Магия по законам Ньютона

Глава 6.

Я осталась одна – даже с каким-то облегчением, что этот мой маскарад хоть ненадолго приостановился. Весь следующий день мы с девочками старательно избегали друг друга в учебных коридорах, аудиториях и в столовой. Я чувствовала себя настолько одиноко и неуютно, что вечером неожиданно для себя расплакалась. Оказалось, что я уже привыкла к их беззаботному щебетанию. «Это даже к лучшему! Как раз хотела отдалиться! – сердито напомнила я себе, смахивая слезы, – И вообще. Тоже мне подруги! Вот мы со Светкой и Ульянкой уж точно не поссорились бы из-за сомнительных красавчиков!».

Примирение, впрочем, наступило быстрее, чем я ожидала. Уже через пару дней в столовой Лиана плюхнулась на скамью напротив меня, с грохотом опустив поднос на стол, и ее обычно спокойное лицо в тот момент выражало смесь раздражения и беспокойства. За ее спиной, словно тени, возникли Виктория и Миа. Они стояли молча, скрестив руки на груди, но в их позах и взглядах читалась не враждебность, а скорее неуверенность.

– Надоело ходить порознь, – заявила она, без обиняков, – И Миа реветь не перестает. Давай так: ты странная, мы – нетерпеливые. Пол-академии мечтают о таком внимании, а ты… в общем, неважно, что там думает академия... – перебила она сама себя, – Давай уже мириться!

Виктория за ее спиной коротко кивнула, выражая тем самым все свое отношение к нашему позавчерашнему конфликту, а Миа несмело улыбнулась. Да, я хотела отделиться от девочек из конспиративных соображений, и это было рационально и логично, но…

– Я тоже… – тут же сдалась я, – не хочу ссориться.

Мы не стали обсуждать события и последствия того дня, но неловкое молчание, периодически возникавшее между нами, и нарочито громкие разговоры о пустяках ясно показывали, что недопонимание никуда не делось. Через день, когда наступили выходные, Лиана, как ни в чем не бывало, ворвалась ко мне с объятиями и объявила, что в качестве «терапии от глупых ссор» мы все идем в город.

– Тетушка Гленда завезла новые алхимические составы для волос! Нельзя такое пропустить! Девчонки уже ждут нас внизу! – с воодушевлением щебетала она, пока я в спешке собираясь, металась по комнате.

Узкие, вымощенные булыжником улочки Сторхолда были полны жизни. Мы посидели в кафе и заглянули в лавку тетушки Гленды – настоящее царство странных ароматов, разномастных склянок и болтливой радушной хозяйки. Пока девочки с восторгом перебирали флаконы и безделушки, я вышла на крыльцо и, остановившись рядом у каменного вазона с радужными цветами, просто наблюдала за горожанами. Они казались такими... обычными.

Мимо меня прошла женщина с хныкающей маленькой девочкой в пестром переднике, и до меня долетел обрывок их разговора:

– Ну, ма-а-ам! Хочу тот шарик с рыбками! Ну, купи!

– Лисса, нет! Мы уже купили тебе шарик со светлячком!

Через дорогу в витрине какой-то лавки мужчина крепил светящуюся надпись «Два берешь – третий в подарок» над зонтами, которые были похожи то ли на гигантские цветы, то ли крылья бабочек.

Ремесленники, торговцы, матери с детьми… Они жили своей жизнью, не задумываясь об иных мирах и зомби-апокалипсисах. В этом была какая-то пронзительная нормальность, которой мне так не хватало. Со вздохом я вернулась в лавку и купила маленький хрустальный флакон духов с приятным свежим ароматом, чтобы хоть немного почувствовать себя частью этой обычной жизни.

***

Жизнь в Академии продолжалась своим чередом, и после публичного отказа Эдварду я словно превратилась в объект всеобщего наблюдения. Честно говоря, я, конечно, ожидала определенной реакции – все-таки Эдвард пользовался популярностью среди студентов, и скорее всего многие приняли, как и подруги, его приглашение за чистую монету. Но все же масштабы этого неприятия превзошли все мои ожидания.

Одни студенты разглядывали меня с нескрываемым любопытством, словно диковинное существо в зоопарке. Другие бросали осуждающие взгляды, будто я совершила непростительный грех. А третьи и вовсе смотрели с неприкрытой враждебностью, словно я лично их обидела.

«…это она…самому Вандербилту…», – слышала я за своей спиной свистящий шепот, проходя по коридору мимо девиц – даже не с нашего курса.

«…отказала! При всех! Эд был в шоке…», – долетало до меня в столовой от сидящих за соседним столиком студентов. И в этой атмосфере мне приходилось не только учиться, но и пытаться сохранить остатки самоуважения.

Как и раньше, главным зрителем и комментатором моего магического позора был сам Эдвард, который после того случая будто удвоил свои усилия.

– Смотрите, Тоун снова пытается поймать связь со вселенской энергией, – лениво бросал он, делая вид, что жонглирует огненными шарами, в то время как я по-прежнему не могла создать свой первый шар.

– Может, ты просто не в той позе стоишь? – поддакивал Дуглас, который, с тех пор, как Миа перестала за ним бегать, не упускал возможность посмеяться над кем-то из ее окружения, – Попробуй на одной ноге, вдруг поможет!

– А не пойти ли вам… освежить знания элементарного этикета, – шипела я, чувствуя, как горят уши.

– О, этикет! – Эд притворно восхищенно воскликнул и поднял брови, – Наконец-то ты нашла тему, в которой разбираешься. Продолжай в том же духе, может, когда-нибудь станешь гувернанткой.

Внешне я «держала лицо» и бодро отфыркивалась в ответ на его выпады, но внутренне я начинала отчаиваться. Все это время я, как одержимая, искала ответы в книгах, прекрасно понимая, что мои провалы не могут не привлекать внимание педагогического состава Академии. Однако мои вечерние бдения над учебниками в библиотеке не приносили результата, ведь в них описывалось «как», но не объяснялось «почему это вообще работает».