Магнолия в объятиях тумана 2

Глава 5.3 Где всё обильно, кроме счастья

Пока опешивший Арьяман ещё не успел взять себя в руки, Ли-Льен решила подсократить странное выступление и взметнула руки вверх. В небе сверкнула огромная фиолетовая молния. Жасмины пригнуло к земле резким порывом ветра. А дюжину испуганных стражей и Аджу под грохот грома пригнуло к земле невидимой силой.

– Инквизиторов имеет право судить только инквизиторский суд! – тут же припечатала Нариэн, чей голос даже не дрогнул.

Подумаешь, гигантская молния. Может, это вообще совпадение.

– Где Морус? – строго спросил Арьяман, подходя к силящемуся привстать Адже.

Увы, тот был хоть и умелым воином, но слишком слабым магом.

– Ты! Отродье ядовитой змеи! Немедленно… – Звонкая оплеуха от госпожи магистра заставила его голову мотнуться на шее, а зубы клацнуть. – Ах ты, женщина! – воскликнул Аджа, но тут же зажмурился, так как девичья рука уже поднялась для второго удара.

– Где Морус и мои товарищи? – повторил младший сын Абисара. – Что с отцом?

– Твоих подельников заперли в подвале. Моруса допрашивает Аруна. Отец в своих покоях. За его жизнь борются все целители, которые были этим вечером в Михире. Благо, их удачно призвали для супруги Атри.

Арьяман бросился ко дворцу. Как бы младший брат ни относился к старшим, отец, всё же, был ему дорог. Нариэн и Ли-Льен поспешили за ним. Госпожа магистр, уходя, шепнула Адже:

– Попробуешь ударить в спину, умрёшь. Не люблю подлецов.

Аджа сглотнул.

– Да что Атри в тебе нашёл? – возмущённо крикнул он девушке вслед.

***

Весь Михир стоял на ушах. Слуги носились туда-сюда вперемешку со стражами. Первым делом Арьяман направился к отцу. Нариэн отделилась от троицы, чтобы проведать Моруса. Арьяман же властно приказал стражам пропустить его в отцовские покои. Ли-Льен споро проскользнула за младшим лордом Аванти внутрь богато украшенного помещения.

На большой, рябяще-узорчатой красной кровати лежал Абисар. Рядом с ним, на полу, склонившись к руке мужа, сидела Сумитра и гладила мужские пальцы. Несколько жён сыновей Абисара находились неподалёку и громко спорили. Поодаль чуть тише спорили четвёртый и шестой братья. Целители, похоже, недавно ушли.

– Всем известно, что Арсак замыслил недоброе! Многомудрый герцог сильно отчитал его на прошлой охоте! – говорила одна из жён.

– Ах ты, дочь облезлой кошки! А может, это твой Аруна возжелал схватить то, что ему не принадлежит?

– На кухне готовили ваши повара!

– А несли ваши слуги!

– Вовсе нет, сегодня их подменяли слуги Астиса!

– А ты откуда знаешь, что то были его слуги? Зачем интересоваться, коли не замыслили недоброе?

– Пусть трижды будет проклят твой язык! Как мне не знать, когда ясноокая Сумитра сама мне о том сказала!

– Кстати, разве это не она подавала ему мандарины? – вмешалась ещё одна женщина. – И теперь наш стосильный герцог лежит при смерти!

– Жена! – тут вмешался Астис. – Ещё одно такое слово, и я отошлю тебя к твоему отцу.

– Арьяман! Ты что здесь делаешь? Разве Аджа не пошёл за тобой? – удивился Арсак, четвёртый сын Абисара.

– А! – воскликнула жена Аджи. – Убийца! Что ты сделал с моим мужем? Стража!

Ли-Льен вздохнула и вышла из-за широкой спины товарища. Тот сделал шаг вперёд, но дальше не решался войти, только издалека тревожно поглядывал на отца. Пока стража не забежала внутрь, госпожа магистр быстро приблизилась к кровати, оттеснила легко отошедшую в сторону Сумитру, беспардонно села рядом с лежащим мужчиной и коснулась пальцами запястья Абисара.

Вошедшую стражу Арьяман встретил недобро. Трое сыновей герцога Аванти вступили в новую перепалку, жёны опять принялись обсуждать намерения друг друга, а Сумитра с не выражающим особых эмоций лицом встала недалеко от изголовья кровати.

– Разве в вашем герцогстве поменялись правила наследования? – тихо спросила Ли-Льен, создавая сферу тишины и пересаживаясь так, чтобы прикрыть своим телом изголовье кровати от лишних глаз. – Иначе зачем вашим сыновьям грызться за наследство?

– Всё так, – зачем-то также тихо и не открывая глаз ответил Абисар. – Я сказал, что наследовать будет тот, чьё имя я впишу в завещании. А шкатулку с ним оставлю на хранение в надёжном месте, сведения о котором будут лишь в скреплённом сургучом свитке.

– Это же просто поле непаханое для спекуляций, – хмыкнула Ли-Льен.

Любой из сыновей может подставить другого, а затем подделать такое таинственное завещание, которое никто никогда не видел.

– Герцогству нужен сильный, хитрый и в меру беспринципный наследник, чтобы род Аванти не сгинул среди других благородных семей, – объяснил Абисар, открывая совершенно не болезненные глаза и с хитрым прищуром глядя на девушку. – Я, например, четвёртый сын своего отца. И, конечно, пока не собираюсь оставлять этот мир. Способности моих сыновей всё ещё оставляют желать лучшего.

– Очевидно, это не первое представление, – предположила Ли-Льен. – И, не то, чтобы мне было особо интересно, но кто виноват на этот раз? Не станете же вы обвинять наш отряд?

– Не стану, – хмыкнул Абисар. – А в остальном пока сложно сказать. Но, коль уж вам интересны мои мысли, то… думаю, это мой старший сын с поддержкой третьего сына и Сумитры.

– Сумитры? – удивилась Ли-Льен.

– Да. Она сама сказала мне в этот раз, что будет меня отравлять.

– В этот раз? – по инерции вновь повторила девушка.

– Она у меня довольно скрытная женщина, – довольно ответил Абисар. – Наверное, предложение Аруны ей не понравилось, вот и рассказала. Кстати, может, хотите занять её место, госпожа магистр?

Ли-Льен хохотнула.

– Ещё чего. Не говоря о том, что мезальянс штопальщицы трусов и герцога одного из крупнейших регионов страны никто не поймёт и не примет… я выйду замуж только по любви.

– О, так вы уже обдумываете наш брак? – улыбнулся Абисар. Ли-Льен закатила глаза. – Уверяю вас, ваш магистерский статус перекроет любые огрехи в родословной, – заметил мужчина, но под тяжёлым взглядом девушки рассмеялся и как ни в чём не бывало продолжил: – Ах, ладно. Сумитра всего на три года старше Арьямана, но уже намного мудрее него. С ней мне намного веселее участвовать во всех этих, как вы выразились, представлениях. Впрочем, сегодня они перегнули палку. Очевидно, для подобных игр сейчас не время. Придётся завтра пораздавать всем крепких отцовских советов.