Макфасти. Драко и Бродяга

Двадцать седьмая, В которой смотрят в лицо собственным страхам

Часть 5

Обед, как и всегда после домашнего разнообразия, не больно-то впечатлял, а вот профессор Люпин, что интересно, действительно смог удивить. Начать хотя бы с места проведения урока.

- Как вы думаете, что там? – с улыбкой спросил он, указывая на старый гардероб для мантий в дальнем углу учительской.

Будто заслышав команду, внутри что-то завозилось. Послышался шорох, еле слышно заскрежетали чьи-то когти. Драко попятился, стараясь оказаться подальше на случай, если там и в самом деле засело что-то опасное, как вдруг гардероб заходил ходуном. Стоявшие рядом с ним гриффиндорцы тоже отшатнулись. И неудивительно: это нечто ломилось наружу с таким пылом, что едва ручку дверцы не вырвало.

- Успокойтесь, это всего-навсего обычный боггарт, - ободряюще подсказал им Люпин. – Они любят темноту, потому и прячутся чаще всего в гардеробах, ящиках… Одного я как-то нашел в футляре напольных часов. Бояться нечего. А кто мне скажет, что такое боггарт?

- Боггарт – это привидение, которое меняет свой вид, - тут же послышался уверенный голос Гермионы. – Он превращается в то, чего человек больше всего боится.

- Замечательно, даже я не ответил бы точнее, - похвалил её профессор. – А вы знаете, какое самое лучшее оружие против боггарта? Смех! Само заклинание очень простое, но нужно хорошенько сосредоточиться и превратить боггарта во что-то смешное. Рассмейтесь – и он тут же исчезнет, ясно? Хорошо. Тогда сначала поучим заклинание без палочек. Повторяйте за мной: ридикулус!

Они повторили, а потом пошла потеха. Профессор Люпин попросил их встать в очередь, чтобы по одному подходить к гардеробу и пробовать свои силы, а сам отошел в сторонку.

Первым оказался Невилл. Драко еще гадал, чей вид примет боггарт, тетушки Беллатрисы или миссис Лонгботтом, как вдруг из-за дверцы вылетела школьная метла. Старенькая, с потертым древком и распушившимися прутьями – точь-в-точь как те, на которых они летать учились!

- Р-ридикулус, - запнувшись, выпалил Невилл. Взмахнул палочкой, и начавшая было свой победный круг метла отшатнулась обратно к гардеробу, отброшенная взрывом смеха. Всё её древко теперь было оплетено розово-золотистыми ленточками, на прутьях расцветали ядовито-розовые цветочки, а внизу болтался крупный портретом Златопуста Локонса в его знаменитой «валентиновой» мантии. Да-да, той самой, в тон цветочкам.

- Очень хорошо, Невилл, - фыркнул профессор Люпин. – Очень хорошо. Драко, теперь ваша очередь.

Довольный Нев отошел в сторону, а Драко, судорожно сглотнув, сделал шаг вперед. Чего он боится больше всего? Гиппогрифа, наверное. Надо бы ему лаком коготки намазать…

Но цветастая метла, крутанувшись на месте, стала отнюдь не гиппогрифом. Перед Драко возникла смутная фигура невысокого человека в круге яркого света. Он стоял там совсем один, а вокруг колыхались огромные уродливые тени. Совсем как тогда.