Магия Огненных Струн

Глава 18. Возвращение

Прошло несколько минут, прежде чем Виктор убрал в карман пальто голубой камень в форме слезы. О чём мужчина думал в тот момент мне не известно, но его мысли явно были далеко. Краем глаза я заметил, как в густой траве что-то блеснуло. Кинжал. Тот самый клинок, который попал в сердце Саднесс (символично, что Виктор дал ей имя, означающее «печаль») и, по странным обстоятельствам, не исчез. Виктор поднял оружие и задумчиво его осмотрел. Я привык, что Виктор всегда улыбается, даже во время боёв, но в тот момент не было и тени улыбки. На его лице читалась непомерная боль.

— Почему он остался целым?

Виктор пожал плечами.

— Я не могу знать всего, Алан, — его голос в тот момент был лишён каких-либо эмоций, будто бы он потерял самую дорогую на свете вещь. И сейчас я говорю не о кинжале. Почему уход души той девушки так повлиял на него? В тот момент я не понимал этого, осознание пришло лишь со временем.

Мужчина молчал какое-то время, а затем передал мне клинок и продолжил уже своим обычным голосом.

— Тебе лучше это знать. Всё-таки это твоя магия.

Я взял кинжал. Он засветился серебристым свечением на пару секунд и погас.

— Когда ты проткнул им сердце девушки, её магия соединялась с магией клинка. Две силы смешались в одну, заставив кинжал принять физическую форму, — заключил я. В голове сразу проскочила мысль: «Похожее было со мной и Лекси в Архвате. Единая магия! Невозможно!» Но в последнее время, всё, что я раньше считал невозможным имеет право на существование.

— Да уж. Это я могу: разбивать девичьи сердца.

Виктор подмигнул и улыбнулся. Когда луч солнца осветил его лицо, мне на одно мгновение показалось, что огромный шрам исчез, показывая первоначальную красоту мужчины. Только лишь на миг. По какой причине остался этот след? Неужели в прошлом он разбил какой-то девушке сердце? Она отомстила вот таким образом: оставив шрам, который невозможно исцелить. Как напоминание о причинной боли. Интересно, мешает ли Виктору такое увечье? Но зная его, он наверняка смерился с этим. Сильно сомневаюсь, что это мешает ему жить. Жалеет ли он о том, что тогда произошло? Возможно, однажды, Виктор поведает мне это историю.

Обратный путь мы проделали молча. Каждый из нас, был погружен в свои мысли. Несмотря на огромные траты магии, я чувствовал себя вполне сносно. По моим жилам так и текла энергия. В тот момент мне казалось, что способен на ещё один подобный бой, а может быть даже на два, а может, я просто излишне самоуверен. В отличие от меня, Виктор явно выглядел не очень хорошо: под глазами залегли мешки, плечи осунулись, даже некогда лёгкая походка сейчас больше походила на движение бегемота. На руке зияло багровое пятно. Рана, полученная из-за меня. Она не кровоточила, видимо, не причиняло ему особой боли, но чувство вины не покидало меня. Я попытался извинится, но мужчина лишь отмахнулся. Мне казалось, если бы не возвращение к Лекси и Цере, он бы заснул прямо здесь.

Пока мы шли (казалось целую вечность), нам встречались духи. Они прямо светились счастьем. Их призрачные серые фигуры излучали ощутимое сияние. Я будто бы питался этим светом, восстанавливая потраченную на бой энергию. Моя сила росла с каждым радостным призраком. Как мёртвые вообще могут радоваться? Теперь я знаю как. Духи больше не были похожи на загнанных зверьков. Каждый из них нас благодарил и исчезал, растворяясь в призрачном тумане. Теперь их тут ничего не держало.

Мы переступили черту леса и подошли к нашей поляне как раз в тот момент, когда солнце склонялось к горизонту. Над вековыми соснами заалели её первые закатные лучи. И в подтверждении этого зажужжали и застрекотали ночные насекомые и птицы. После постепенного «восстановления» леса здесь и пахнуть стало соответствующе: свежестью и хвоей. Сейчас с каждым исчезновением духа исчезала и гнетущая атмосфера этого места.

Мы даже не успели увидеть Лекси, когда множество призраков и дух пожилого мужчины в доспехах подскочили к нам, активно жестикулируя, рассыпаясь в благодарностях. Их настолько сильно переполняли эмоции, что мне не получалось вставить даже слово. Я попытался остановить бесконечный поток благодарностей, но это оказалось безуспешным. Видимо, я выглядел нелепо, делая это, потому что Виктор, опустив шляпу на глаза, подавлял смех. Я не видел его лица, но мог поклясться, что, несмотря на усталость, под широкими полями шляпы прячется издевательская улыбка. Мне так и слышались эти сдержанные смешки. Виктор, есть Виктор. Я невольно рассмеялся вместе с ним. Сегодня нам действительно нужно выплеснуть эмоции.

Следующие действия духа пожилого мужчины заставили нас резко замолчать. Он поклонился, став на одно колено. За ним последовали и остальные души. Я опешил. Даже, будучи принцем передо мной не преклоняли колени. Мы с Виктором переглянулись.

— Мы не забудем Вашу помощь. Как бы Вы не отрицали свою природу, сила на вашей стороне и сегодня Вы это доказали. Вам придётся завершить свой путь. Хотите вы того или нет, — последние слова он адресовал Виктору. По лицу того пробежала тень. Мне не стоило знать всего, чтобы понять: на нём лежит тяжёлое бремя. Возможно, именно из-за этого Виктор и покинул Долину Клинков много лет назад.

— Если Вам понадобится моя помощь, только позовите. Духи этого леса теперь всегда на Вашей стороне, — пожилой дух протянул мне призрачную монету. В моей ладони монета превратилась в обычную бронзовую, с зазубринами и потёртостями от старости. На одной стороне изображение совы, на другой…ничего. Номинал отсутствовал, видимо стёрся со временем.