Макс, я и теорема Ферма

Часть 3. Похищение.

Часть 3. Похищение.

Это утро не задалось с самого начала. С Мирозданием всегда так. Только подумаешь, что все наконец-то наладилось, как оно тут же вытворяет с тобой одну из своих злых шуток.
Для начала я въехал в чугунный столбик ограждения на стоянке.
- Джо, тебе вредно спать одному, - проворчал старый Пит, выбираясь из своей будки.
Как приятно, когда все в курсе твоей личной жизни: Анита третьи сутки торчит в институте – у нее эксперимент в разгаре. Не сказать, что мне ее не хватало, но … Да, было приятно просыпаться рядом с ней по утрам.
- Да – да, Пит, ты прав, - сказал я, выйдя из машины, - разберешься сам? – я посмотрел на помятый радиатор своей машины.
Пит махнул рукой, и я пошел. Элис маячила у пропускной рамки, и меня охватило неприятное предчувствие. Машинально пройдя охрану, я устремился к ней, а она ко мне.
- Элис, что такое?
- Шеф тебя ждет. Внизу, - прошептала она мне в ухо, воткнув выразительный взгляд в пол.
- Ладно, я туда, - я направился к лифтам, но увидел, что шеф уже стоит в закутке у лестниц.
Он едва заметно кивнул головой, и мы вместе начали спускаться. Шеф не проронил ни слова, пока мы не оказались в подвале. Он легко дернул меня в угол. «Слепая зона», - мелькнуло у меня в голове. Оглянувшись еще раз, шеф заговорил.
- Джо, у нас проникновение в хранилище. В твой сектор.
Волосы у меня встали дыбом.
- До приезда ФБР я хочу, чтобы ты посмотрел сам. Ты понимаешь?
Я медленно кивнул.
- Я хочу знать, что пропало. Не все, что там было, было обнародовано по тем или иным причинам. Я должен знать, что они забрали. Ты помнишь все, что там было?
- Да, - кивнул я, пытаясь сообразить, что и для чего там могло кому-то понадобиться.
- Пойдем.
У хранилища стояла наша охрана. Они безмолвно расступились, пропуская нас, и снова сомкнули плечи, едва мы прошли.
Я сразу прошел к стеллажам своей лаборатории. Черт… Все перевернуто.
- Ничего не трогай, только смотри, - быстро предупредил шеф.
- Сразу не понять – все разбросано…
Мой взгляд блуждал по перевернутым ящикам, вытряхнутым бумагам, валяющимся повсюду деталям и неработающим прототипам.
- Накопитель? – одними губами спросил шеф.
Я сунул руку в карман и помахал накопителем, осматриваясь по сторонам. Я даже близко не мог понять, что и кому могло здесь понадобиться…
- Машина?
Я тряхнул дипломатом в руке.
- Нужно надежное место, - пробормотал шеф.
- Вот здесь было надежное место! – воскликнул я, - дверь взломана? Как они вошли?
- Вероятно с помощью карты-ключа. Служба безопасности проверяет сейчас все записи.
И тут у меня возникла одна мысль. Я быстро открыл дипломат и достал недавно собранный мною прибор. Он был похож на маленький ноутбук.
- Что это? – шеф устало потер лоб.
- Я собрал его сразу после накопителя и машины. Он показывает изменения в темпоральном поле – разрывы, диффузии… - я активизировал прибор и смотрел на экран, внутри все было стянуто в холодный узел от страха того, что мои подозрения могли подтвердиться.
Прибор начал считывать информацию с поля и загружать в виде цифр на экран. Считав первую порцию данных, я шумно выдохнул и провел рукой по волосам.
- Что? – тихо спросил шеф.
- Это не машина…
- Слава Богу…
- Это накопитель. Кто-то разворачивал здесь свое время… След биоимпульса одного человека… Сейчас запишу, - я внес импульс в память прибора и посмотрел на шефа, - биоимпульс - это как отпечаток пальца: у каждого свой. Даже круче – его не подделать. Я смогу его опознать, - я закрыл прибор и убрал в дипломат.
- ФБР, специальный отдел, - донеслось до нас из коридора.
