Майор, стажёры и Любовь с Kpi

Глава 1. Неподдельные слёзы мадам Розы

Перегаром озарилось всё отделение дежурки, к нему помешался запах дешёвых духов и отчаяния.

Я шла по коридору отдела и чувствовала, как этот запах проникает прямо мне под кожу.

В дежурке творился ад. Обезьянник был забит толпой ночных бабочек после их явки с заявлениями, ну с повинной тоже. Дежурный Смирнов, чьё лицо от стресса приобрело цвет наваристого борща, пытался перекричать этот курятник. У него ритмично дёргался правый глаз.

— Девочки, ну тише вы, — умолял Смирнов, вытирая пот со лба скомканным платком. — Дайте протоколы заполнить!

Я прошла мимо, коротко кивнув ему. Смирнов посмотрел на меня взглядом мученика, которого вот-вот бросят львам. Я ничем не могла ему помочь. У меня хватало своих проблем. Главная из них заключалась в том, что мой кофе остыл, а вчерашний день закончился паршиво. Давно я не оставляла после своей работы висяков.

Я толкнула дверь кабинета. Внутри всё было привычно. Мой личный детский сад уже был в сборе. Коля Лебедев, наш компьютерный гений и самое ленивое существо на планете, вальяжно развалился в кресле. Его ноги в стоптанных кедах покоились на столе. На коленях лежал ноутбук, а сам Коля делал вид, что работает. Уже и не знаю, как буду жить без этой картины, в будущем.

Лиза Сафонова, тоненькая, как спичка, сидела за столом напротив и изучала распечатки и обращения пострадавших «жриц любви».

Я плюхнулась на свой стул. Он жалобно скрипнул.

— Доброе утро, Светлана Игоревна, — улыбнулась Лиза.

Я промычала нечто нечленораздельное и потянулась к кружке с кофе. Сделала глоток. Гадость неимоверная.

В этот момент дверь с грохотом распахнулась. Я не вздрогнула. За двадцать лет работы в органах привыкаешь ко всему.

На пороге стояла женщина. Она была похожа на оживший кошмар защитника животных. На ней было безразмерное леопардовое пальто, из-под которого выглядывали лосины. На голове возвышалась конструкция из обесцвеченных волос. Лицо украшал плотный макияж. Из-за неё выглядывал запыханный Смирнов, он одними глазами показывал, что дико извиняется, мол, сдержать не смог. Я подарила ему всепрощающий взгляд и кивнула на выход. Смирнов скрылся.

— Это произвол! — завопила женщина с порога, заламывая руки в золотых кольцах.

Коля не поднял глаз от монитора. Его пальцы скользили по тачпаду. Лиза удивлённо моргнула. Я тяжело вздохнула и поставила кружку на стол.

— Гражданочка, вы дверью ошиблись, — сказала я ровным голосом. — Театр драмы находится через два квартала отсюда.

Женщина уверенно шагнула в кабинет, обдав нас волной удушливого парфюма, и с шумом опустилась на стул для посетителей.

— Я мадам Роза, — гордо представилась она, прижав руки к груди. — И у меня украли бизнес! Это рейдерский захват! Я требую расследования!

Я откинулась на спинку кресла и посмотрела на неё. Мадам Роза. Живая легенда нашего района. Владелица старейшего нелегального борделя, который она упорно называла салоном досуга. Мы закрывали её заведение раз пять, но оно всегда возрождалось.

— И кто же вас захватил, Роза? — спросила я, чувствуя, как просыпается мой сарказм. — Конкуренты из соседней подворотни? Или налоговая инспекция добралась до ваших доходов?

Роза всхлипнула и достала из кармана пальто мятый платок.

— Если бы конкуренты! — причитала она. — Это всё ваши технологии проклятые виноваты! Интернет ваш!

Коля, услышав слово «интернет», убрал ноги со стола и посмотрел на Розу поверх экрана ноутбука.

— Что, Роза Львовна, хакеры базу клиентов слили? — лениво поинтересовался он.

— Хуже! — Роза трагически воздела руки к потолку. — У меня девочек увели! Всех! До единой! Даже Люсю, которая у меня десять лет работала, как часы!

Лиза подалась вперёд.

— Успокойтесь, пожалуйста, — сказала она мягким голосом. — Расскажите всё по порядку. Как их увели? Кто-то угрожал?

Роза посмотрела на Лизу снисходительно.

— Угрожал? Да если бы угрожали, я бы своих отбила! Их переманили! Появилось это приложение в телефонах. «Компаньонка» называется.

Я усмехнулась.

— Приложение для вызова проституток? До чего дошёл прогресс.

— Да если бы просто приложение! — возмутилась Роза. — Это секта какая-то! Вы знаете, что там у них творится? У них там строгий дресс-код ввели. Никаких леопардов, никаких страз. Только строгие платья и пастельные тона. Тьфу, скукота смертная!

— Ну, о вкусах не спорят, — заметила я.

— Да причём тут вкусы! — Роза хлопнула ладонью по столу. — У них там эйчар-менеджер есть! Собеседования проводит, анкеты заставляет заполнять. Тренинги по этикету устраивает! Девочек учат вилку правильно держать и про Канта с клиентами рассуждать. А главное, они им этот KPI ввели!

При слове «KPI» Коля резко выпрямился в кресле. Вся его напускная скука слетела.

— KPI? В борделе? — переспросил он, и его пальцы застучали по клавиатуре с бешеной скоростью. — Ключевые показатели эффективности? Серьёзно?

— Да! — подтвердила Роза. — Отзывы клиентов собирают, рейтинг выставляют. Если рейтинг падает, сразу штраф впаивают. А если растёт, дают бонус. Вы представляете, до чего докатились люди? Куда катится мир? Где душа, я вас спрашиваю? Где индивидуальный подход? Где душевные разговоры на кухне под водочку? А ещё девочки из приложения пропадают, бесследно.

Я смотрела на эту страдающую женщину и не знала, плакать мне или смеяться. Аналоговый криминальный мир громко трещал по швам под натиском цифровизации.

— Роза, верней, Антонина Юрьевна, — сказала я, стараясь говорить серьёзно. — Я всё понимаю. Крах традиционных ценностей. Духовность в обществе падает. Но мы полиция. Мы не занимаемся проблемами недобросовестной конкуренции на рынке нелегальных интимных услуг. Идите жалуйтесь в антимонопольную службу. Хотя нет, туда вам тоже не надо.

Лиза всё ещё пыталась найти логику в происходящем.

— Но если это просто новое приложение, почему они все так разом ушли? — резонно спросила она. — Там больше платят? Кстати, у нас вчера было коллективное заявление, кто-то собрал с девушек взнос на доступ к нему.