Магия превыше всего

Глава пятая

Ночь — самое волшебное время суток, столь завораживающее и между тем короткое. Она простирается от самого начала сумерек и вплоть до первых проблесков рассвета, полностью поглощая весь город. Огромный город. В котором кипит уже совсем иная жизнь — жизнь молодости и свободы, жизнь тысячи огней, жизнь загадок и тайн. Людская жизнь.

Но что же до магического мира? Сейчас столица совсем не похожа на себя прежнюю, если смотреть глазами среднестатистического мага. В воздухе чувствовалось некоторое напряжение в связи с последними событиями, оно мешало дышать и, пожалуй, самое главное — чувствовать себя в безопасности.

Магия всесильна. Маги — нет.

Эта вырезка из книги «Двенадцать Аспектов Верховного Колдовства» на сегодняшний день как никогда была актуальна. Искусные колдуны, сильные чародеи, опасные сыскники — они исчезали. Расстворялись, развеевались словно пыль. А потом находили их уже иссохшие трупы. Если вообще находили. И никто так и не смог выследить похитителя-убийцу ни одним из известных колдовских и неколдовских методов. Такое мгновенно вызвало общественный резонанс и неминуемый страх. За всё своё существование магического мира после смерти Праотцов магии не случалось ничего подобного. Не были известны даже критерии похищений. Да, пропадали и те, кто вел дело о загадочных исчезновениях, но до них были и другие. Это было, безусловно, ужасно… ужасно интересно.

Влацлав. Этот придурок, чёрт возьми, он знал, куда идёт, знал! И всё равно попался! Или дал себя поймать? Павел не понимал этого. Не понимал смысла плана Голицкого. Дать себя убить, так глупо, специально полезть на рожон, зачем? Этот черт не мог не догадываться о подобном исходе. Но тогда как? Как он мог угодить в такую предсказуемую ловушку?

Глава Отдела по Устранению Опасных Существ, в простонародье — ОпУОС, тяжело вздохнув, вновь заполнил свои лёгкие едким тяжелым дымом дорогих сигарет. Ждать оставалось недолго. Изгоняющие довольно быстро отреагировали на внезапный ночной вызов в рабочий выходной, теперь все ожидали прибытия внештатного «эксперта» из сыскного отдела. Никто из ОпУОСа не желал работать с этой личностью, но противопоставить что-то выбору главы не могли, поэтому, скрипя зубами, встречали демона. Самому Дильевичу он нужен был для выведывания дополнительной информации. У демона острый нюх и длинный язык и, если тебе есть чем с ним расплатиться, последний вполне возможно развязать.

— Доброго времени суток, господа, — ко входу в метро, того самого метро, перекрытого утром, у которого уже стояла небольшая компания из восьми магов в чёрных одеждах, направлялся мужчина. Нет. Демон. Он театрально снял шляпу, из-под которой торчали обрубки некогда массивных и острых рогов, тянувшихся от самого затылка, и кротко поклонился. Русые волосы слегка растрепались под головным убором и теперь небрежно спадали на плечи. Бежевый плащ покоился на левой руке его, чёрная рубашка на этот раз была застегнута. — И дамы, конечно, как я мог забыть!

Он попытался поцеловать руку женщине-изгоняющей, стоявшей перед ним, нагло схватив за запястье, но она резко вырвалась из его цепких рук и брезгливо отшатнулась от демона. Последний лишь нахально ухмыльнулся.

— Где твой надзиратель, демон? — сухо бросил Павел, смахивая сигаретный пепел с ворота чёрного пальто. — Без неё мы не начнем. Опаздывает?

— Люди, а как бы вы не старались ставить себя выше немагов и не пытались мериться искусством магии, вы — всё ещё обычные люди, — философски начал демон, от чего Дильевич закатил глаза и тяжело вздохнул. — Так вот, люди по сути своей очень медлительны. Я выбился вперёд, пока мы шли сюда.

— Твой надзиратель не способна прийти вовремя? Как отвратительно непрофессионально.

— Надзирательница, если уж на то пошло, — поправил демон, с усмешкой в глазах глядя на главу изгоняющих. — Понять не могу, чего ты добиваешься? Хочешь задеть меня, оскорбляя её, или что?

— Я ненавижу нерасторопность, — коротко отрезал Павел, поправляя рукой выбившуюся из идеального зачеса прядь светлых волос. — Кончай трепаться, Альсиэль. Я знаю, что ты такое и на что ты способен. Тебе не удастся заговорить меня своими отравленными фразочками.

— Отравленными фразочками… — задумчиво протянул Альсиэль. — Может, «ядовитыми фразами»? Отравленными, пф-ф, кто так вообще говорит? — столкнувшись с гневным взглядом главы ОпУОСа, демон лукаво ублыбнулся, осознавая, что наткнулся на правильной путь. — Да и к тому же… Если бы ты действительно не имел никаких опасений насчёт моего ораторского умения, ты бы не пытался так допытывать меня на предмет местонахождения моей смотрительницы, ведь она единственная из вас, кто по-настоящему способен противостоять силе моего слова. Но что мы имеем на деле, Паша? — мужчина в плотную подошёл к Дильевичу. — Мне кажется, или где-то там, — демон ткнул главе в грудь, — отражение твоей души бьётся в завистливой конвульсии от осознания своей неспособности и неумения в этом деле и от понимания того факта, что кто-то хоть в чём-то лучше тебя. Рефлексируешь, а, Паш? Комплексы развиваешь?

Не успел он полностью закончить свою мысль, как в правую щеку ему прилетел заслуженный тяжёлый кулак. Толпа позади пустила смешок.

Альсиэль пошатнулся и упал на землю, сплюнув небольшое количество крови. Большая часть его сил была хорошо запечатана, поэтому удар, усиленный тройным боевым проклятьем, заставил демона подкоситься в ногах.

— Знай свое место, нечисть, — мужчина одернул рукав пальто и аккуратно поправил свой артефакт — перстень. — И держи свой язык за зубами, иначе у некоторых появится желание его укоротить.

— Я бы откусил тебе голову, знаешь, — усмехнулся демон. — Или раздавил бы, как гнилую тыкву. Если б имел хоть одну шестую своей прошлой мощи. Твоё счастье…