Я быстро сунул в дипломат пару вещиц с пола и встал рядом с шефом. После короткого представления агенты ФБР занялись делом, а мы с шефом вышли. В холле он кивнул в сторону улицы, и мы вышли из института.
Шеф Нортон заговорил только, когда мы встали у фонтана в парке.
- У кого еще есть накопитель? – спросил он.
- Я собрал один, - я опустился на скамейку.
- Макс мог собрать второй?
- Нет, он сейчас кроме межпространственной «двери» ничего не видит, - махнул рукой я.
- Меж… Чем он занимается?
- Идея моментального перехода из одной точки пространства в другую. Пока наземно. Но он метит в Космос.
- И что? Далеко он продвинулся?
- Все пока даже в цифрах не прорисовывается, пусть занимается, - я достал сигареты, - лишь бы меня не трогал.
- Бросай курить, - шеф сел рядом.
- Бросишь тут, что ни день, то праздник!
- Кто еще знал о накопителе?
Я сам всю дорогу думал об этом. Кто?
- Я, вы и все. Даже Макс не знал.
- Кто имеет доступ в лабораторию?
- У нас спецзона, - я выпустил дым и стряхнул пепел с сигареты, - Элис, лаборатория Аниты в нашем блоке…
- Анита знала?
- Нет, - я покачал головой.
Шеф выразительно посмотрел на меня.
- Я в постели не разговариваю, - отрезал я.
Шеф миролюбиво кивнул и спросил:
- Ты можешь считать биоимпульсы всех, кто работает в вашем блоке?
- Попробую.
- И проверь Аниту, - шеф поднял руку, останавливая поток недовольства с моей стороны, - там она была в экстремистской группе.
- Служба безопасности ее проверяла?
- Неоднократно. Не мне тебе объяснять, что нет такой системы, которую бы нельзя было обойти.
Я кивнул. Открывающаяся перспектива мне не нравилась.
Шеф встал.
- Пойдем, узнаем новости.
Я побрел за шефом.
Во второй половине дня мне позволили спуститься в хранилище и проверить, все ли на месте. Все было разложено на огромном столе – бумаги отдельно, приборы отдельно. Надо отдать должное – бумаги были разложены по темам. Кто-то явно разбирался в том, что делает.
- Спецагент МакЭлрой, - представился парень, примерно мой ровесник, - Массачусетский технологический, докторская степень по физике.
Обалдеть.
- Итак, можете сказать, что пропало? – парень развел руками над столом.
Я достал свой список всего, что когда-либо передавалось нашей лабораторией на хранение.
- Сейчас посмотрим.
Вторая половина дня ушла на сличение списка с тем, что было в наличии. Оказалось, что не хватает многого, но тут же выяснялось, что кое-что было забрано другими отделами на доработку и даже имеются письменные запросы, подтверждающие это, кое-что в принципе не имело ценности, так как являлось лишь пластмассовым макетом того, как будет выглядеть тот или иной прибор. Но к концу дня определился список того, что действительно пропало. Действующие прототипы.
Шеф пробежал взглядом листок и сказал:
- Вот и открылся ящик Пандоры…
- Вы позволите? – агент ФБР протянул руку за списком.
Шеф отдал ему листок и потер глаза.
- Вы можете пояснить, сэр? – попросил агент МакЭлрой, пробежавшись по буквенным сокращениям.
- Он пояснит, - кивнул шеф на меня и снова оглядел разгромленный лабораторный склад.
- Первое, - начал я, - ЧПМ – частотный преобразователь материи, в основе принципа действия лежит закон частотного существования материи…
- Теория, - поправил, было, меня агент.
- Закон, - настоял я, - уже закон. Так вот, закон гласит, что любая материя обладает различными свойствами на разных частотах…
- Джо, попроще и покороче, - сказал шеф.
- Хорошо, - мне не нравится переводить научные термины на язык обывателя, ну да ладно, - представьте ткань, если взять иглу и, аккуратно вставив между волокнами, начать вращать, то мы получим достаточно большое отверстие, не нарушив целостности ткани. Прибор был создан для работы спасателей под завалами, когда нет возможности добраться к погребенным под обломками людям. Он дает возможность перейти на другую частоту существования, допустим, бетона, где у него совершенно другие свойства, которые позволяют силовому лучу, создать достаточное отверстие для прохода спасателей, не нарушая целостности самой конструкции. Нюанс в том, что, если человек попадает в это поле, он тоже меняет частотность своего существования и, чтобы избежать фатальных последствий, я разработал ткань для защитного костюма, который блокирует действие луча.
