Магия коммунальной кухни

Дракон в вентиляции

Утро в коммуналке дома №7 в Болотинске началось с чихания. Не Ваниного — тот только сопел над своим кубиком-порталом, — а вентиляционной шахты, которая кашляла, как старый трамвай №13 после рейса. Из решётки воняло горелыми пирожками, а дом шептал трубами: «Роза, шо за бардак? Зови мастера, или магией зальёт!»

— Шоб вас всех! — рявкнула Роза Эдуардовна, отложив метлу с вышитыми рунами. — Ваня, опять твой кубик?

Ваня, краснея, спрятал портал за спину, будто это спасло бы от Розиного взгляда, острого, как сковородка перед картошкой:

— Я просто… лампочку менял!

Мацуо, развалившись на подоконнике и сверкнув зелеными глазищами, фыркнул:

— Лампочку? Это как танцевать с саблей на Трёхболотном торге — выглядит героически, а в итоге все в капусте.

Тут вентиляция чихнула так, что котёл подпрыгнул, а сковородка выдала ремикс «Мурки». Из шахты высунулась морда — мелкая, чешуйчатая, с усами, как у гусара из прошлого приключения, и гонором, достойным торговки с Трёхболотного торга.

— Борщ мне, жертву давай! — рявкнул дракончик, чихнув искрой, от которой занавески задымились. — Я Боря, хранитель чайника! Не накормите — Болотинск в пепел!

Роза ткнула метлой в шахту: — Жертву? Щас метлой по чешуе прилетит, Наполеон крылатый!

Мацуо прищурился, лениво облизывая лапу: — Хранитель чайника? Это как хранить лужу в Болотинске — все равно утонешь, а пафоса на три торга.

Ваня, бледный, пробормотал: — Роза Эдуардовна, кубик… он тёплый. И мигает.

Кубик-портал в его руках заискрил, а холодильник в углу кухни кашлянул и выплюнул картошку в кольчуге. Картошка завопила: «Где мой шлем, викинги ждут!»

Роза схватила метлу покрепче: — Всё, кот, Ваня, за мной. На Трёхболотный торг, к тёте Любе. Этот дракон шоб в борще утоп!

Трёхболотный торг гудел, как заколдованный улей. Фонари мигали рунами, булыжники шептались о Призраке Старого Водопровода, а капуста с TikTok снимала сторис: «Как я пережила дракона и набрала миллиард лайков!» Торговки орали: «Проклятья — три по цене двух! Зелья с кэшбэком за душу!» Тётя Люба, у прилавка с заколдованными огурцами, заметила Розу и ахнула:

— Роза? Опять котёл психанул? Или так? За мухоморами?

— Не котёл, а дракон, — буркнула Роза, ткнув метлой в воздух. — Мелкий, чешуйчатый, чихает, как трамвай перед пенсией.

Мацуо вышагивал с видом кота, который знает, где спрятаны все секреты Болотинска: — Дракон? Это как сковородка, которая думает, что она люстра, — искры пускает, а светить не умеет.

Ваня, теребя кубик, пробормотал: — Он сказал, что хранитель чайника. Может, это тот, что в подвале?

Тётя Люба поправила платок с рунным узором: — Чайник? Ой, Роза, это не просто посуда. В подвале дома №7 спрятан артефакт — Чайник Вечного Пламени. Если дракон его хранитель, то вы влипли, как муха в зелье.

Роза прищурилась: — Подвал? Шоб я туда полезла! Ваня, это твой кубик его притащил?

Ваня покраснел: — Я… случайно. Думал, обновление для кубика скачал.

Мацуо фыркнул, глядя на Ваню, как на испорченный пельмень: — Обновление? Это как заказать тунца, а получить капусту с лайками. Полный провал, Ваня.

Боря, высунувшись из сумки Розы (куда его засунули после очередного чиха), рявкнул:

— Жертву давай! Или я ваш торг спалю, как спичку!

Тётя Люба хмыкнула, протягивая огурец: — На, чешуйчатый, закусывай. И не ори, тут не Привоз, а Трёхболотный торг — у нас всё по-культурному.

Кубик в руках Вани заискрил, и прямо у ларька с ромашковым ромом открылся портал. Из него вывалился викинг с топором, вопя: «Где мой драккар? И почему нет Wi-Fi?»

Роза Эдуардовна закатила глаза: — Всё, кот, Ваня, дракон — в подвал. Тётя Люба, гони чайник, или Болотинск утонет в викингах!

Подвал дома №7 встретил их сыростью и шепотом. Трубы гудели, как хор призраков, а крысы — жирные, с глазами, как у Мацуо, — выстроились в ряд и потребовали сыр.

— Сыр? — рявкнула Роза Эдуардовна. — Шоб вы в кипятке сварились! Где чайник?

Главная крыса, с серьгой в ухе и голосом, как у торговки с торга, хмыкнула:

— Чайник за углом, но без сыра — ни шагу. Мы тут не ЖЭК, бесплатно не работаем.

Мацуо, обойдя крысу, фыркнул:

— Сыр? Это как требовать лайки за сторис с капустой — наглость, а толку ноль.

Боря чихнул, и стена подвала заискрила, открывая портал. За ним виднелся мир драконов — огненные горы, летающие чайники и драконы размером с трамвай. Боря завопил:

— Домой хочу! Но без чайника не уйду!

Ваня, теребя кубик, пробормотал: — Роза Эдуардовна, я могу… код написать. Закрыть портал.

Роза ткнула метлой в его сторону: — Код? Щас метлой закрою, шоб не трындел!

Крысы расхохотались, а Мацуо, глядя на портал, заметил: — Мир драконов? Это как Трёхболотный торг в базарный день — все орут, а купить нечего.

Тётя Люба, спустившаяся следом с корзиной огурцов, кинула крысам сыр:

— На, жрите, бандиты. Роза, чайник за той трубой. Но он проклят, шоб ты знала.

Роза, сжимая метлу, шагнула к ржавой трубе. Там стоял чайник — медный, с рунами, пыхтящий паром, как котёл перед взрывом. Боря, высунувшись из сумки, чихнул, и чайник засиял, открывая ещё один портал. Из него вылетела стая мелких дракончиков, вопя: «Боря, шо ты натворил?»

— Да шоб вас всех! — рявкнула Роза. — Ваня, кубик! Кот, не трынди! Люба, гони карты Таро!

Кухня дома №7 превратилась в штаб. Котёл пыхтел, сковородка напевала шансон, а Зинаида, бабка-некромантка с пятого этажа и йтишники — Катя, Лёха и Дима — проводили срочное совещание.

— Роза Эдуардовна, — начала Катя, сверкая смартфоном, — мы чайник в облако закинем!

— Шоб вы в ЖЭКе застряли! — рявкнула Роза. — Это артефакт, какое облако!

Мацуо, развалившийся на столе, хмыкнул: — Облако? Это как сунуть сковородку в туман — вроде красиво, а толк, как от лайков капусты.

Пришел Игорь, алхимик с первого этажа, с бутылкой пивного зелья: