Магнолия в объятиях тумана 2

Глава 4.2 Страна любви и сладострастья

В Лехее особый отряд на огромной скорости двинулся к поезду до Перыни, отправка которого должна была состояться вот-вот. Через сутки, в наукограде, отряд также быстро пересел на экспресс, в котором провёл почти двое суток.

Уже на границе с герцогством Аванти погода резко изменилась. Обильные снега превратились в прогалины, а затем исчезли; осины, ясени и дубы с опавшей и пожухлой листвой сменились зелёными кронами маргозы, тика и шореи. Чем дальше на юг следовал экспресс, тем больше растений нависало над ним. Ветки цветущих белоснежными цветами кустарников порой бились об окна вагонов, в самих же вагонах стало влажно, душно и тепло. Вскоре студенты скинули верхнюю одежду и сменили зимние плащи на летние.

– Мы точно в Лесавье? – удивлялся Баламут.

Погода в Уджайне напоминала ему погоду в Русе середины весны. Когда тёплые дни уже устоялись, но ночами порой бывало прохладно.

– Это мы ещё до Черы не добрались. Там круглый год лето, – сообщил лорд Аванти.

До Черы и правда сначала предстояло добраться. Когда днём пятницы экспресс выпустил из своего нутра уставших от долгой поездки инквизиторов, они столкнулись с необычной проблемой.

Весь выход с благоухающего кустами кунды и париджаты перрона оказался оцеплён. Широкоплечие и смуглые воины с непроницаемыми лицами, встав в шеренгу вплоть до улицы, заставили толпу встречающих расступиться.

– Дорогой брат! Приветствую! – воскликнул довольно низким голосом одетый в белоснежные свободные одежды мужчина.

Он обладал кучерявыми тёмно-русыми волосами, карими глазами и смуглой кожей, ростом и шириной плеч не уступал Арьяману. Лорд Аванти быстро совладал с собой и лучезарно улыбнулся:

– Астис, брат мой! Приветствую! – ответил он, выходя вперёд.

Стража тут же почтительно расступилась перед ним и его спутниками.

– О, брат, боги милостивы! – продолжал восторгаться Астис. Он практически подбежал к Арьяману и крепко его обнял. – Они ответили на молитвы отца и ниспослали своё благословение, вернув тебя в наш край! – Мужчина наконец отпустил брата и обратил внимание на других инквизиторов. – Ах, это, должно быть, твои драгоценные товарищи, о которых ты писал в письмах?

– Я писал только Асавари… – заметил Арьяман.

– Ай, как будто сестра станет что-то таить от своих братьев, – отмахнулся Астис. Он оценивающе прошёлся взглядом по Ли-Льен и Нариэн. – Твои спутницы подобны прекрасным жемчужинам в волосах многозлатой Элькотис. Моё сердце будет болеть, если они не познакомятся с нашей милой сестрицей. Скажи же, кто из них – прославленная госпожа магистр?

– Госпожа магистр осталась в академии, – неожиданно легко соврал обычно честный и открытый Арьяман. – Ты ради этого проделал весь этот путь? – спросил он и тихо пробормотал: – Как отец вообще узнал о том, что мы приезжаем…

Выражение лица Астиса ни на мгновение не изменилось. Он с радушной улыбкой обратился к остальным прибывшим, хотя отвечал своему брату:

– О, конечно, нет. Наш отец, прославленный Абисар, все эти месяцы не мог завтракать в тоске от разлуки с тобой. Сегодня, от великой радости, он послал меня сюда, чтобы скорее привести тебя во дворец. Прошу дорогих друзей моего брата, дозвольте пригласить вас к нам домой, чтобы разделить с нашей семьёй скромную трапезу в узком кругу.

Морус вздохнул. Отказывать герцогу было за гранью приличий, поэтому инквизитор вежливо кивнул Астису и сказал:

– Мы будем рады разделить трапезу с герцогом Аванти и его семьёй.

***

Путь до дворца, Михира, ожидался недолгим, поэтому, сидя в седле на высоком тонконогом жеребце, Арьяман тихо и быстро нашёптывал сидящим в карете девушкам и едущим рядом мужчинам:

– Не знаю, сколько тётушек и дядюшек будет на ужине, но, чтобы не запутаться, перечислю несколько основных членов моей семьи. Абисар Аванти, мой отец и герцог Аванти, был трижды женат. Первая жена – старшая сестра моей матушки, ныне покинувшая этот мир Саранья Танесар. Она – мать Аруны, моего первого брата; Аджи, моего второго брата; Атри, моего третьего брата; Арсака, моего четвёртого брата; Астиса, моего шестого брата; а также Анджаны, моей первой сестры и третьего ребёнка Сараньи. Несмотря на традиции, все дети Сараньи продолжают жить в Уджайне, поэтому почти наверняка будут присутствовать за столом со своими жёнами и сидеть в порядке старшинства, мужчины по правую, а женщины по левую руку от отца.

– Кажется, ты пропустил пятого брата. Он не придёт? – спросил совершенно сбитый с толку Баламут.

Он пока запомнил только то, что семья у Арьямана выходила большая.

– Он умер во младенчестве, – ответил лорд Аванти без особой грусти. – Второй женой отца стала моя матушка, Саварна Танесар. У неё, помимо меня, родилась дочь, моя младшая сестра Асавари. Сейчас отец женат на Сумитре Карур, которая всегда на празднествах сидит подле него. Её единственный ребёнок, Аруша, обычно сидит рядом и подаёт ей напитки. Я неспроста упомянул всех жён отца. Саранью отец любил, поэтому её дочери не приходится беспокоиться о себе. Сумитра мудра и главенствует сейчас, поэтому её дочь тоже под надёжной защитой матери. А у Асавари есть только я. Раз брат вздумал угрожать мне ею, значит, в семье что-то стряслось. Прошу прощения за то, что втягиваю вас, но я хотел бы убедиться, что с сестрой всё в порядке.

«Он был так приветлив. Разве он угрожал?», – окончательно запутался Баламут.

Спустя час пути перед делегацией, состоящей из пары десятков пеших воинов и двух карет, окружённых всадниками, показался белоснежный дворец, полный куполообразных павильонов и стрельчатых окон.

Ли-Льен ещё с утра прочертила открывающую руну над серебряной сорокой, поэтому, как только девушки вышли из кареты, постаралась встать так, чтобы Туану удалось разглядеть окружающее пространство.

Михир, несмотря на зиму, утопал в зелени и цветах.

Астис провёл гостей по белоснежной широкой дороге до главного входа. Там на широкой и высокой белоснежной лестнице раскрыли белоснежные хвосты десятки павлинов.