Майор и тайна Чёрного Лесника

Глава 1: Специалист по ландшафтному безумию 

Опасное это дело, Фродо, — выходить за порог:
стоит ступить на дорогу и, если дашь волю ногам,
неизвестно, куда тебя занесет

Бильбо Бэггинс.

— Это не петунии, Иван Сергеич. Это — портал.

Хозяин участка, Иван Сергеевич, владелец сети элитных автомоек «Блеск-Люкс», мужчина средних лет в поло цвета его будущего вертолета (оттенок «аквамариновая мечта тестя»), нервно теребил смартфон стоимостью с небольшой танк. Нанял он Романа по рекомендации друга, который после работы ландшафтного дизайнера не только развелся с третьей женой (та, к всеобщему удивлению, ушла не к массажисту, а в тибетский монастырь, прихватив только коллекцию хрустальных яиц и кота), но и неожиданно выиграл крупный тендер на поставку снега в Саудовскую Аравию. Охарактеризовали Романа как «лучшего ландшафтного дизайнера с нестандартным подходом и доступом к нетривиальным информационным каналам». Нестандартный подход сейчас сидел на его газоне.

— Портал? — переспросил бизнесмен, чувствуя, как его уверенность в том, что он адекватный человек, начала давать трещину. — Роман, мы в Красной Поляне, блин, не в каких-нибудь «Звездных вратах». Это просто цветы. Редкие, голландские, по триста евро за куст, но цветы!

— Цветы?! — ландшафтный дизайнер Роман Крыжовников, широко известный в узких кругах как Майор, всплеснул руками, с которых сыпались остатки какой-то почвы, блестки и пара удивленных божьих коровок. — Иван Сергеич, это же «Петуния Multidimensionalis Phantom»! Ее вывела слепая монахиня-бенедиктинка. В перерывах между расшифровкой апокрифов! Ее пыльца синхронизирует пространственные частоты! Посаженная в геометрическом центре участка, который, кстати, совпадает с локальной аномалией магнитного поля, она формирует стабильный коридор для сущностей из параллельного измерения! Ну, или для сущностей из местной администрации, что, в принципе, тоже неплохо, но нам нужен первый вариант! Вы же хотите не просто статус, а настоящую легенду! Так, чтоб гости не просто говорили: «О, бассейн!», а замирали в трансе и спрашивали: «Иван, а куда ведет эта сияющая тропа меж петуний? В Ниццу?» А вы скромно так: «Нет, пока только в одно из измерений Пояса Ориона, там с кофе проблема, но виды потрясающие».

Майор (прозвище, доставшееся по наследству от деда-артиллериста и идеально закрепившееся за любителем командовать парапсихологическими явлениями и ландшафтными формами), восседал в позе лотоса на рулонном газоне сорта «Кентукки Блюграсс». Застывший аки статуя Будды Шакьямуни, взирающий на заказчика с пренебрежением адепта к непросветленному. Его борода, настоящая биостанция по производству эфирных масел и малых экосистем, подрагивала в такт звучащей внутри мантре. Со стороны — гуру на выезде. По факту же шел жесткий переговорный процесс с локальным эгрегором участка. Эгрегор, воспитанный на глянцевых журналах и инстаграм-блогах, требовал хромированных сфер, строгой симметрии и фонтана в виде золотого дельфина, изрыгающего не воду, а шампанское. Майор пытался впарить ему концепцию «разумного хаоса», «натуральных вибраций» и поил энергетическим дистиллятом из горного ручья, настоянным на кристаллах и жужжании пчел.

Рядом, на фоне коттеджа из стекла и бетона (архитектурный стиль «вырвиглазный минимализм» или «бункер параноика-миллионера»), метались два работника ландшафтной фирмы «Эдемский Сад». Петрович и Геннадий. Смотрели они на Майора с тем же благоговейным ужасом, что и ассистенты на экстрасенса в прямом эфире, когда у того внезапно заканчиваются подсказки с наушника и он начинает импровизировать, требуя принести живого хамелеона и карту звездного неба над Астраханью 1823 года.

— Он, это, в астрале щас, — шепотом, густым от махорки и вчерашнего самогона, просипел Петрович, вкапывая в землю тую сорта «Смарагд», похожую на зеленый рождественский чупа-чупс. — Энергию качает. Говорил, без этого у хозяина фэн-шуй сломается и он в крипту залетит на хаях. А мы потом будем тут все перекапывать под обратный поток, чтоб негатив в землю ушел. Я на даче так картошку сажал, после того как теща в гости собралась. Помогло. Картошка, правда, горькая выросла и смотрела на меня с укором, но теща дорогу не нашла.

— Да какой фэн-шуй, Петрович, — вздохнул Геннадий, сгорбившись над мешком с удобрением «Long Lasting Growth», на котором улыбался неестественно загорелый американец с зубами, как у дельфина-убийцы. — Нам эту альпийскую горку до вечера сдать надо, а он главный кристалл забраковал. Говорит, у аметиста, — Геннадий сделал паузу, пытаясь воспроизвести сложный термин, лицо его исказилось в мучительной гримасе, — «не тот астральный резонанс и низкий КПД по сакральному излучению». Предложил гранитный валун, так он на меня посмотрел, будто я посоветовал заложить в фундамент дохлую кошку для уюта. Говорит, гранит — это «закрытая энергетическая система, ретранслятор прошлых негативных событий, в основном неудачных помолвок и просроченных ипотек».

Майор открыл один глаз, как старый, мудрый и слегка подвывающий кот, видящий ультрафиолетовые узоры на шторах реальности.

— Не резонанс, Геннадий, а вибрационный коэффициент! И не КПД, а проводимость эфирного потока! Аметист — для сублимации низменных инстинктов и подавления желания доминировать. А у нашего уважаемого заказчика, — Роман кивком головы указал на хозяина участка, который после спора о петуниях нервно прохаживался у своего «стеклянного куба», попивая воду из стакана со встроенным активатором, меняющим молекулярную структуру жидкости на «воду успеха», — явный перекос в сторону материального. Это видно по паттернам! Посмотрите на этот забор. Сплошные прямые углы, сталь, агрессия линейной перспективы. Это кричит: «Я богат, я отгорожусь от вас, и моя аура квадратная!». Нам нужно больше плавных линий, рододендронов и контролируемого хаоса. Хаос — это естественно. Хаос — это жизнь. И, кстати, тот можжевельник не по фэншую, а против часовой стрелки на полградуса. Он не гармонизирует пространство, а наоборот, создает вихрь, высасывающий радость из окружающего мира. Перекопать. И полить настоем полыни и перетертых процессоров Pentium II. Имейте уважение к пространству!