Магов больше нет

Глава 15

Иван свернулся клубком в ногах у Василия. Этот гадкий Васька не захотел раскладывать диван, видите ли, ему лень. И на подушку рядом с собой не пустил. Даже по голове постучал, прямо по маковке между ушами. Выступать Иван не стал, мало ли чего. Еще выставит за дверь, пока Настя спит. А ему нельзя за дверь. Консьержка из подъезда однозначно выставит. А на улице бомжи и собаки, причем совсем рядом.

Пришлось соглашаться — в ногах так в ногах.

Проснулся от удара собственного тела об пол.

Иван сел, где упал, с трудом соображая, где он и что он. Руки-ноги на месте, а он не кот. И абсолютно голый. Это плохо. То, что Василий проснется, его волновало мало, а вот Насте его видеть в таком виде негоже.

Вот интересно — а куда вещи Василия пропали, когда он в них облачился, кинувшись на Зону вслед за Настей? Ведь по логике, если в одном месте убыло, то в другом обязательно должно появиться. Еще Ломоносов своими опытами это доказал. Вспомнилось неожиданно из школьного курса.

И где, спрашивается, то другое место?

Василий завозился, видимо, разбуженный звуком удара чего-то о пол. Он открыл глаза и с невероятным изумлением уставился на сидящего на полу голого парня.

И откуда только у Ивана прыть появилась! Он подскочил как ошпаренный и, пока Василий не заорал и всех, то есть Настю, не перепугал вусмерть, зажал ему рот ладонью.

— Тихо, — прошептал Иван, присаживаясь рядом с Василием на диване и по-прежнему зажимая ему рот. — Я не грабитель, не маньяк и не насильник, а тот кот, которого приволокла твоя сестра накануне вечером домой.

У Василия в глазах плескался такой неподдельный ужас, что Ивану даже стало жалко парня. Видимо, он ничего не знал и не слышал об оборотнях или магах. Это плохо. И скорее всего, не верил в сказки. И это тоже плохо.

Но освободить его лицо из своего захвата Иван не мог, пока не стал бы уверен, что Василий не станет истерично вопить. Иван сам бы орать как резаный не стал, если бы с ним случилось нечто подобное, но перепугался бы, как пить дать.

— Ты мне веришь? — спросил он негромко.

Василий часто-часто закивал — типа верил. Только что-то Ивана одолевали смутные сомнения.

— Я уберу руку, только ты не кричи. Обещаешь? Подумай о сестре. Что с ней будет, если ты заорешь?

Василий снова часто-часто закивал. Иван, хоть и не психолог, но, похоже, наступил на больную мозоль Настиного брата — кричать тот не станет, только чтобы не испугать сестру. Иван в этом нисколько не сомневался.

Спросил осторожно просто так, на всякий случай: — Ты в сказки веришь?

И медленно, не делая резких движений, убрал ладонь с лица Василия. Ответ-то тоже было интересно услышать. Но он готов был тут же снова зажать ему рот рукой, попытайся Васька издать хоть один громкий звук.

— В страшные — да. В добрые — нет. А в страшные — сколько угодно! — заикаясь и стуча зубами от страха, — прошептал Василий.

Где-то Иван уже это слышал.

— Сигареты есть? — вдруг спросил он. — Курить страшно хочется.

И сам испугался своего вопроса. Похоже, что не только Василий, но и сам Иван попал в какую-то дурную или страшную сказку. Он никогда в жизни не курил и даже не пробовал. И тут вдруг почувствовал острое желание выкурить сигарету.

Василий нервно дернул головой.

— Только Настасье не говорите, что курю, — попросил он. — Расстроится она.

А Иван знал и даже не сомневался, что у Василия есть сигареты. Его вещи все табаком провоняли. Или у него нюх обострился? Раньше не замечал, когда котом оборачивался.

— Я думаю, она догадывается…

Если он почувствовал запах, то и Настя должна унюхать, когда вещи брата стирала или просто прикасалась к ним.

— На балкон пойдем выйдем, — предложил Иван. — Деловой разговор есть. Да и перекурим заодно. Василий, — развел он руками, когда тот нервно отдернул шторку, чуть не оборвав ее, и взялся за ручку балконной двери, — да и перекинь одежонку какую-никакую. А? Вдруг Настасья проснется ненароком, а тут парень голый. Не дело это. Мала она еще для такого зрелища…

Иван произносил слова, но чувствовал, что это не его мысли и чувства. Как будто в его сознании поселился кто-то. И он занял каким-то странным образом место этого кого-то. Первый раз эта мысль у него спонтанно возникла, но сразу же и ушла, когда он бешеным котом скакал по Зоне, отвлекая собак от Насти. Не до мыслей как-то было…

Ночь выдалась на удивление теплая. Иван стоял на балконе в застиранной футболке и триканах Василия и пускал струйки дыма к звездам. Хорошо-то как! Ни о чем говорить, в сущности, не хотелось. А надо…

И подумать параллельно надо, что это с ним…

Набрав полную грудь воздуха в перерывах между затяжками, Иван кое-как попытался объяснить, тщательно подбирая слова, что с ним произошло и почему он здесь. Не уточнил только, что из этого прошлого он спокойно может отправиться домой. Ему и надо было только разжиться одеждой, чтобы выяснить зачислили его в университет или нет. А в итоге задержался в прошлом, причем совершенно не в его прошлом, на неопределенный срок. Может, отсюда и мысли не его…

Тоска-а-а — Василий не поверил ни одному слову Ивана. А говорил, что в сказки верит. Вот его сестра — совсем другое дело. Она с котом разговаривала и ничего…