не пришёл в себя после произошедшего. Дрожащими руками он взял у Седрика несколько монет и ещё минут пять смотрел вслед уходящим с совершенно ошалевшим видом.

Они вышли из лавки с пакетами, полными диковинных плодов.

– А почему мы пошли именно к этому… – Пенелопа задумалась, как бы назвать такого человека, как Гильсберт. – …болтуну?

Отец рассмеялся.

– У него самый большой выбор.

Начало смеркаться. Они вышли из лавки с пакетами фруктов. Приёмный отец посмотрел на небо и вдруг помрачнел.

– Сегодня уже не успеем купить тебе одежду, придётся прийти сюда завтра, – потом он улыбнулся, и Пенелопа отметила про себя, что он человек, у которого моментально меняется настроение. – Ну что, пойдём домой?