Магнит для неприятностей

Глава 7

По-моему, я уже видела Ковалевского в таком виде в коридоре этой квартиры. Дежа вю какое-то.

- Привет, пап, какими судьбами? – сказала я, уже убирая оставленный за отцом бардак.

Надеюсь, он не додумался закусить котом, потому как Ромео свое местоположение до сих пор не выдал, и я серьезно начинала опасаться за его судьбу. Или мало ли папа решил, что это белочка, на несчастье кота, имевшего схожий с животным окрас, и решил расправиться с коварным спутником любителей спиртного.

- Милая, я тут мимо шел, и дай, думаю, загляну.

- Вот так вот шел, шел и незаметно прошел пару сотен километров?

Тут родитель заметил Ковалевского, не совсем въезжающего в суть происходящего, и решил сменить невыгодную для него тему:

- Может, познакомишь меня со своим кавалером?

- Может я лучше маме позвоню? – и уже обращаясь к Виталику добавила, - Ты проходи, не переживай – он не буйный.

При упоминании о маме, мой милейший отец поменялся в лице:

- Лисенок, может не надо мамы?

Здесь, думаю, нужно немного подробностей, чтобы рассказать, что же это за зверь такой Дмитрий Васильевич Воронцов, в народе известный как мой отец.

По своему мироощущению этот экземпляр является натурой творческой и крайне ранимой, ну и в поисках вдохновения частенько прибегает к помощи алкоголя. В защиту отца можно сказать, что картины, которые он пишет, весьма неплохи, однако это не дает оправдания его поведению.

И есть у нас традиция семейная. Пару - тройку раз в год, этот великий художник в порыве чувств ссорится с моей мамой, кстати, единственным человеком, которого он боится, и сбегает, куда бы вы думали? Правильно, в дом к единственной горячо любимой дочери, где напивается до беспамятства, после чего пристыженный, поджавши хвост, возвращается домой к маме. 

А теперь представьте мое удивление, когда, являясь студенткой первого курса, в один осенний вечер зашла домой и обнаружила на том же самом месте, что и сегодня своего папу в далеко не самом свежем состоянии.

Конечно, у родителей был запасной комплект ключей от квартиры, но встретиться с отцом в таком скором времени после отъезда, а тем более в таком состоянии я не ожидала. Сперва мы с мамой думали, что это разовая акция, но весной я вновь встретила папу при таких же обстоятельствах.

С тех пор это вошло в традицию. Я приезжала домой, наблюдала папу, звонила маме, сообщая, что ее пропажа нашлась, а на следующий день отправляла отоспавшегося родителя домой. И сейчас меня уже терзали сомнения, переедь я на другой край света, что однажды, вернувшись домой, я не обнаружу там старого доброго Дмитрия Васильевича, уничтожающего очередную бутылочку спиртного.

- Ладно, - сменила я гнев на милость, - чтобы через пятнадцать минут ты был бодр и помыт, а пока я приготовлю чай. – скомандовав это отцу, я, наконец, сняла обувь и направилась в направлении кухни, показав жестом Виталику, чтобы шел за мной.

Обернувшись, я заметила как отец, недовольно пробурчав себе что-то под нос, всё-таки поплелся в направлении ванной.

- Только ничему не удивляйся. – сказала я вошедшему на кухню Ковалевскому и рассказала историю о странной привычке отца со всеми вытекающими последствиями.

После того, как парень смог остановить смех, он сказал:

- Ничего другого я от тебя уже и не ожидал. Признайся честно, у тебя в жизни вообще бывают адекватные ситуации?

Я насупилась, чем еще больше развеселила парня. Он обнял меня за плечи и чмокнул в макушку:

- Ладно, не обижайся. Твой отец весьма хмммм веселый мужчина. – он не выдержал и снова усмехнулся, за что получил честно заработанный своим поведением пинок.

– Всё-всё, я молчу. – сказал Виталик и развел руки в примирительном жесте.

Для приличия я пару секунд постояла с крайне обиженным видом, а потом прыгнула в распахнутые объятия. Получив заслуженный поцелуй, я спросила:

- Останешься на чай?

- Пожалуй, я поеду домой. Чувствую, что после дороги мне уже жизненно необходимо отдохнуть. – а потом все таки не сдержался и добавил. – Тем более чувствую себя лишним в такой трогательный момент воссоединения семьи.

Вот же засранец!

Проводить парня незаметно для отца мне все-таки не удалось. Он вышел из душа как раз в тот момент, когда Ковалевский застегивал куртку. Вид папы был уже более похож на человеческий. Он подошел и пожал руку парню: 

- Дмитрий Васильевич. – представился мой донельзя галантный папа. – Отец Олеси.

От такого официоза мне стало смешно, однако Ковалевский не растерялся: 

- Виталий, ее молодой человек.

Значит даже так? Я улыбнулась и закатила глаза, однако на душе стало безумно тепло. А парень продолжил:

- Жаль, но, к сожалению, вынужден вас покинуть.