Все это время мой взгляд блуждал по лаборатории, пока я подыскивал нужные слова, теперь он остановился на агенте, тот внимательно слушал.
- Понятно, - кивнул он, - что второе?
- Этот прибор был создан для медиков – регенератор. В него заложена информация обо всех видах тканей в человеческом организме, вплоть до нервных волокон, информация о здоровых клетках, с сохранением информации старения и, разумеется, роста, если речь идет о детях. Он может либо перенастроить информацию в клетках, что широко используется в послеожоговой терапии для ликвидации рубцовой ткани, либо при подключении к определенной системе может восстановить орган, мышцу, кость. Последнее достижение – полная регенерация конечности у ребенка. Мне прислали отчет на этой неделе…
- Его можно использовать для перемены внешности?
- Да, его используют и в пластической хирургии, только необходимо ввести данные о параметрах – пол, возраст…
- Можно полностью изменить лицо? – быстро спросил агент.
- Конечно, без проблем. Но нужен обученный специалист.
- Ясно, что третье?
- Этот прибор был создан для ФБР, - я смотрел на агента, он никак не отреагировал, и я продолжил, - для отдела, занимающегося защитой свидетелей, после того, как в параметры опознания был введен биоэнергетический импульс человека. Можно было подделать все – полностью сменить внешность и даже пол, изменить отпечатки пальцев, но не биоэнергетические параметры. Но это же стало опорной точкой и для преступников в поисках тех, кто их сдал. И смена биоэнергетического импульса, который у каждого человека индивидуален, стал последним достижением в системе защиты свидетелей. Этот прибор меняет биоэнергетические параметры человека.
- Что нужно, чтобы все это вынести? – спросил агент.
- Я не сторонник больших форм… - начал я.
- Все уместилось бы в дамскую сумочку, - ответил за меня шеф.
Я недовольно кивнул. Мне не нравились намеки шефа на причастность Аниты.
- Мне надо позвонить, - сказал агент МакЭлрой, - будьте здесь, - он направился в коридор.
- Агент, - окликнул его я.
Парень обернулся в дверях.
- Это действующие приборы, но они без операционных чипов. Все равно что, машина без двигателя. Пока нет чипов, они бесполезны.
- И эти чипы?..
- У меня здесь, - я коснулся своего виска.
Никогда не кладу все яйца в одну корзину.
- Мне надо позвонить, - агент МакЭлрой стремительно вышел со склада.
- Джо, вы действительно уничтожили чипы? – спросил меня шеф.
- Нет, они у меня дома. Но их может найти только тот, кто знает, что ищет.
- Что еще есть у вас дома? – так же ровно спросил меня шеф.
- Так, всего понемногу…
- Соберите все и привезите ко мне, вы поняли?
- Да, - успел ответить я, и вернулся агент МакЭлрой.
- Мое руководство присвоило этому делу статус приоритетного и санкционировало проведение операции…
- Какой операции? – бесцветно спросил шеф.
- Подбор похищенных предметов не случаен. Им понадобятся чипы, и они выйдут на мистера Кларка. Тут мы их и накроем.
- Или меня накроют, - сказал я, пытаясь отогнать картинку червяка, насаженного на крючок.
- Вам ничего не будет угрожать, вы будете под защитой.
Шеф скептически хмыкнул, но тут же сделал вид, что закашлялся. Я даже не стал притворяться, что верю в то, что говорит агент.
- Когда вы в последний раз смогли кого-то защитить? Я не давал согласие на свое участие…
- Вы уже участвуете. Как только они поймут, что украли пустышки, они придут за вами. Меня вызывают в штаб, я позвоню вам позже и назначу встречу.
Шеф согласно ответил за меня и, когда агент ушел, повернулся ко мне.
- Джо, пулей к себе, соберите все и везите ко мне домой. Я буду вас ждать.
- Хорошо, - кивнул я и вышел из лаборатории.