Магократия

Пролог

Просто оглянись вокруг, на дерьмовую камеру пыток, которую вы зовёте своим миром. Неужели ты считаешь, что этим местом правит благой владыка всего сущего? Неужели ты правда думаешь, что там, наверху, кто-то присматривает за вами?

Ричард Морган

Смерть.

Со смертью ещё ничего не заканчивается.

Со смертью, как хорошо известно всем в Магократии, всё только лишь начинается.

И начало это нравится очень немногим…

Сазон не питал иллюзий, что его умерший отец нашёл в смерти успокоение. Хоть тот и славился при жизни железным самоконтролем, но магом он не был. А значит, если ничего не предпринимать, в Аду его отца ждут мучения.

Или, как верят глупцы, очищение. Можно, конечно, называть муки и так, суть от этого не меняется. Боль есть боль, страдания есть страдания. Даже если они ведут к перерождению и попаданию в лучший мир, хотелось бы мучения в Аду проскочить. Ну, или раз такой возможности нет, то по крайней мере сделать пребывание в Аду хоть немного комфортнее. Попросив присмотреть за духом умершего кого-то из двоедушников — полуживых древних магов, пребывающих одновременно на разных пластах бытия. Благо, что Гильдия Мучений оказывала услуги посмертного сопровождения душ уже очень и очень давно.

Само собой, такой уход за духом стоил недёшево. Да что там, эта услуга стоила целого состояния! Люди копили деньги всю жизнь, отказывая себе абсолютно во всём, лишь бы уменьшить страдания после смерти. И всё равно у подавляющего большинства населения сбережений хватало лишь на несколько лет относительно спокойного пребывания под опекой какого-нибудь полуживого мага в Аду. А потом, если потомки не заносили в казну Гильдии Мучений новые деньги, душу покойника отпускали по преисподним в свободное плавание…

Хочешь хорошо жить — плати. Хочешь быть похороненным должным образом — плати. Не хочешь мучиться после смерти — снова плати. Покой всегда и везде стоит дорого.

И отец Сазона платил. Платил за себя взносы всю свою жизнь, благо, что был человеком образованным и небедным. Конечно, образованным и небедным по меркам обычных людей, по меркам магов-то все обыватели были мелочными невеждами…

Ведь что могут знать те, кто не умеет повелевать материей лёгким напряжением своей воли? Что могут накопить за короткую жизнь те, кому доверяют только самые примитивные поручения? Даже если одни немощные невежды повелевают другими невеждами, разница между ними для магов была небольшая. Примерно такая же, как разница между овцами в стаде для пастуха. И в случае простолюдинов, и в случае скота это были лишь инструменты, пускай живые, что-то там чувствующие и желающие. А инструменты есть инструменты, их используют и не более. Инструмент в лучшем случае берегут, но никогда не жалеют.

Теперь пришёл черёд Сазона уплачивать взнос. Пока ещё не за себя, а за отца. Тот заботился о нём, дал ему неплохое образование, и Сазон считал своим долгом, прежде чем начать откладывать на собственное посмертие, внести хоть один серьёзный взнос за родителя. Предка мужского пола, поскольку по многовековой традиции за предков женского пола взносы никто никогда никому не платил…

Это было несправедливо, но у Гильдии Непорочных, состоящей исключительно из ведьм и ведающих женскими делами, были свои правила, и Сазон точно знал, что ему лезть к ним не следует. Он и магов-мужчин понимал с огромным трудом, а уж у вынужденных соблюдать всю жизнь целибат магов-женщин мышление шло какими-то совсем иными путями. Ведьмы руководствовались скорее своим сверхчеловеческим чутьём, нежели логикой.

Жуткими они были девственницами… Жуткими, а вовсе не желанными. Но почему-то с потерей девственности магические способности женщины быстро угасали, а потому ведьмы соблюдали целибат строже любых религиозных фанатиков из легендарной Ксерсии, лежащей за Предтечами Ада на юге. И шуток про ведьм-девственниц никто в здравом уме тоже не отпускал: ни среди магов-мужчин, ни уж тем более среди обывателей.

Ведь что значат постельные утехи по сравнению с властью над материей? И разве может сравниться сиюминутное удовольствие от интимной близости с возможностью заслужить практически вечную жизнь или по крайней мере гарантированно избежать мук в посмертии? Нет, женщин-магов никто в Магократии не жалел. Наоборот, им завидовали. Любая девушка из простого народа с удовольствием поменялась бы даже со слабой ведьмой местами. Абсолютно любая. Вот только одного желания было, конечно же, недостаточно.

Магами и ведьмами не столько становились, сколько ими рождались. У тебя либо был этот дар, либо его не было. Чистая случайность. Один шанс на тысячу детей и это по самым оптимистичным оценкам. От человека зависело лишь то, насколько он сей дар разовьёт.

А ещё никто не мог передать магический дар потомкам. Хоть здесь все были равны. Пожалуй, то было единственное равенство между простыми людьми и магами в Магократии. Равенство перед случаем.

Во всех остальных отношениях маги возвышались над обывателями словно боги. И повелевали населением сходным образом. Не правили, а просто повелевали. Вы же не станете объяснять своей овце, что ей делать? Вы заставите её делать то, что вам надо, нравится ей это или нет. Вот и с обычными людьми то же самое.

Что ж, Сазон магом не был. Не свезло, ничего не поделаешь. Зато магом был его прадед, благодаря чему дед, отец и он сам получили базовое образование, что тоже считалось довольно неплохой привилегией. Не каждому дано уметь писать, читать и считать, далеко не каждому в этом мире.