Макфасти. Драко и драконы

Восемнадцатая, В которой Драко становится МакФасти еще чуточку больше

Выдержка из великого труда Кантанкеруса Нотта «Справочник чистокровных волшебников»:

«Уважение — основа крепости семьи волшебников и всего магического сообщества. Уважение традиций, уважение к родителям и старшим родственникам, уважение к волшебному мирозданию».

* * *

— Я думал, что буду на каникулах отдыхать, — в лицо летел мокрый снег, и Драко предпочел бы в такую погоду спокойно сидеть в доме.

Но нет, вместо этого Эра потащила его к драконам.

— Драко, я тоже не в восторге от того, что Салерия выбрала это время для начала обогрева своих драконят. Ничего не поделаешь — природа.

Мама подтянула повыше лямку звякнувшей сумки, а Драко со вздохом переложил корзину, которую нес, в другую руку.

Чокнутая драконица — горе в семье.

— Тебе, Драко, стоит начать узнавать о драконах уже сейчас. Как человек, который тоже вошел в клан взрослым, скажу, что большая часть общеизвестной информации о них — полная чушь. А знать о тех, с кем живешь бок о бок, иногда бывает жизненно необходимо. Мне было чертовски сложно изменить свое представление о драконах и быстро все запомнить, к тому же пришлось делать это быстро. Начни понемногу, потихоньку, а там, как знать, может, и втянешься.

Ему хотелось втянуться только обратно под одеяло.

— Первое, что нужно понимать о драконах: драконицы на кладке невероятно нервные и агрессивные. Настолько, что это никто так и не смог переврать. Поэтому мы не подойдем близко до момента вылупления всех детенышей.

— Зачем мы вообще туда идем? Разве драконы сами не справятся?

— С рождением? Да легко, ну или умрут, пытаясь. Вот только если после появления на свет они первым съедят что-то мясное или рыбное, процесс их приручения и воспитания станет в разы труднее. Нам нужно будет аккуратно вклиниться между тем, как малыши откроют глазки, и тем, как они впервые что-то поедят, чтобы напоить зельем.

Какие сложности. Драко недовольно сморщил нос, а потом вытер с глаз налипший на брови и ресницы снег. Мама говорила, что большая часть драконов вылупляется летом или в начале осени, но Салерии календарь показать забыли.

— А почему ты сказала, что эта ящерица «начала обогрев»? Они разве не все время огнем на яйца дышат?

— Дракон способен регулировать температуру пламени, а также размер струи огня в длину и ширину. Салерия сегодня утром резко подняла температуру, и обычно после этого в течение трех-четырех часов дракончики вылупляются. Я вытащила тебя как раз к этому моменту.

Ну да, сразу после завтрака заставила одеться, взять корзинку и трансгрессировала на границу территории этой чокнутой крылатой твари. Мол, дальше только ножками, колдовать нельзя.

Теперь, в эту отвратительную метель, ему приходится карабкаться вверх с корзиной наперевес.

Быть МакФасти — отстой.

— Не пыхти, Драко, — словно услышав его мысли, фыркнула мама. — Поднимайся ко мне и посмотри на это.

Он взобрался на сравнительно ровную площадку, перевел взгляд туда, куда она показывала, и онемел.

Безумный рельеф этого острова образовал там что-то вроде каменного гнезда размером с три поля для квиддича, и почти целиком его занимал черный дракон. Свернувшись калачиком вокруг, наверное, кладки и бережно укрывая ее крылом от падающего снега, Салерия дышала на нее огнем. Уж не знал Драко, какой он был температуры, вот только сиял настолько ярко, что крыло изнутри светилось.

— Уже скоро, — Эра сжала ладонь сына. — Подождем.

— А как мы спустимся туда? — Спуск к гнезду был отвесный.

— Попросим о помощи.

Драко хотел было расспросить подробнее, но в этот момент драконица подняла голову и заревела.

— О, — взбодрилась мама. — Процесс пошел.

Ужасающий рык, от которого земля дрожала, все не стихал, а Драко хотелось упасть на землю, закрывая голову руками. Страшно, очень, очень страшно!

Настолько, что он даже не сразу понял, когда стало тихо.

А потом мама свистнула, и ужасное чудовище повернуло свою голову к ним.

Он впервые видел дракона вблизи.

Вот так и выглядит смерть: широкая голова с массивной нижней челюстью, глаза цвета крови, в приоткрытой пасти видны огромные острые зубищи, подсвеченные зарождающимся в горле пламенем.

— Салери! Лато!

Пасть с клацаньем захлопнулась.

— Хорошая девочка, — нежно проворковала Эра, и Драко был в корне с ней не согласен.

Огромная башка, в рот которой они могли войти, не сгибаясь, приблизилась почти вплотную.

— Когда она немного опустит голову ниже, держись за меня и шагни прямо ей на нос. Салерия нас доставит прямо к своим деткам.

Драко яростно замотал головой. Нет уж, он даже не против прогулки. Ножками так ножками, а по склону как-нибудь скатится.

Или, может, на метле? Аполло ведь принесет, если его позвать?

— Сейчас! — И мама потянула его за рукав прямо навстречу верной гибели.

Он просто хотел отдохнуть на этих каникулах. Полетать, пообщаться с Невом. С Гарри только начал общаться. К Уизли почти притерпелся.

— Наклонись и держись за гребень!

Драко судорожно вцепился в жесткие выступающие шипы на спине, потом раздался еще один свист, и драконица под его ногами начала двигаться.

— Драко, — позвала его страшная жестокая женщина, по ошибке ставшая его матерью. — Не бойся. Подними голову. Смотри.

Он послушался только для того, чтобы раскритиковать увиденное, но не смог, как бы ни хотелось.

Маленькие дракончики были прекрасными и смешными. Три крошки, шириной лишь в половину ладони и не больше десяти дюймов длиной, они казались змейками, по бокам которых какой-то шутник приделал огромные крылья летучей мыши. Малыши неловко копошились на побелевших камнях свободного от драконьей туши пятачка, иногда заваливаясь на бок и попискивая.

Теперь слова Эры о том, что драконы не всегда суровые и мощные, обретали смысл.

Когда тот, что был правее, снова плюхнулся, распластав крылья, Драко рассмеялся. До чего же неуклюжий!