Магия Огненных Струн

Глава 19.  Неизбежное

Пожилая статная женщина не была похожа на призрака. Она стояла молча, слегка наклонив голову в знак приветствия, и уж точно не была прозрачной. Она больше походила на живого человека, только будто под пеленой густого тумана. Все цвета на женщине потускнели, начиная с кожи и заканчивая элементами одежды. Её платье с воротом под самое горло касалось земли, и имела то ли бордовый, то ли коричневый цвет. Подол платья украшала вышивка из серебряной нити. На поясе широкий пояс с пустыми кожаными ножнами. Рыжие волосы, собранные в пучок на затылке и в них поблёскивали редкие седые пряди. В уголках возможно некогда ярко-зелёных глаз залегли морщинки, как бывают у людей, которые часто улыбаются. Женщина держала руки перед собой в «замке». Для своих лет она являлась эталоном красоты. Она была так поразительно похожа на Лекси, только намного старше, что я уже подумал: не обманывают ли меня мои глаза. На эту мысль женщина улыбнулась.

Она была первым призраком подобного рода, и я не был уверен правильно ли её так называть. «Призрак» развернулся и поманил меня за собой. Душа женщины двигалась плавно, будто плывя на потоке воздуха, не на миг ни исчезая из моего поля зрения, как делало большинство духов, встреченные мной (хоть это было и один раз, но я успел заметить эту особенность ещё тогда).

По мере того, как женщина шла по территории усадьбы, разрушения стали преобразовываться на глазах. Расцвёл яблоневый сад, и в аккуратно стриженых деревьях закопошились пчёлы. Вот и бело-жёлтые улья ровными рядами стоят друг за другом (их тут около десятка). Среди ульев ходит мужчина. Он не был призраком, его черты смазаны, походка нечёткая будто бы он тут временное явление. Несколько построек выросли из плетей плюща. Около одной из них домашняя птица: куры и утки, петух захлопал крылья и закричал, но звуков, конечно же, не последовало. Вот появился и высокий забор с огромным количеством великолепных кустов только что начинающих цвести роз. Нет, по ту сторону «Зоны скитаний» (если это действительно была она) усадьба пребывала всё в том же виде.

Вот Виктор под покровом тумана заглядывает в двери того, что осталось от конюшни. Он ведь не видит как перед ним на «этой» стороне это здание вырастает в постройку из белого кирпича и возле неё пасётся силуэт тёмной лошади. А там прямо возле земляного холмика с жёлтыми цветами, склонив головы друг на друга, спим я и Лекси. Цера посапывала на моих ногах, слегка вздрагивает (не иначе отголоски сознания Лекси).

Странное чувство видеть себя со стороны. С собой у нас не было зеркал, и я как-то не задумывался, как стал выглядеть: моя кожа приобрела бронзовый оттенок, волосы отросли до самого подбородка и вились (никогда не думал, что мои волосы вьются), а ещё я явно набрал мышечную массу и сильно похудел, щёки впали и отросла щетина. Даже моя одежда, сшитая лучшими портными Алибура, не выдержала испытаний и значительно истрепалась в пути (в Алибуре конюхи и то выглядят лучше). Моё тело там, а значит… Только сейчас я задумался в каком состоянии нахожусь. Моя душа покинуло смертную оболочку, но не умерла. Я, так же как и та женщина потускнел, но одежда и кожа сохранили неяркий, но всё же цвет.

Женщина остановилась возле входа в главное здание: двухэтажный дом с красной черепицей, облицованный каким-то блестящим камнем. Насколько потрясающей была эта усадьба! Лекси, наверняка, проводила здесь чудесное детство. Как всё вокруг могло просто взять и исчезнуть? Какой же тут должен был быть жар, чтобы всё это сгорело? Причём только основное здание и постройки рядом с ним, будто бы кто-то специально выбирал что поджечь. Единственное, что уцелело – конюшня, но и то только потому, что находится в отдалении от большинства построек. Но даже от неё по прошествии нескольких лет, а также погодных условий не осталось былой красоты.

Над самым порогом, где стояла женщина, под крышей располагался удивительной красоты герб семьи: ярко-оранжевая птица с раскинувшимися крыльями, её длинный раздвоенный красный хвост с кисточками на конце делает полукруги, обвивая тем самым птицу. Каждое отдельно пёрышко переливалось всевозможными камнями оранжевых оттенков. Мне никогда раньше не доводилось видеть герб такой красоты из обычных камней. Мастер, создавший его, был гением! Несмотря на схематичное изображение птицы, я узнал её. Огненный феникс. Гордое могущественное существо, которое мог приручить очень сильный маг. Единственный способ заслужить доверие подобного животного − спасти ему жизнь. После этого уже ничего не способно разлучит мага и феникса. Иметь при себе такого «питомца» было великой честью. Когда-то огненные фениксы и их собратья − водные фениксы обитали повсеместно, но с завоеванием территории места обитания этих птиц сместилось. Теперь они живут исключительно в дикой среде далеко на юге.

Женщина печально посмотрела на герб, покачав головой, а затем поманила меня идти за ней, скрылась в доме. Моя душа двинулась вслед за ней. Я шёл в полнейшей темноте. Местные растения и живность явно были не довольны тем, что их побеспокоили духи, и не желали уступить призрачному туману преобразить это место хотя бы временно. Поэтому внутри дома царил хаос, будто специально написанная картина: часть прошлого убранства дома − часть дикой местности настоящего. Поэтому разглядеть чётко что-либо не представлялось возможности.

В темноте я прибывал недолго, даже не успел привыкнуть, как оказался в помещении, похожим на подвал. Подсвечник из трёх крупных свечей освещали это место. Кстати сказать, я уже много лет не видел настоящих свечей, обычно все пользуются световыми сферами[1]. В подвале находились пыльные полки с несколькими винными бочками. В углу стояли несколько таких же пустых бочек, покрытых паутиной, пылью и сажей. В каменном подвале прямо веяло могильным холодом, даже будучи душой, я ощущал этот холод. Женщина указала рукой в сторону одной из полок. За ней оказался большой каменный сундук, украшенный резьбой и символами феникса в разные этапы своей жизни: от рождения до смерти, и нового перерождения (удивительные птицы проживают за раз две жизни: когда одна птица умирает, на свет тут же появляется новая — бесконечный замкнутый круг). Моя попытка толкнуть тяжёлую крышку, не увенчалось успехом: мои руки просто прошли сквозь неё. Я совсем забыл, что в данный момент не обладаю физической силой.