Магия городских теней: код Феникса

Городские сны и тени

Решение пришло с рассветом, пробивающимся сквозь закопченное стекло окна её комнаты в общежитии. Город за стенами Академии просыпался, наполняясь гулом трамваев и далекими криками рыбаков с набережной. Именно туда, в этот спящий до поры гигант из камня и стали, ей нужно было вернуться. Не в Академию, не в её проклятые подвалы, а туда, где всё началось. Где стоял семейный магазинчик Штихелей. Где тени были гуще, а секреты хранились за фасадами обыденности.
Она оставила Дуану короткую записку, ничего не объясняющую: «Ушла в город. Нужно проверить кое-что по старому делу. Вернусь к вечеру». Любая попытка объяснить всё, что она узнала о Деркеле и драконе, вызвала бы миллион вопросов и, возможно, помешала бы. Она должна была двигаться в одиночку, быстро и тихо.
Покинув ворота Академии, Серафина вдохнула полной грудью. Воздух здесь был другим — не очищенным магией, а густым, насыщенным запахом угольной гари с фабрик на востоке, соленого бриза с моря и сладковатого дыма от уличных жаровен с каштанами. Город жил своей жизнью, не оглядываясь на магический холм.
Её первым пунктом была не мастерская. Слишком очевидно. Вместо этого она направилась в старый район, где когда-то находилась фабрика «Красный Октябрь». Тот самый след, который они с Дуаном нашли в самом начале. Тот, что вел в никуда.
Район встретил её оглушительной тишиной, неестественной для города. Гигантские кирпичные корпуса фабрики стояли как вымершие скелеты, с выбитыми окнами, похожими на пустые глазницы. Ветер гулял по пустынным цехам, завывая в разбитых трубах. Воздух пах ржавчиной, пылью и чем-то кислым, словно здесь до сих пор витал призрак испорченной краски.
Серафина шла по мостовой, заваленной обломками кирпича, чувствуя себя мелкой и уязвимой. Она искала… что? Любую подсказку. Любой намёк. Любую зацепку, которую они могли упустить.
И она её нашла. Вернее, её нашла она.
За одним из корпусов, в глухом переулке, притулилось невзрачное одноэтажное здание, похожее на бывшую проходную. Дверь была заколочена, но одно из окон на уровне земли, ведущее, вероятно, в подвал, было выбито. И оттуда, из черной дыры, тянется слабый, едва уловимый аромат. Не ржавчины и не пыли. А старого, дорогого парфюма. Того самого, которым пах окровавленный резец. Которым любил пользоваться её дед.
Сердце её заколотилось. Она оглянулась — вокруг ни души. Присев на корточки, она заглянула внутрь. Темнота и запах старого дерева. Доставая из кармана маленькую деревянную сферу, она сжала её в руке, вкладывая в неё крошечную искру своей силы. Сфера мягко засветилась ровным золотистым светом, словно светлячок. Фонарик Штихелей. Его даже на начальных уроках мана-манипуляции проходят. Сказка, которую родители любят рассказывать своим детям в этой семье, оказалась вовсе не сказкой, а одной забытой магией.
Бросив светящийся шар в подвал, она дождалась, пока он не отскочил от чего-то мягкого, и прыгнула следом внутрь.